Счастье волков

Сейчас Вахид Захар как никогда был близок к мечте, выношенной еще в Ракке, когда там не хозяйничали мунафики и кяфиры. Запалить пламя священной войны, джихада в своем родном городе – и пусть это пламя взметнется до небес.
И эта мечта была написана у него на лице. У него у единственного было открыто лицо, у остальных лица были скрыты масками. За их спинами находились карта Турции и черный флаг Исламского государства.
  
Брат у камеры дал отсчет от пяти, пальцами. Когда последний оказался согнут и рука оператора превратилась в сжатый кулак, Вахид Захар заговорил.
Как долго он ждал возможности сказать эти слова, заявить о своей религии и о своей ненависти прямо, больше ни от кого не прятаться и не лицемерить…
Во имя Аллаха, милостивого и милосердного, Господа миров, того, кого Аллах направил, того никто не собьет, а того, кого Аллах сбил, того никто не направит. Я Вахид аль-Турки, амир Истамбульского вилайета, от своего имени и от имени всех своих моджахедов подтверждаю тавбу праведному Халифу Исламского государства Абу Бакру аль-Багдади и заявляю, что действую только по воле Аллаха, выраженной словами и делами Халифа.
Говорят, что Исламское государство потерпело крах, но это миф. Мы и есть Исламское государство. Исходя из установлений Корана, гласящего «Я послан с мечом до самого судного дня, пока не будут покинуты все ширки и не установится поклонение только Аллаху» [39], мы объявляем тотальный джихад всем многобожникам, безбожникам, лицемерам и угнетателям на священной земле Османской империи и будем вести его до того, пока не свергнем куфарскую власть людей рва [40] и не установим шариат Аллаха на каждом клочке этой земли.
О мусульмане! Вспомните, кто вы есть! Вспомните, как Аллах милостью своей отдал вам половину Европы, когда ваша вера была искренней, и как он унизил вас и лишил всего, когда вы отошли от веры и стали лицемерами, когда для вас роскошь этой жизни стала важнее воздаяния в жизни загробной. Вы едете унижаться и работать на кяфиров, в то время как ваши предки, чей иман [41] был несравним с вашим, продавали взятых с набега кяфиров как скот на базаре. Вставайте! До тех пор, пока над вами властвуют кяфиры, Аллах не явит вам своей милости! До тех пор, пока вы униженно выпрашиваете подачки у кяфиров вместо того, чтобы сказать Ла иллахи илла Ллах, я полагаюсь в своей жизни на одного лишь Аллаха, – до тех пор вы будете бедны и унижены, до тех пор вы будете считать каждый куруш в своем кармане. Кяфиры никогда не дадут вам стать богаче, чем они.
Мы подтверждаем, что совершенные нами амали [42] есть часть джихада, который мы ведем с куфаром и ширком на этой земле, и если куфарская власть не уйдет и не уступит место власти, установленной по воле и законам Аллаха Всевышнего, мы будем продолжать. Мы также будем убивать всех кяфиров – русистов, амрикаи, алемани – всех, и военных и гражданских – везде, где их встретим, пока они не уберутся с земли мусульман.
Мы предупреждаем всех полицейских и военных, всех угнетателей и мучителей мусульман, что у них еще есть время покаяться. После установления шариата Аллаха каждый из угнетателей, кто издевался над мусульманами, кроме тех, кто покаялся и примкнул к нам, будет найден и казнен. Тот, кто не верит, пусть спросит у знающих, что произошло с угнетателями в Мосуле и других местах, какова была их судьба.
О мусульмане моей многострадальной Турции. Каждый из вас может присоединиться к нам, каждый из вас может объявить войну окружающему его безбожию, изгнать хозяйствующих на вашей земле туристов-кяфиров, которые пьют харам, делают блуд на ваших глазах, совращают ваших дочерей, делают ваших сыновей содомитами. Любой амаль, сделанный вами на пути Аллаха, будет вознагражден в семьдесят раз, как то утверждает Коран.
Реджеп Тайип Эрдоган! Когда-то ты был правоверным и страшился Аллаха и гнева его, но теперь ты стал одним из мучителей, угнетателей мусульман. Мы даем и тебе шанс покаяться, оставить свои ложные убеждения и вернуться к шариату Аллаха, ведь Аллах – прощающий. Если ты этого не сделаешь, тебя ждет смерть от наших рук, и всю твою семью тоже ждет смерть, и все твои соратники тоже умрут. Мы предупредили тебя.
А что же касается кяфиров, которые полюбили ездить на земли мусульман, издеваться там над нашей верой – мы предупредили и вас. Каждый угнетатель умрет. Каждый, кто не следует шариату, тоже умрет.
Аллаху Акбар! Аллаху Акбар!
Красная лампочка на камере погасла, оператор резко опустил руку и оторвался от видеоискателя – знак того, что снято.
– Ну, как?
– Саульская флешка…
– Хорошо сказал.
– Аллаху Акбар!
– Хватит болтать! – пристрожил Вахид своих моджахедов. – У нас джихад меча, а не джихад языка! Идите, проверьте еще раз оружие!
Подошел к оператору.
– Все нормально? Звук как?
– Отлично получилось. Объем большой.
– Тогда давай. Как новости дадут, так сразу сбрасывай в сеть. Потом уходи.
– Хорошо. Аллах с тобой, брат.
– С нами. С нами…
Вахид кивнул и пошел к моджахедам…
– Такбир, братья!
– Аллаху Акбар!
– Такбир!
– Аллаху Акбар!
– Такбир!
– Аллаху Акбар!
Среди тех, кто полукругом стоял перед Вахидом Захаром, выделялись… подростки. Их было большинство… некоторым по виду и шестнадцати не было, но автоматы есть у всех. Это джайш аль-Кадр, фронт могущества и предопределения. Возможно, самое страшное из всего, что смогло сделать Исламское государство.
Изо всех стран на джихад в Сирию, на запах рая, как они говорили, устремлялись правоверные, которым было тесно и душно жить в своих странах. Они привозили с собой семьи. В которых были дети. Много детей. Потом – новоявленные джихадисты гибли. А дети оставались.
Вот тогда совет разведки и безопасности Исламского государства и решил создать лагеря для детей. Любых детей – сирот, купленных, похищенных. Таких детей было так много, что лагерей пришлось создать несколько. Каждый на несколько сот человек.
Детей учили убивать. Убивать за Аллаха. Учили, что смерть – это жизнь. Загробная жизнь – как воздаяние за смерть в этой.
Их не учили тому, чему учат детей нормальные люди в нормальных семьях. Что нужно быть честным, справедливым, трудиться, что надо уважать старших, нельзя обижать младших… там учили совсем другому. Нет бога, кроме Аллаха. Главный на земле – халиф, его приказы надо выполнять. Кто не верит в Аллаха, тот кяфир. Кто не подчиняется халифу, тот хуже кяфира, он мунафик, то есть лицемер. Кяфира надо казнить. Мунафика надо казнить. Во имя Аллаха надо убивать, и чем больше, тем лучше.
Их учили убивать легко и весело, не задумываясь и не мучаясь угрызениями совести. Убивать во имя веры, во имя будущего, во имя шариата. Для них убийство должно быть частью жизни. Как сказал в свое время один палестинец: я убиваю – значит, я существую…
Учили недолго. Многих. Некоторых долго, по особой программе. Их учили, что они должны будут жить в мире куфара и ненавидеть его. Ждать, пока придет ДЕНЬ.
То видео, когда четырехлетний ребенок охотничьим ножом отрезает голову игрушечному мишке, – это из этих лагерей. Их учили, что отрезать голову – это нормально, так и надо поступать.
Теперь Исламского государства не было. Но дети были. Некоторые уже действовали – недавно девятилетняя девочка прошла в полицейское управление Мосула и подорвалась, погибли не только иракцы, но и американские советники. Никто просто подумать не мог, что девятилетняя девочка может быть смертницей.
  
А она была.
– Сегодня настал день, который вы ждали. День могущества и предопределения.
…
– По воле Аллаха, вы покараете сегодня своей рукой тех, кто отнял жизни ваших родителей, чьи самолеты бомбили наши города. Вы будете убивать русистов и убьете столько, сколько позволит Аллах! Ваши родители уже в раю, они получают свой удел у Господа, обещанный им, а также всем, кто стал шахидом на пути Аллаха. Сегодня вы тоже станете шахидами и присоединитесь к вашим родителям в раю.