Тайный агент Господа

 — Конечно, мне известно ваше имя, сэр. Должна сказать… 
 — Да-да, уже знаю, большая честь познакомиться со мной и так далее и тому подобное. Если бы мне давали по доллару каждый раз, когда я выслушиваю эту фразу, я был бы сейчас миллионером. 
Криминолог уткнулся носом в пухлую папку. Паола сунула руку в карман брюк, вытащила мятую бумажку и подала Веберу:
— Большая честь познакомиться с вами, сэр.
 Вебер взглянул на бумажку и расхохотался. Это была банкнота достоинством в один доллар. Он протянул руку и взял купюру, тщательно ее расправил и аккуратно положил в карман пиджака. 
 — Не мните купюры, Диканти. Это собственность казны Соединенных Штатов Америки. 
 Но он улыбался, довольный находчивостью студентки. 
— Я учту, сэр.
 Вебер сделал строгое лицо. Настал момент истины, и каждое его последующее слово обрушивалось на ее голову подобно ударам молота. 
 — Очень слабо, Диканти. Вы наскребли минимум по вещественным доказательствам и по стрельбе. Еще вы слабохарактерная. Быстро ломаетесь. И слишком легко сдаетесь, сталкиваясь с трудностями. 
 Паола расстроилась до слез. Когда живая легенда разносит тебя в пух и прах — это очень горько. Тем более что в его дребезжащем голосе не звучит ни капли теплоты. 
 — Вы не рассуждаете, хотя умны. Ваша задача — добраться до самой сути. А для этого вы должны фантазировать. Фантазируйте, Диканти! Не держитесь за букву учебника! Импровизируйте! И посмотрите, что получится. И будьте дипломатичнее. Вот ваши итоговые результаты. Посмотрите, когда выйдете из кабинета. 
 Паола трясущимися руками взяла у Вебера конверт и направилась к двери, радуясь возможности сбежать из аудитории. 
 — Еще одно, Диканти. Каков подлинный мотив серийного убийцы? 
 — Жажда убивать, с которой он не может справиться. 
 Старый криминолог с досадой покачал головой: 
 — Тепло, но еще не горячо. Вы опять повторяете учебник, мисс! Скажите, вам понятно, что такое страстное желание убивать? 
 — Нет, сэр. 
 — Иногда следует пренебречь трактатами по психиатрии. Истинный мотив — это тело. Вы узнаете артиста по манере исполнения. Проанализируйте дело рук убийцы, и вы узнаете, кто он. Пусть эта мысль первой приходит вам в голову, когда вы ступаете на место преступления. 
 Диканти бегом бросилась к себе и там закрылась в ванной. Кое-как успокоившись, она открыла конверт. Далеко не сразу она осознала, что видит. 
 Максимальные баллы по всем предметам — и ценный урок: видимость обманчива. 
  Дом Святой Марфы  
  Пьяцца Санта-Марта, 1  
   
  Четверг, 7 апреля 2005 г., 17.10  
Не прошло и часа, как убийца скрылся из номера. Паола все еще ощущала его присутствие здесь — подобно тому как человек в закрытом помещении улавливает едкий запах невидимого газа. На словах Паола демонстрировала вполне рационалистический подход к серийным убийствам и маньякам. Это нетрудно. Особенно если выдавать заключения, сидя (в большинстве случаев) в удобном кабинете, где на полу постелен палас.
Однако все выглядит совсем иначе, когда нужно войти в комнату, не ступив при этом в лужу крови. Причем не из необходимости не наследить на месте происшествия. Туфли! Кровь безнадежно бы их испортила. Она оставляет пятна.
И в душе тоже.
Почти три года директор Бои не выезжал лично на место происшествия. Паола догадывалась, что он основательно поступился принципами, чтобы набрать побольше очков в глазах администрации Ватикана. Еще бы, ведь он не мог рассчитывать на получение политических дивидендов от своего итальянского начальства: проклятое следствие было засекречено.
Бои вошел первым, Паола за ним. Остальные бестолково топтались в коридоре, ощущая некоторую неловкость. Краем уха Диканти уловила, что Данте и Фаулер обменялись парой слов (причем она могла бы поклясться, что некоторые из выражений были далеко не парламентскими), но постаралась сосредоточиться на том, что происходило в гостиничном номере, а не за его пределами.
 
Она задержалась в дверях, дав Бои возможность без помех выполнить положенные в таких случаях следственные действия. Сначала криминалистическая фотосъемка: фотографии из углов комнаты, труп в полный рост, еще по одной во всех возможных ракурсах, и крупным планом снимки всех элементов, которые следователь сочтет существенными. Вспышка сверкала более шестидесяти раз, озаряя место происшествия потусторонним белесым светом. Перебранка за спиной и слепящий мигающий свет действовали на Паолу угнетающе.
Она глубоко вздохнула, пытаясь абстрагироваться от запаха крови и железистого привкуса во рту. Закрыв глаза, она мысленно начала считать от ста до нуля — неторопливо, стараясь соотносить сердечный ритм и счет по нисходящей. Если на ста ее пульс бешено галопировал, то на пятидесяти он превратился в мелкую рысь, а к нулю перешел на размеренный строевой шаг.
Паола открыла глаза.
Лежащий на кровати кардинал Жеральдо Кардозу, семидесяти одного года, был привязан к орнаментированному изголовью полотенцами, затянутыми крепкими узлами. Съехавшая набок кардинальская шапочка, все еще державшаяся на его голове, делала его странный облик гротескным.
Как заклинание Паола твердила наставление Вебера: «Проанализируйте дело рук убийцы, и вы узнаете, кто он». Она медленно повторяла мантру снова и снова, беззвучно шевеля губами, и повторяла ее до тех пор, пока эти слова не навязли у нее в зубах. Смысл их утратил свежесть новизны, но отпечатался в мозгу подобно тому, как почтовый штемпель, после того как его обмакнули во влажную краску, от многочисленных соприкосновений с бумагой наконец начинает оставлять сухой след.
— Приступим, — вслух сказала Паола, вынимая из кармана диктофон.
Бои даже не взглянул на нее. Он был полностью поглощен изучением формы пятен крови и поиском следов.
Диканти начала диктовать на магнитофон свои наблюдения — в том порядке, в каком ее учили это делать в Квонтико: за констатацией факта немедленно следовало заключение. В результате набиралось достаточно выводов, позволявших полностью реконструировать картину преступления.
Наблюдение: потерпевший находится в своем номере в гостинице; труп привязан за руки, никаких следов борьбы — обстановка комнаты не нарушена.
Вывод: Кароский проник в комнату под каким-то предлогом и быстро и бесшумно лишил жертву возможности сопротивляться.
Наблюдение: на полу лежит окровавленное полотенце, выглядит скомканным.
Вывод: по всей вероятности, Кароский заткнул рот жертве кляпом, а затем его вынул, чтобы, в соответствии со своим жутким сценарием, отрезать язык.
Наблюдение: мы слышим крик.
Вывод: по-видимому, после того как убийца вынул кляп, Кардозу успел закричать. Следовательно, преступник отрезает язык непосредственно перед тем, как перейти к глазам.
Наблюдение: оба глаза жертвы не пострадали, горло перерезано. Удар, очевидно, нанесен в спешке, очень много крови. Руки жертвы не ампутированы.
Вывод: в данном случае Кароский начал с пыток жертвы, отложив напоследок совершение устоявшихся ритуальных действий: ампутировать язык, глаза, руки.
Паола приоткрыла дверь и попросила Фаулера на минутку зайти в комнату. При виде жуткого зрелища, представшего перед его глазами, Фаулер поморщился, но не отвернулся. Криминолог отмотала назад пленку диктофона и дала прослушать священнику последнюю часть.
— Как вы считаете, имеет ли особый смысл последовательность его действий?