Вилы надежды (СИ)

— Обычно этот пункт не работает, любой гриммар из любого капитана может душу одним мизинцем вынуть. Но ты… ты нас удивил, — дополнила слова отца Астрис.
— Благодарю. Спасибо за оказанную честь. Оправдаю, — мне эти церемонии и этикеты были как рыбе зонтик. Но если Валдару было спокойнее меня назначить капитаном — черт с ним, пусть балуется, — я еще хотел переговорить про будущее…
  
— Тебе и твоей спутнице будет предоставлена подорожная грамота и вы будете вольны отправиться туда, куда захотите, — проявил высочайшую милость доллен.
На которую я был вынужден ответить самым свинским образом.
— Спасибо большое, но мы остаемся.
— Что⁈ — изумилась Астрис.
— Я для этого и приехал сюда, чтобы все обсудить с глазу на глаз.
— Ну хорошо, — Валдар осознал, что быстро от нас избавиться не получится, — присаживайтесь, поговорим.
Настал самый сложный этап в переговорах. Как дворянину объяснить, что такое коммуна? Как донести мысль о том, что я ее собираюсь построить в поместье, окруженном аристократами? Вопреки моим ожиданиям, Валдар не смотрел на меня как на городского сумасшедшего. Он не задавал вопросов, просто временами кивал.
Когда я описал ему всю ситуацию, Валдар поднялся и жестом пригласил нас следовать за ним. Он подвел нас к внешней стене башни. У него в лаборатории было много диковинок, но та, что располагалась на полукруглой стене поражала искусностью изготовления. Мастер изготовил карту, используя разноцветные кристаллы. Моря он набрал из синих и голубых, горы из красных и коричневых, леса и поля из салатовых и зеленых. Мозаика переливалась и играла бесчисленным сонмом искорок.
— Это карта Белгази, нашего мира. Так откуда ты, говоришь, родом?
Вопрос доллена был с подвохом, да еще каким. Эх, знать бы, где я сейчас нахожусь, я бы ткнул пальцем в самую дальнюю точку от своего текущего местоположения. Сделать это было нетрудно, Белгази состоял из одного континента, окруженного большим количеством островов. При этом была заметна следующая тенденция — чем остров находился дальше от материка, тем он был меньше. Я собирался указать на какой-нибудь мелкий остров в углу карты. Пусть считают меня замшелым провинциалом.
— Он говорит, что родился в Самаре, — сдала меня с потрохами Астрис.
— Да, я оттуда, — отыгрывать назад было поздно.
— Никогда не слышал о таком месте.
— Я тоже, пап, — поддакнула отцу Астрис, — больше того, я думаю, такого города вообще не существует.
— Это не город, это остров, — врать так до конца, в этом деле нельзя сдаваться!
— Будь добр, покажи, где он находится. Мне это нужно… для восполнения проблем в образовании, — решила додавить меня аристократка.
— Госпожа, я карту-то в первый раз вижу, — меня штабисты-беляки допрашивали и к стенке со связанными руками ставили. При всем моем уважении к Астрис, ей до них далековато было, — я и не думал, что у нас столько островов!
— Скользкий ты тип, Георг, ой скользкий!
Отец не стал комментировать нападки Астрис.
— Вот наш Боргос, — он указал на карте на небольшой островок в правом верхнем углу карты. У меня внутри все похолодело, я ведь сам чуть не выбрал там островок поблизости, чтобы назвать его Самарой, — фактически мы глухая провинция. Нас не посещают высокие сановники, к нам никогда не прибывают люди георга с инспекциями. Все, что ты должен как доллен — вовремя платить в казну налог на поместье. И все — больше для канцелярии георга ты не представляешь никакого интереса. И именно расположение Боргоса может дать шанс твоей идее, дикой и нелепой. Мизерный, но шанс.
— Я уже говорила, что твой дол граничит только с нашим. Остальные твои владения выходят в море. Ублюдки, которых ты убил…
— Поосторожней со словами милая.
— Папа, ну все знают, что они были ублюдками. Это никакая не тайна. Так вот, эти уроды переругались со всеми соседями. И никто особо к ним в гости не ездит. И не приглашает. Так что ты можешь прожить полгода в изоляции. Рано или поздно убийство долленов вылезет наружу, но полгода у тебя есть точно.
— Мне больше и не надо. То есть вы кваллену о нашей маленькой коммуне сообщать не будете? — я полез в карман куртки и вытащил оттуда пряжку с синим камнем, — вот!
Я хлопнул ей об столешницу.
— Кобаж? — заглянув ко мне через плечо, спросила Астрис.
— Он самый. И он — ваш. Это благодарность за помощь, — по моему мнению молчание доллена и его дочери стоило того, чтобы расстаться с драгоценной побрякушкой.
Валдар взял пряжку, положил ее на руку и полюбовался на игру света в камне.
— Он стоит больше, чем получает мое поместье за десять лет, — сказал он.
— Ну и хорошо, — я удивился ценностью камешка, но вида не подал.
Валдар протянул пряжку мне.
— Забери.
— Почему? Что с ней не так?
— С ней все так. Я помогаю тебе не за деньги.
— Спасение дочери, понятно, но…
— Пойдем, — пригласил меня доллен на балкон.
Он остановился возле перил.
— Обычно я делаю это по вечерам, но ради вас я готов сделать исключение.
Валдар поднял руки и закрыл глаза. Ну вот, опять начались эти гриммарские фокусы! Вроде бы я к ним уже привык, однако на этот раз Валдар сомг меня впечатлить.
Вид с балкона открывался — залюбуешься, хоть бери и картину с него пиши. Луга, поля, леса. Пирамиды вдали. Небо голубое с пушистыми облаками, а по нему… что за черт!
— Это вода, вместе с илом. Отец зачерпнул ее с местной речки, — прошептала Астрис за моей спиной.
Зачерпнул⁈ Зачерпнуть можно в ладонь, ну или в ковшик. А тут по небу плыл грязный водяной пузырь размером с дирижабль!
— Как? Как он его удерживает? — не сдержалась Рани.
Я повернулся в Валдару. Удерживает, но тратит уйму сил — пальцы доллена подрагивали от напряжения. Лоб весь покрылся испариной. Что немудрено, учитывая сколько тонн воды он сейчас тащил по небу. Вот о чем говорила Астрис, когда я заявляла, что ее отец пашет как проклятый!
Доллен довел пузырь до пирамид и тот начал изливаться на их вершины ливнем. От одной к другой, пузырь становился все меньше и меньше, пока не исчез вовсе. Валдар пошатнулся и схватился за перила, чтобы не упасть.
— Надо тебе себя так мучить? — Астрис завела отца обратно в комнату, — вилане могут и ведрами натаскать.
Из открытого кувшина поднялась струйка красного вина. Она перетекла из кувшина в стоящий на столе бокал. Астрис, как и ее отец, мастерски управлялась с жидкостями.
— Что вы сейчас видели? — спросил Валдар устраиваясь в кресле и сделав глоток из бокала.
— Чудо! — выдохнула Рани.
— Обычную работу. И вот почему я согласен помогать вам.
— Вообще не уловил сути, — сознался я.
— Дары гриммаров одновременно являются и их проклятием. Мы почти что боги, мы можем многое. Но из-за этого наш мир стагнирует, не развивается. Сотни лет назад мои предки поливали и приносили плодородный ил в пирамиды похожим способом. Мои дети и мои внуки будут делать тоже самое…
— Не факт, отец. С нашей силой мы способны на большее, чем быть садоводами, — не согласилась с ним Астрис.
— Готова ли ты бросить вызов семьям с материка? Семье георга? Нет? Тогда ты будешь поливать пирамиды. Почему мы не можем придумать телеги, которые сами будут ездить к реке…
— Отец, это невозможно, — усмехнулась Астрис.
— Телеги, которые катаются сами по себе — возможны, — вырвалось у меня.
— Ты их видел? — Валдар ухватил меня за руку.
— В Самаре? — продолжила веселиться Астрис.
— Фух, это… это сложно объяснить. Но они действительно возможны.
— Георг… гий, — мое имя все еще сложно давалось Валдару, — приведи в мой мир телеги. Приведи к нам прогресс!
  
Я призадумался. Способен ли я, даже с толковыми подручными, создать автомобиль. Точно нет. А пароход? Смешно подумать. Все что я умею хорошо — это воевать. Уничтожать и убивать. Здесь же требовалось прямо противоположное — созидание. Но еще у меня замечательно получалось не сдаваться.