Шурик 1970 (СИ)
Следующий кадр — забитые наглухо шоссе какого-то американского города. Чикаго что ли? Небоскребы и сплошная пробка. У них — хреново. Все верно, у них и у нас. Справедливый социалистический строй и загнивающий Запад.
— Но с ростом благосостояния граждан количество автомобилей на улицах наших городов резко увеличится и к этому надо готовиться загодя, — сурово предупредил я.
На экране — новые модели «Жигулей», «Москвичей», «Волг» и «Запорожцев». В зале — радостное оживление. Видимо, не все еще такое видели. Потом пошли фото новых автобусов и троллейбусов, вагонов метро. Тоже понравилось, даже захлопали.
Снова большая циферка. На экране мудреная схема Москвы со стрелочками. Синими и красными. Как карта боевых действий. Пассажиропотоки в час пик. С утра огромные толпы ломятся из новостроек в центр и к крупным предприятиям. Вечером — в обратную сторону. В автобусах — давка. В троллейбус — не влезть. Выручает метро, но Москва растет быстрее и до новостроек не все ветки дотягиваются. Новая система автоматизации городского транспорта позволит эти потоки существенно разгрузить. Вплоть до введения реверсного движения на основных трассах и шоссе.
На экране — лента с мудреными расчетами от ЭВМ.
— Далее, все госконторы работают по той же системе, — добавил я уже от себя. — Утром в час пик их работники осаждают городской транспорт, и в пять-шесть часов тоже кончают работу, создавая давку в общественном транспорте. А если человеку справку какую получить надо? Нет, пусть уж госконторы и непромышленные предприятия и учреждения службы быта работают ну хотя бы с десяти до восьми. Всем польза. Да и вузы могут попозже студентов учить.
Еще одна схема, возникшая на экране, наглядно показывала, как существенно разгрузится пассажиропоток при такой системе. Зал шумным гулом сие предложение одобрил, студенты готовы были учиться с десяти хоть завтра.
Ого! А вот и половина доклада прошла. Быстро-то как!
— Ну, а теперь попробуем заглянуть в будущее, дорогие товарищи, — сказал я, когда на экране возникло что-то городское, футуристическое. — Посмотрим, как будет развиваться городской транспорт через двадцать, тридцать, пятьдесят лет. На каких автомобилях будут ездить наши дети…
Фото моего «Запора», конечно, сначала вызвало смех, зато остальное прошло на ура. Я закончил доклад. В зале зажегся свет, я посмотрел в зал и только тут разглядел, что в первом ряду сидят солидные дядечки, среди которых и Михаил Абрамович. Лопух. Как я понял — мой научный руководитель. Он показал мне большой палец руки, одобрительно закивал и чуть ли не первым стал хлопать. И весь зал разразился аплодисментами. Как и положено, долгими и продолжительными. Даже Дуб, стоя за кулисой, громко хлопал.
Понравилось!
Блин, странное какое-то чувство накатило. Мне стало офигенно хорошо. Нет, мне и раньше приходилось выступать перед аудиторией. Одних презентаций по «Блюз-Такси» я провел штук десять. И тоже иногда хлопали. Но вот так хорошо по итогам мне никогда еще не было.
Тем временем в колонках, укрепленных на стенах около сцены, раздался какой-то писк, это переводчица пробовала микрофон для вопросов иностранной делегации. Ее рассадили на 15-м ряду, как раз после прохода. Видимо, для удобства, чтобы микрофонный шнур в ногах не путался.
— А как Советский Союз собирается преодолеть отставание от ведущих стран автопроизводителей? — перевела переводчица первый вопрос какого-то мелкого японца.
— Вы видели наши новые «Жигули»? — ответил я вопросом на вопрос. — Уверяю, вы их у нас еще покупать будете.
Зал был со мной полностью солидарен и захлопал особенно громко.
— А вот ваш электрический «Фиат» без двигателя, он реально может ездить? — спросил другой иностранец, похожий на итальянца.
Я не сразу понял, что речь идет о моем «Горбатом». Ну да, «Запорожец», кажется, срисовали с микролитражки «Фиат».
— Да, представьте себе. Я на нем сегодня приехал. Он припаркован на стоянке, можно посмотреть.
Следующий вопрос прозвучал на французском. Шикарная такая блонда в шляпке. Переводчица чуть замешкалась, но справилась:
— Так какой, по вашему мнению, будет транспортная система ваших городов, если ваши прекрасные фантазии сбудутся?
Даме я постарался ответить развернуто. Меня вдруг понесло. Я описывал город будущего без пробок и длинных верениц пердящих и дымящих авто, заполнивших все дороги, улицы и даже дворы. Что человеку достаточно будет назвать адрес в мобильный телефон, и с ближайшей подземной, а потому — невидимой парковки немедленно подъедет чистенький, быстрый, удобный электрокар и отвезет, куда угодно! Хоть на работу, хоть в парк, хоть за город за копейки. И что личный автомобиль станет просто дорогой обузой…
— Совьетский систьем есть очень косный, — взялся спрашивать сам очередной иностранец. Я пригляделся, кажется, этот вопрос задал именно тот самый ряженый телефонный мастер. Переводчица стояла рядом, тыча ему в рот микрофоном. — Ваш поэт Маяковский говорить про это: «волк грызет бюрократизм». Долгое внедрение. Вы отставать. Многие годы. Как быть с это?
Тут я посмотрел на Лопуха и вспомнил его слова про бюрократизм и про время чудесное, до которого нам не дожить.
— Да, изобретения у нас внедряются порой очень долго. Излишний бюрократизм и косность при внедрении имеют место быть. Тут не поспоришь, есть чему у вас, капиталистов, поучиться. Стоит признать, наша государственная система не очень поворотлива при внедрении нового. Думаю, именно тут может быть эффективнее привлекать частный бизнес и инвестиции. Да, личную инициативу. Иногда и конструктор одиночка стоит больше, чем целое конструкторское бюро. Вот тут у нас целый зал инженеров, будущих конструкторов…
Я посмотрел в зал на будущих конструкторов, ожидая от них поддержки, но… Зал молчал. Просто гробовая тишина. Я что? Что-то не то сказал? Справа за кулисой раздался какой-то скулеж. Я посмотрел в ту сторону. Это скулил Дуб, он таращил глаза, хватал себя за горло, словно собирался самозадушиться, потом отчаянно начал махать руками, призывая меня свалить со сцены.
— Спасибо, у меня все, — сказал я, собрал листы и спешно удалился за кулису. В зале раздались робкие хлопки, но тут же затихли.
— Ты что, Тимофеев?! С дуба рухнул? — прошипел Дуб. — Какая муха тебя укусила? Какой частный бизнес? Какие конструкторы — одиночки? Какие бюрократизм и косность при внедрении? Ты с ума сошел. Про соцсистему-то зачем?! Даже не знаю, что сейчас начнется. Все, Тимофеев, суши сухари…
Он выдохнул и рванул на сцену.
— Дорогие друзья. Наша конференция закончена. Надеюсь, вам понравилось общение с нашими докладчиками, — донесся его голос из колонок.
Я стоял за кулисой и реально не знал, что мне делать. И что, я так реально накосячил? Ну да, про мобильный телефон — это я зря. Откуда им знать про смартфоны? Они и компьютера не видели. Но ведь иностранец спросил про фантазии.
Дуб вернулся за кулисы минут через пять с графином в руках. Содрал с шеи бабочку. Стал хлебать воду прямо из графина. Сказал:
— Все, амба, Тимофеев. Партком в полном составе на обед не пошел. Запросили копию твоего доклада. Лопух заседание кафедры собирает. Срочное. Через десять минут. Тоже вместо обеда. Сейчас тебя разъяснять будут и иметь во всех возможных позах. Лопух сказал, чтобы непременно был. Глядишь, получится. Святой человек!
— Что получится? Кто святой?
— Кто, кто, Лопух святой! Шкуру твою спасать будет пытаться. Если правильно подать, выговором, может, обойдется. Типа, кафедра отреагировала. Провела среди тебя разъяснительную работу. А если до парткома дойдет, то все, вылетишь с волчьим билетом. Такое и при иностранцах! И что на тебя нашло? Ладно, морду покаянную сделай. Крем сотри и шишку засвети. Про провалы в памяти сказать не забудь. Пошли.
Срочное заседание ученого совета кафедры. Сплошь ученые мужи, двое седых, двое плешивых, один жгучий брюнет, и курчавый Лопух. Все, как положено, с секретарем и протоколом. Срочно вызванная машинистка щелкает по клавишам механической печатной машинки. На повестке дня один вопрос, мой. Я сижу на стуле с «покаянной головой». Один из лысых сурово предлагает назвать тему заседания: «О провокационном и вредительском выступлении комсомольца Тимофеева в присутствии представителей капиталистических стран». Седой предлагает «вредительство» вычеркнуть. Сказал, что «сам за вредительство „десятку“ отмотал, и, как выяснилось — зря». Второй лысый сказал, что в делегации еще чех был со «Шкоды» и гэдээровец. А это уже не капстраны. Лопух вообще предложил не конкретизировать, а изменить тему на: «Обсуждение доклада тов.Тимофеева на конференции по автоматизации автотранспортной системы».