Шурик 1970 (СИ)

— Удивительно! — всплеснул руками Шпак. — Просто превосходно! И что же, можно просто пойти на работу, а оно будет убирать?
— Да, но не более получаса. Видите, таймер. Максимально — на полчаса работы, потом отключится.
— Да что вы говорите! Какая умная коровка! А вот этот, ароматизатор здесь тоже есть?
— Да, конечно, вот видите, кнопочка. А вот сюда надо вливать жидкость. Ну, ароматический раствор.
  
— Понимаю, понимаю, — закивал он головой.
Видно было, что агрегат произвел на Шпака впечатление. Он даже специально подставил ногу перед коровкой, та ткнулась головой в его туфлю и послушно развернулась.
— Шикарно! Просто техника будущего! — не скрывал восторга Шпак. — Послушайте, Александр! Я мечтал о таком всю сознательную жизнь! Честное слово! Продайте мне этот чудо-аппарат.
Признаться, я сначала просто оторопел от такого предложения. И вдруг понял, что это как раз то, что надо! Сразу за изобретение мне здесь никто не заплатит. И в комиссионке, даже если пылесос купят, деньги вряд ли сразу выдадут. А деньги мне нужны немедленно. Что касается изобретения, так я еще десять таких божьих коровок собрать смогу. Даже круче этого.
И еще очень кстати мне фильм вспомнился про «Ивана Васильевича». А ведь Шпак — человек отнюдь не бедный. Жорж Милославский у него не одну пачку червонцев нашел, когда советовал держать деньги в сберкассе. Значит — наличные имеются. Да еще и облигации.
Я поломался для порядка, но уступил. И сам принес пылесос в квартиру к Шпаку. Да уж, не квартира, а просто музей! Я, конечно, высказал положенное восхищение убранством квартиры, польстив хозяину. Показал, как включать пылесос, где и как нажимать. Шпак схватывал все на лету. Была проблемка со шнуром, под потолком у хозяина висела хрустальная люстра. Тянуть шнур через нее я как-то не решился. Пришлось пока приспособить шнур на верхнюю кромку открытой двери.
— Так сколько же стоит это чудо техники? — спросил Шпак, с умилением наблюдая, как божья коровка втыкается головой в многочисленные предметы его шикарной обстановки. — А духами он брызгать умеет? Давайте попробуем прямо сейчас.
— К сожалению, начинки для аромасмеси у меня нет, — сказал я.
Шпак хмыкнул и открыл нижнюю дверцу секретера. Фигасе у доктора наборчик! Сколько красивых упаковок! Духи? Французские?!
В общем, я продал зубному врачу самоходную пылесосущую божью коровку, которая обошлась мне максимум в пятерку, за пятьдесят рублей. Плюс флакон духов «Клема» из секретера. «Шанели» у доктора не оказалось. А «Клема», кажется, дарил Наде Ипполит в «Иронии судьбы». И она была офигенно довольна. В качестве бонуса Шпак презентовал меня еще коробкой кубинских сигар и бутылкой вискаря «Белая лошадь» из «Березки». И не без гордости продемонстрировал мне свой шикарный музыкальный бар. Бар был знаком мне по фильму, что не помешало мне восхититься его содержимым. Но от предложения обмыть покупку тут же я воздержался.
Я вернулся домой, вошел в комнату и сразу услышал за стеной знакомый гул пылесоса. Доктор игрался с новой игрушкой. Что касается меня, очень хотелось отведать вискаря. Но удержался, оставил забугорное пойло для примирительного ужина.
Только тут спохватился. Ужин! Домохозяйкой я, конечно, быть не нанимался, и с этим нужно будет что-то придумать. Борщи варить мне не дано. Но примирительный ужин придется придумывать самому.
Я прихватил честно заработанные деньги, спустился на лифте вниз, вышел из дома и в скором времени достиг продмага. Витрины и прилавки обилием не порадовали, впрочем, я к этому был готов. А в мясном отделе и вовсе была длинная очередь. Там «выбросили» полукопченую колбасу и венгерских кур. Ну да, в очереди так и сказали «выбросили». Я за колбасой и курами стоять не стал, купил в вино-водочном отделе бутылку «Советского шампанского». Вышел из магазина с намерением посетить замеченную ранее палатку «Овощи-фрукты».
В палатке было окошко, выходящее на улицу, через него продавалась картошка. По десять копеек за кило. Но имелась и дверь, ведущая в павильон. Я зашел внутрь. Заведовали продажами две похожие девахи в относительно белых халатах. Осмотрел ассортимент. Да, конечно, не рынок. Я купил пару кило сильно грязной картошки, зеленый лук, петрушку и укроп. Стоило все это сущие копейки, но и видом было очень вялое. Теперь мясное. Я уже решил было доехать до гастронома где-нибудь в центре, но на пути к остановке очень к месту мне встретилась вывеска «КООП Домашняя кухня». КООП — это кооператив? Зашел и сюда. Совсем маленький магазинчик, зато мясные полуфабрикаты здесь были в ассортименте. И с виду — очень аппетитные. Особо мне понравились люля-кебабы, такие сочные, с натуральной зеленью. Я купил четыре кебаба, и еще четыре штуки продукта «котлета домашняя, сочная», заплатил три рубля с мелочью. Улыбчивая продавщица покупку ловко упаковала в картонную коробку и охотно рассказала, как их жарить на сковородке или запечь в духовке.
Дома я почистил картошку и поставил варить в кастрюльке. Люля-кебабы отправил запекаться в духовку. Шампанское — в холодильник. Вискарь — на стол, под портрет Зины в зимнем. Туда же поставил коробочку с духами. Подумал и присовокупил к духам три червонца с Лениным. Кажется, все? Ну что, кажется, реабилитацию перед женой мне можно зачесть? День даром не прошел.
Картошка быстро сварилась, люля-кебабы запеклись. Судя по запаху и виду — приготовились в полной мере. Я выключил газ, посмотрел на часы. Да, даром день не прошел, только где она, моя законная супруга? За окном уже темнеет. Я спохватился, слазил на антресоли, достал две замеченные ранее свечи. Вроде ароматические, противного бледно-розового цвета. Ничего, сойдет.
Там, на кухне, глядя на язычок пламени свечи, я и задремал. Прямо за столом.
Было уже совсем темно, когда я услышал внизу звук подъезжающей машины и знакомый голос. Я протер глаза, быстро вышел на балкон, посмотрел вниз. У подъезда стояла длинная иностранная машина, похожая на «Чайку». Какой-нибудь «Кадиллак»?
У пассажирской двери авто стояли двое. Мужчина и женщина. Мужчина что-то нашептывал женщине на ухо, а та в ответ громко смеялась. Я узнал этот смех.
Это смеялась Зина.
 Глава 6. Дела семейные 
У длинной иномарки стояла и заливалась звонким смехом Зина с букетом в руках, а какой-то лысый мужик самым наглым образом ее лапал, не давая уйти. Мне стало как-то хреново. Прям до тошноты. Я даже оглянулся в поисках тяжелого предмета, чтобы запустить им в стоящий внизу автомобиль. Очень хорошо подошла бы гантеля или хотя бы цветочный горшок.
Это что? Ревность? Или это не я, а настоящий Шурик ревнует Зину? Как он вообще на ней женился? И как хорошая девушка Лида за каких-то пять лет превратилась в стервозную актрису Зину с тремя разводами? Да еще кабачок какой-то, про который она то и дела говорит. Что за кабачок? Она что, поет по вечерам в кабаке?
Пока я мучился душевными метаниями, Зина чмокнула лысого в щечку, вырвалась из его загребущих лап и направилась к подъезду, звонко цокая каблучками.
Лысый послал ей вслед воздушный поцелуй, крикнул: «Дзенькуе, пани Катаринка», уселся за руль, и машина уехала.
Дзенькуе? Он что, поляк? И почему Катаринка?
Я вернулся на кухню, сел за стол. Задул свечу. Не до романтики мне стало после такого. Услышал, как открылась дверь. И что делать мужу, у которого на глазах его жену лапал какой-то лысый урод? Устроить скандал? Ночью?! На радость соседу Шпаку за стеной?
— А что это нас никто не встречает? — Зина появилась на пороге кухни в обнимку с букетом белых роз.
  
— Наверное, потому что кто-то вас очень красиво провожает? — в тон ответил я.
— Ой, Тимофеев, не начинай, — сморщила личико Зина. — Сколько раз про это уже говорили. Работа у меня такая. Ну, подвез меня домой пан Збышек. Что здесь такого? Не в метро же мне тащиться на ночь глядя. Этому только радоваться надо!
— Так уж и радоваться? — переспросил я не без сарказма.