Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов (СИ)

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
И вот мы снова в Вашингтоне, только год за окнами не пятьдесят третий, а семьдесят шестой, а все остальное в той же канве. Американский Конгресс мы застали в той позиции, когда эти деятели, собравшись на заседание, только готовились голосовать за импичмент президента Форда. При этом его преемником должен был стать не вице-президент Рокфеллер (делся неизвестно куда), и не спикер Палаты представителей Альберт Кал (взял самоотвод из-за недавнего коррупционного скандала), а Временный президент Сената и председатель сенатского судебного комитета Джеймс Оливер Истленд.
  
Данный персонаж был иарким представителем выходцев из богатейших слоев населения американского юга: хлопковый плантатор, почти рабовладелец, противник гражданских прав для афроамериканского населения и, естественно, ярый антикоммунист. Так его мои люди и взяли — уже изготовившимся занять теплое кресло в Белом Доме, чтобы через пять месяцев благополучно передать его Джимми Картеру. Вообще в США однопартийные выборы — это нонсенс, но в Миссисипи, откуда происходил мистер Истленд, подобное было в порядке вещей с 1890 года, когда конституцией штата для избирателей был введен жесткий образовательный ценз. С тех пор там на выборах побеждали исключительно кандидаты от Демократической партии, выходцы из очень состоятельных слоев населения. Это еще не закулисный владыка Америки (плантацию в двадцать четыре квадратных километра, где работают негры-издольщики, так просто в Австралию не перевезешь), но существо, этим людям классово близкое и дружелюбно настроенное.
Для меня удивительно, как эти люди могут игнорировать сгустившуюся вокруг них реальность*, но факт налицо: даже при резком ухудшении своего положения господа конгрессмены в основной своей массе продолжили выполнение старых планов, после уничтожения американского ракетно-ядерного потенциала утративших целесообразность. Два десантных полка, высадившихся со «Святогоров», оцепили Капитолий так, что муха не проскочит, еще два полка, частью через входы, частью через крышу, взяли штурмом Пентагон и положили там всех мордами в пол. С американскими военными нам еще разбираться и разбираться, а вот политиканы кристально прозрачны.
Примечание авторов:* те, кто не поверят, что такое может быть, должны посмотреть, как ведет себя продемократическая Европа в украинском вопросе в тот момент, когда Америка развернулась на шестнадцать румбов и на полном ходу удаляется прочь от государства-катастрофы.
Мне от них требовалось только одно — ратификация акта о капитуляции, в соответствии с которым представительские Палата представителей, Сенат и Законодательные собрания штатов распускаются на пятьдесят лет, американская Конституция отменяется, и Соединенные штаты переходят под внешнее управление моим специальным представителем Джеральдом Фордом. В том случае, если Конгресс отвергнет предложенныймною Акт о капитуляции или после его ратификации будут массовые акты сопротивления, я плюну на свой первоначальный гуманизм и ужесточу условия, пригнав сюда столько оккупационных советских, китайских и восточногерманских войск, сколько нужно для окончательного решения американского вопроса. Деятели, что не захотят голосовать за предложенный документ, подразумевающий полную демобилизацию армии и сохраняющий только национальную гвардию и полицейские силы, будут сосланы в один из диких миров далекого прошлого, остальные, проголосовавшие «за», еще поживут на свободе у себя дома. Воздерживаться при этом голосовании нельзя. Сами себе придумали положение, в котором не может быть обратного хода, и сами теперь расхлебывайте. Раз, два, три, кто за, кто против? Принято большинством голосов. Голосовавшие «за» — свободны, остальных прошу отойти в сторону для отправки в вечную ссылку. У нас все ходы записаны, так что никто не уйдет от своей судьбы.
И вот мы сидим в Овальном кабинете, так сказать, на дорожку. Все местные дела сделаны, в том числе в Вашингтон доставлен терминал планшета орбитальной сканирующей системы с ограниченной дееспособностью, распространяющейся только на территорию США. Теперь мистер Форд будет в курсе, что у него творится на подмандатной территории и как. А ведь даже в эти достаточно травоядные годы Америка — отнюдь не рай на земле, точнее, рай, но далеко не для всех. В поисках мест, где пониже налоги и поменьше заработные платы, Большой Капитал утекает из цитадели демократии, оставляя после себя закрывшиеся заводы и толпы растерянных людей, которым никогда уже не найти применения по прежней специальности. Помимо Китая, который теперь снова гуляет под руку с северным соседом, для размещения американских капиталов имеется такая емкая страна, как Индия. Туда стремятся в основном опасные химические производства: если случится авария с тысячными жертвами, все кончится лишь небольшим штрафом. В южной Европе, Италии, Испании, Греции, и так далее, условия пожестче, но трудовой контингент гораздо более образован при довольно невысоком уровне зарплат. Там можно размещать все что угодно — от швейных фабрик с потогонной системой до заводов по сборке телевизоров, стиральных машин и пылесосов. Также есть Малайзия, Сингапур, Таиланд, Тайвань и Япония. В самом ближайшем будущем эти страны на американские деньги станут флагманами мировой микроэлектронной промышленности. И этому процессу разбегания капиталов в разные стороны способствует статус доллара как мировой резервной валюты.
Об этом я и говорил с президентом Фордом, как говорится, на посошок. Ему эту ситуацию исправлять, заново запуская промышленность, чтобы у каждого американца была работа, которая обеспечит ему пропитание, одежду и крышу над головой. Иначе никак.
— В том числе секрет в импортных пошлинах, — говорил я. — На то, что на территории Америки не производится и не добывается из недр, пошлины должны быть низкими. На то, что производится, но в недостаточных количествах, их нужно сделать умеренными. На то, что производится в объемах, необходимых для покрытия внутреннего спроса, следует установить запретительные пошлины. И особенно неприемлемой должна быть ситуация, когда американская компания производит некий товар в стране с низкими затратами на рабочую силу, а потом пытается ввезти его обратно в Америку. За такое нужно бить оборотными штрафами прямо по голове, чтобы неповадно было хитрить и обманывать родное государство.
— Неужели это так просто, мистер Сергий? — спросил Джеральд Форд.
— На самом деле не так просто, — признался я. — При претворении в жизнь предложенной мною политики крупный бизнес, который и выводит свою деятельность за пределы США, может пойти в отказ, закрыть все оставшиеся предприятия на американской территории, объявив локаут до смягчения требований до обычного уровня. В подобном случае карать слишком умных вы должны самым жесточайшим образом, с конфискацией всего движимого и недвижимого имущества и последующей распродажей его в частные руки, заморозкой долларовых активов, полной остановкой импорта продукции зарубежных предприятий, принадлежащих этим бизнесменам и открытием против них уголовных дел. Стремиться следует не к увеличению прибылей крупного бизнеса, а к общему росту возможностей вашей экономики. Опирайтесь в этих своих устремлениях не на крупный, а на средний и мелкий бизнес. Эти люди никогда не предадут ни вас, ни страну, зато денежные мешки давно считают себя гражданами мира, что подтвердили последние события.
  
— А что делать нам, военным? — спросил генерал Вэйэнд. — Ведь, согласно Акту о капитуляции, американская армия должна быть демобилизована, а ВВС и флот упразднены…
— За все нужно платить, дорогой генерал, и за попытку неспровоцированного ядерного нападения в том числе, — ответил я. — На протяжении всей американской истории на вашу страну было только одно нападение, в Перл-Харборе, зато вы сами под выдуманными предлогами или вообще без предлога много раз нападали на ближних и дальних соседей. И даже война с Японией была тщательно срежиссирована и спровоцирована, ибо без нее вам было не видать статуса мирового гегемона как своих ушей. Сами же говорили, что американский способ воевать — самый кровавый, жестокий и бессмысленный. Теперь все это закончено, сдаем гремучие игрушки на склад и занимаемся общественно полезным трудом. Как я вам однажды обещал, где вас не должно быть, там вас и не будет. Ненападение непосредственно на американскую территорию гарантируется, а все остальное от лукавого. А деньги, высвободившиеся от освоения военного бюджета, лучше всего направить на инфраструктурные проекты, чтобы у вас через тридцать лет Детройт или Чикаго не выглядели так, будто их долго и упорно бомбила вражеская авиация. Вот поднимусь на соответствующие уровни мироздания — натыкаю вас носом в то дерьмо, к которому вы так долго и упорно шли. Всем будет лучше от вашего разоружения, и вам самим в первую очередь. Понятно, мистер Вейэнд?