Я на тебе женюсь! (СИ)

Не поленившись воспользоваться своими связями в инквизиции, Сэверин возобновил делопроизводство о поджоге и двойном умышленном убийстве, тетку приговорили к пожизненной каторге с полной конфискацией имущества, а Шанталь стала единственной законной наследницей остатков состояния своих родителей (тетка и тут подсуетилась, каким-то неведомым образом, ну и с помощью взятки, переписав на себя лавку ее отца) и смогла оплатить дорогостоящие услуги целителя, который свел шрамы с ее лица и тела.
Последнее в отчете не значилось, это нам рассказал уже Рамирес, заодно упомянув, что в процессе следствия у девчонки обнаружили крохотный темный дар, которым она и подчиняла пса, заставляя приходить к определенному дому и жутко выть .
Вот такое неоднозначное дело, в котором он сам участвовал больше двух лет назад.
– А что с ней стало потом? – невероятно серьезно спросил Χарви. – Я имею в виду Шанталь. Её хоть как-то наказали?
– Небольшим формальным штрафом за нарушение общественного порядка, – усмехнулся демон. - Tут сложно беспристрастно судить.    Да, она изначально пострадавшая сторона, но на допросе призналась, что планировала доводить тетку до полноценного сумасшествия, а может даже и убить.    Её сил хватило бы на то, что бы приказать псу напасть на женщину, а это уже полноценное умышленное убийство с отягчающим в виде применения темной магии. Но мы успели раньше. Судить за намерения и сказанные в запале слова? Ну, не знаю… К тому же на тот день девчонка была несовершеннолетней и наш штатный док подтвердил у нее наличие небольшого расстройства личности. Шизофрении то есть . А это уже смягчающее и в принципе медотвод от полноценного суда. Насколько я знаю, господин Ламбертс лично проследил, что бы с ней должным образом поработали лучшие целители и девчонка не меньше полугода пролечилась в клинике для душевнобольных. Потом вернулась в монастырь и приняла постриг, став сестрой милосердия. Ну а там мне уже неизвестно. Ну что, детки, как вам история?
– Неоднозначная, – согласилась я, закрывая папку. - И лишний раз доказывает, что надо всегда докапываться до сути мотивов всех сторон, не веря никому на слово. Кстати, а не прерваться ли нам на обед?
Меня поддержали все и из кабинета мы перебрались на огромную кухню, которую нашли в конце коридора. Условно поделенная на две зоны большой аркой, но всё же одно помещение, она вмещала в себя и рабочий угол с холодильным шкафом,тумбами под посуду, печкой и раковиной, и обеденный угол с длинным столом и кучей стульев.
Нам повезло, мы пришли на кухню первыми, так что сразу познакомились с уже немолодой кухаркой расы демонов – улыбчивой румяной донной Мальтой, которая сновала по кухне так шустро, что сразу и не заметишь её немалые габариты. Донна Мальта оказалась говорлива, весела и опытна в своём деле, так что не прошло и трех минут, а мы уже сидели за накрытым столом и уплетали наваристый суп. На второе нам предложили безумно вкусное рагу и сдобный пирог с курицей, а на сладкое – чай с вишнёвыми слойками.
Спустя несколько минут подошла вторая команда со своим детективом, но и им хватило и места,и еды. Не было лишь магистра Ламбертса, но не думаю, что хоть кто-то огорчился этому факту.
И не знаю, как остальные, а я объелась.
– Всё хорошо, - вздыхала я, допивая чай крохотными глоточками, - но когда еды много и она вся очень вкусная,так сложно удержать себя в руках…
– Детка, да за что тебе себя держать?! – всплеснула руками донна Мальта. – Одни кости да кожа! Ещё слоечку?
– Нет!
Сидящий рядом Джулиан несдержанно хохотнул и склонился ко мне, шепнув:
– Не бойся, Эмми, я тебя спасу.
После чего уже куда громче обратился к кухарке.
– Донна Мальта, я можно мне парочку? Восхитительный вкус! Скажите, а вы вишню туда прямо свежую клали или сначала засахарили?
Как бы то ни было, обед прошел в теплой и дружеской атмосфере, я аж удивилась. Или это только потому, что с нами Сэверина не было? Уж ему–то по силам испортить любой праздник, не говоря уж о банальной трапезе. Хотя…
 
Я и раньше замечала за ним определенное благородство (взять хотя бы помощь мне!), но случай с Шанталь снова заставил задуматься о том, что всё слишком неоднозначно. Но поможет ли это мне? Не уверена. И вообще, пора бы уже начать собирать информацию о лорде. Мне его ещё женить!
Вернувшись в кабинет и подспудно радуясь, что сегодня мы    работаем на месте, а не мечемся по городу в поисках неведомых преступников, я безо всяких напоминаний прихватила с подоконника всю стопку ждущих нашего внимания дел и раскрыла верхнее.
Дело о якобы убийстве.
Именно якобы! Снова запутанное так, что без вдумчивого анализа и подробно описанных итогов не разобраться. Снова всё началось слишком просто: убили тещу. Убили так, что все улики указывали на зятя, комар носа не подточит. Зять, правда, ушел в глухой отказ, но как только одна сомнительная улика указала на молодую и горячо любимую жену – дочь погибшей,тут же взял всю вину на себя и написал чистосердечное.
И тут в бюро обратилась его дочь. Что примечательно – уже совершеннолетняя девушка, но нагулянная на стороне. Об этом знала лишь её собственная мать и отец, но никак не молодая супруга, для которой эта новость стала еще одним ударом. Но не в этом суть.
Детективы взялись за дело не слишком азартно, всё же улик было много, плюс внушительное завещание, переписанное буквально недавно (и всё на зятя!), так что дело, казалось, не стоит и выеденного яйца. Но дочь настаивала на том, что отец – глубоко порядочный мужчина и элементарно никогда бы не пошел на убийство. Ни-ког-да.
И детективам пришлось напрячься, заведомо понимая, что ошибаться могут все.
И что бы вы думали?
Ни за что не догадаетесь!
Именно в процессе расследования выяснилось, что старуха была той ещё мегерой и буквально ненавидела своего зятя, до кучи гнобя и дочь, ежедневно наведываясь в гости и    морально унижая, но в последние пару лет резко сдала и пересела в инвалидное кресло. И от этого стала еще вреднее. Вынужденная ухаживать за матерью, подвергаясь ежедневным упрекам и давлению, несчастная женщина изредка рассказывала об этом супругу-фармацевту,и он утешал её, как мог, прося потерпеть . Всё же матери не вечны, однажды они выдохнут…
Выдохнули. Мать мертва, отравленная одним редким лекарством для сердечников (которое как раз изготавливалось в аптеке зятя!), зять в тюрьме, его супруга в прострации, внебрачная дочь пытается обелить имя отца.
И вы знаете, у неё получилось! Следствие длилось несколько недель, был найден ряд крайне неоднозначных улик, детективы опросили десятки людей, даже минимально связанных с семейством, и лишь когда лечащий врач покойной признался, что она и так была одной ногой в могиле, Сэверин добился от официальных властей разрешение на призыв духа покойной и допросил его.
Старуха убила себя сама. Ненавидя всех и каждого, презирая дочь за недостойный выбор, а зятя за наличие внебрачной дочери (и как только узнала?!), она намеренно приобрела через соседку нужное лекарство именно в аптеке зятя, в один из визитов подбросила в его дом пустой флакон, а сама выпила смертельную дозу, за неделю до этого переписав завещание и объявив об этом за семейным ужином, на котором присутствовали в том числе и умеренно дальние родственники.
И у неё бы всё обязательно получилось , если бы не внебрачная дочь, её вера в непогрешимость отца и сыскное бюро Ламбертса.
– Ну? Что думаете?
– Людскому коварству и жестокости нет границ, - усмехнулась тонко, думая о том, что сущи в этом плане намного честнее. Мы просто нуждаемся в пище,тогда как люди, больные душой, получают наслаждение от чужих страданий. И только. – Но в то же время удивляет вера Жанет в своего отца. Он ведь не женился на ее матери, считай, опозорил. Скрывал от всех эту связь, даже от молодой жены. Почему она его… Любит?
– Понимаешь, кроха, – хмыкнул демон, разводя руками, - заделать дите – много ума не надо. Может, молодые были, глупые? А потом присмотрелись друг к другу и поняли, что быть вместе банально не судьба. Ну или еще что? Чужая душа – она ж потемки. И в то же время не бросил, помогал финансово, хотя и стыдился. А старуха, как оказалось, ещё и шантажировала его этим, грозя всё рассказать молодухе. Опять же, чем не мотив? Но больше всего в этой истории, конечно, поражает продуманность и коварство старой карги. Это ведь надо было столько всего предусмотреть! Улики подкинуть, по времени просчитать, жизни лишиться! И ради чего? Чтобы просто нагадить окружающим! Не за реальное дело, а из вредности. Поверь моему опыту, такие преступники самые коварные и изворотливые. Ну что? Tретье дело сегодня читать будем или уже завтра?