Томмазо (ЛП)
Но девушки, спешащие спасти красавцев от верной смерти, не могли позволить себе роскошь быть разборчивой. В этой глуши, примерно в сорока милях от границы с Белизом, было не так уж много вариантов проката полноприводных автомобилей.
Я остановила джип в конце ухабистой дороги, пышная зелёная крона деревьев оказалась такой плотной, что сквозь неё проникало лишь немного солнечного света. Когда я вышла, вокруг воцарилась неожиданная тишина. Даже ветер перестал дуть. Волосы у меня на затылке встали дыбом. О Боже. Почему я это делаю? Очевидно, это не заставило меня меньше сомневаться в своём здравомыслии.
Я вытащила длинную клюшку Маруман Маджести из сумки — красотка. Тяжёлая, позолоченная и могла вырубить любого человека или кого-то ещё. Да, я захватила клюшки. Я не собиралась идти с пустыми руками, и не думала, что появляться в аэропорту с оружием отличная идея — хотя его у меня и не было. И я не могла взять только одну клюшку, потому что это выглядело бы странно. Так что я привезла все. Эй, может, если повезёт, я пройду несколько раундов.
На Ривьере Майя множество курортов.
«Принимаешь желаемое за действительное, Чар».
Надев рюкзак с водой в бутылках, картой и несколькими другими предметами первой необходимости и начала спускаться по тропе. Вот оно. Где-то здесь должны быть пещеры, и при везении, это те, о которых мне рассказывал Томмазо. Будет ли здесь Бананазад… что за имя такое? Я не знала.
— Пришло время встретиться лицом к лицу с монстрами, Чар, — пробормотала я себе под нос как раз в тот момент, когда гигантский жук приземлился на лицо. Я истерически закричала, отмахиваясь, и он с шипением упал на землю. — Боже! О, чёрт возьми, нет! — Таракан размером с айфон. Я могла бы поклясться, что эта штука смотрела прямо на меня и смеялась. — Уходи! Кыш! — Как раз, когда он скользнул под лист, я почувствовала, как что-то щекочет шею сбоку. С плеча на меня смотрел самый большой в мире паук. Или скорпион. Или и то, и другое? — Срань господня! — Я отшвырнула эту штуку и, споткнувшись о камень, упала на задницу. Внезапно земля подо мной сотряслась, и я начала падать.
***Раньше я боялась темноты, но когда падала к тому, что казалось центром Земли, решила, что мокрые, скользкие дыры, разрушающиеся сами по себе, когда ты цепляешься за грязные стены в надежде за что-нибудь ухватиться, намного, намного дерьмовее. Да, старая добрая тьма теперь официально крута.
Этого не происходит.
Как и достижение конца моего путешествия вниз. Потому что, когда тело провалилось сквозь потолок подземной пещеры, я приземлилась в холодный тёмный пруд, наполненный грязью и пузырьками, пахнущие тухлыми яйцами, ну… я только что чуть не умерла. Буквально. Мой затылок ударился о камень в нескольких футах под поверхностью, открыв рану во второй раз.
— Ай! — закричала я, когда вынырнула на поверхность, вкус воды с запахом канализации заполнил ноздри и рот. Подавившись, я сплюнула, пытаясь не обращать внимания на тёплую жидкость, стекающую по шее с затылка. Кровь. Чёрт-чёрт-чёрт! Где я? Я обернулась и заметила трещину в потолке на другой стороне гигантской пещеры высотой в пятьдесят футов. Свет сиял, как нож, прорезая холод и тьму, но излучая достаточно света, чтобы позволить увидеть этот конкретный участок. Остальная часть помещения была во тьме. Хорошо. К чёрту монстров. И страшные грязевые ямы. Это место намного хуже.
От одной мысли, что может скрываться подо мной в воде, мне захотелось обмочиться.
Я поплыла к свету, надеясь и молясь, чтобы это был выход из адской дыры. По крайней мере, согласилась бы встать на большой камень или на что-нибудь, что позволило бы выбраться из воды.
Приблизившись к пятну света, мерцающему на поверхности воды, я начала различать ярдов в двадцати небольшой пляж, едва заметный в темноте. Поэтому поплыла к нему.
«Боже, обещаю никогда больше не ныть о том, что мне страшно. Просто помоги мне выбраться из этого. Я пожертвую все деньги, усыновлю настоящих детей, которым нужен дом, а не только лысых, уродливых цыплят или злобных кошек, которые никому не нужны. И, самое главное, обещаю задушить Симил».
Похоже, я не первый человек на этой планете, который оказался в плохом положении из-за неё.
Наконец, я добралась до песчаного берега и вылезла из воды, тяжело дыша, отплёвываясь и стараясь не сойти с ума. Моя рука вдруг почувствовала что-то тёплое и твердое, круглое и… пальцы ноги!
Подняв глаза, я увидела то, что преследовало меня каждый час бодрствования и сна в течение последних семи лет: монстр из снов стоял прямо передо мной.
— Вот, чёрт.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Тварь тащила меня по песчаной земле за волосы, пока я брыкалась и кричала, цепляясь за его руку. Где-то между безумием меня осенило, что я сейчас умру. Кто позаботиться о моих крошках? Я заплатила только за недельное пребывание в лагере Криттер. И по глупости своей никому не сказала, куда направляюсь. Ни людям с работы. Ни двум лучшим друзьям. Честно говоря, я всё равно никогда не рискнула бы, чтобы они пошли меня искать. Кроме этого, в моей жизни не так уж много дорогих людей. К сожалению, последние семь лет я жила в пузыре изоляции. Большая ошибка.
— Отпусти меня! — закричала я, несмотря на осознание тщетности.
Наконец, мы вышли из темноты на ослепительный послеполуденный свет, и меня затолкали в маленькую клетку, сделанную из соломенной крыши и толстых ветвей.
— Выпусти меня…
Я увидела лицо существа и, как и в моих кошмарах, поняла, что это мужчина. У него длинные чёрные дреды, покрытые коричневой коркой. Все его тело, включая лицо, покрыто чернильной сажей, а вместо глаз ямы гранатово-красного и чёрного цветов. Нет. На нём не было одежды, только набедренная повязка, похожая на шкуру животного. Или… может быть, человеческая кожа?
— О, чёрт, — пискнула я, благодарная, что между нами имелся хотя бы набор ветвей, несмотря на то, что они часть клетки.
Существо посмотрело на меня и улыбнулось, обнажив почерневшие зубы.
— Ты. Останешься. Там.
Его голос звучал так, словно ржавые пальцы Фредди Крюгера с лезвиями бритвы кромсали ржавое ведро.
— Х-х-хорошо.
Он повернулся и пошёл через небольшую поляну, на которой мы находились, исчезая в густой листве джунглей. Как только он скрылся из виду, я выдохнула, и тут началась истерика. Голова болела, рана всё ещё кровоточила. Я должна выбраться. Должна найти Томмазо и защитить. Я подёргала дверь, но она не открывалась. Самое жуткое — дверь в саму конструкцию ничем не запиралась. Какого чёрта? Это какой-то вид контроля над разумом или злая магия? Я не знала.
Я снова навалилась всем телом на дверь, но, кажущаяся хрупкой, штука напоминала сталь. Я внимательно изучила её и моргнула. Ничто в этой клетке не было настоящим. Не в моём мире. Сплошные палки и ветки, и ничто не связывает их вместе. Я на хрен схожу с ума. Или нет? Боги. Феи. Вампиры. Инкубики… Упс, я имела в виду инкубов, и ещё какие-то существа. И не будем забывать о единорогах. Всё это существует. И Симил упомянула ещё о том, что у неё отняты силы, а значит, и такое существует. Если верить Симил.
Ладно, отчасти, — той частью, которая не совсем разумна, — я верила. То есть то, что удерживает меня внутри этой структуры, не то, во что поверит большинство рациональных людей. Но я верю в монстров. А теперь в богов. И в богинь, и в единорогов, и в демонов, и… и в волшебные клетки.
Вздохнув от недавно охватившего меня безумия, я посмотрела на девственно-голубое небо, гадая, смогу ли сделать ещё один рывок и спасти себя, если будет шанс.
Очевидно, я в нужном месте. Нет, дело не в клетке. Сюда должен был уйти Томмазо. Так что, если у меня будет возможность увидеть его, смогу ли излечить? Заставлю ли увидеть другое будущее? Возможно, совместное со мной будущее?
В уме я начала прокручивать краткие моменты, которые мы провели вместе, и все те вещи, которые девушка может заметить на первом свидании. То, как он заставлял трепетать, когда я смотрела в его глаза. От него так хорошо пахло, и я поймала себя на том, что глубоко вдыхаю, желая впитать его в себя. И его губы, я никогда не могла представить, что буду возбуждаться, только прикасаясь к мужским губам. Но так и было. Столько мелких моментов, даже то, как его глаза, казалось, блуждали по моему лицу, будто он изучал меня, когда я говорила. То, как он успокаивал меня и заставлял чувствовать себя сильнее. Собрав кусочки в единую картину, я поняла — всё говорило мне, что он совершенен. Для меня да.