Томмазо (ЛП)

— Это не шутка, Гай. Женщина, сидящая за столом, которая, как я был уверен, моя пара, на самом деле пара Андруса. Она не сможет мне помочь.
У Гая отвисла челюсть.
— Ты имеешь в виду, что это та женщина, которую Андрус отверг ради Сэди? — Его тон свидетельствовал о том, что он уже знал ответ. Здорово. И три, два, один… Гай истерически расхохотался.
Томмазо скрестил руки на груди.
— Давай, смейся, но если я окажусь в тюрьме, то и ты тоже.
Гай вздёрнул подбородок.
— Ты думаешь, что я сяду в тюрьму? Я — единственный бог, который не боится запачкать руки. У братьев нет желания заменять меня. Мне казалось, мы уже обсудили это.
— Возможно, они не посадят тебя в тюрьму, но что скажет Эмма, если я буду гнить в тюрьме?
— Она переживёт, — прорычал он.
— Нет. Она слишком хороший человек. Именно поэтому никогда не оставляла надежды, что когда-нибудь ты будешь вести себя, как взрослый. И именно поэтому ты её любишь.
В бирюзовых глазах Гая вспыхнуло раздражение.
— Не втягивай её в это. Кроме того, что ты предлагаешь мне сделать? Взмахнуть волшебной палочкой и заставить эту женщину влюбиться в тебя?
— Неплохая мысль.
Всего лишь идея, обречённая на провал, но время истекает. Томмазо чувствовал очень сильное влечение к Шарлотте. И Симил сказала, что Шарлотта его пара. Дело в том, что если Андрус выбрал себе пару по собственному желанию, то почему он не может? Единственное препятствие — взаимность Шарлотты. Как насчёт того, чтобы заставить её открыться? Начнём с этого.
— Я - Бог Смерти и Войны, — сказал Гай, — а не любви.
— Забавно. Я думал, ты Божество Обтягивающих Мужских Футболок.
— Томмазо, не издевайся, — прорычал Гай.
«Но ты сам напрашиваешься»,
— Я заключу с тобой сделку. Ты приводишь Богиню Любви, а я обещаю, что дам Эмме знать, как сильно ты старался спасти меня.
Гай на мгновение задумался.
— Тогда мы будем квиты. Больше никаких угроз. Больше никаких попыток выставить меня в дурном свете перед женой. Договорились?
— Ты извинишься за то, что проделал дыру у меня в животе и оставил умирать, когда Мааскаб поиграли с моим разумом и убили всю мою семью?
Гай долго и напряжённо смотрел на него.
— Да. Извинюсь. Так же, как и ты за то, что оставил Эмму умирать на алтаре Мааскаб, в качестве жертвы, потому что был слишком слаб, чтобы сопротивляться тьме.
— Ублюдок, — произнёс Томмазо.
— Весь в тебя. Мы договорились? — прорычал Гай.
— Договорились. — Томмазо протянул руку, и Гай пожал её. — А теперь, отвали.
— После тебя.
Томмазо опустил голову.
— С удовольствием. — Ему необходимо вернуться к Шарлотте и начать угождать. Как можно скорее. — Позвони мне и дай знать, когда приедет Эшли. — Эшли человеческая жена Маакса, Бога Путешествий во времени. И при очень странном повороте событий, — ещё одна очень-очень длинная история, — она переняла некоторые из способностей Мааска, включая дар Любви. А Маакс и не знал, потому что был слишком занят, пытаясь спасти всех. Но в момент, когда Эшли встретила Маакса, начала меняться, а их души начали соединяться. Теперь она настоящая Богиня Любви. Она просто входила в комнату, и всем сразу хотелось писать стихи или петь сентиментальные песни. Симил и Зак умоляли её перейти на полную ставку в брачное агентство, чтобы помочь, но у Эшли родился ребёнок. Она готова помочь только в очень специфических случаях.
— И, кстати, куда ты ходил прошлой ночью? — Гай, слава Богам, не остался в номере.
Гай поиграл бровями.
— Тебе не стоить знать.
Он зашагал прочь, словно драматически уходя со сцены.
— Идиот, — пробормотал Томмазо и направился обратно к Шарлотте.
~~~
Шарлотта вышла из-за стола в тот момент, когда вернулся Томмазо, и резко сказала ему, что они увидятся на поле для гольфа после того, как он закончит обедать.
— И я оплатила счёт, — уходя, огрызнулась она.
Слишком отвлечённый огромным количеством людей, поедавших суп, в который он плюнул, — Бог ты мой! — Томмазо не остановил Шар.
Увидев её очень неприветливое выражение лица, он понял, что ему нужно несколько минут, чтобы переформулировать план наступления. По крайней мере, до тех пор, пока Эшли, Богиня Любви, не пришла, чтобы спасти положение.
 
Но что же, чёрт возьми, он может сделать?
Шарлотта нисколько не интересовалась им и, казалось, ценила тот факт, что он не предпринимает никаких шагов.
«И-и-и, не забывай, у неё разбито сердце твоим лучшим другом, а у тебя провалы в памяти».
Последняя часть повод для беспокойства, но, по крайней мере, акт осквернения супа безобидный.
Он вышел из ресторана, качая головой. До тех пор, пока не приедет Эшли, придётся самому пытаться добиться какого-то прогресса. Если ей не нравится, когда за ней охотятся, возможно, ей понравится охотиться самой. Если Шарлотта у руля в погоне за мужчиной, будет легче контролировать ситуацию. Единственная проблема в том, что он мужчина, который привык добиваться того, что хотел, и держать всё под контролем. Ему придётся заинтересовать Шарлотту собой настолько, что она начнёт преследование. Этот вид тонкого обольщения — мастерство, в котором преуспевали женщины, а не мужчины.
«Что тебе терять, чувак?»
  
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
 
Брачное агентство. Штаб-квартира.
— Милостивые боги, женщина! Как ты меня мучаешь! — Сидя за столом на четырнадцатом этаже высотки в центре Лос-Анджелеса, Зак смотрел на Тулу, пока та выставляла содержимое картотеки в новые шкафы, которые они установили утром. То, что началось с нескольких сотен бессмертных, ищущих свою пару, за одну ночь превратилось в тысячи. Большинство — безнадёжные случаи. У них были все: от древних сварливых вампиров до одиноких секс-фей и гнилостных Мааскаб, которые перешли на другую сторону.
«Милостивые боги, они думают, что я фея-крёстная?»
Когда дело доходит до поиска любви тем, кто её недостоин, пределы есть и у Вселенной. В любом случае, брачное агентство для бессмертных официально по уши в работе. Им пришлось нанять больше помощников и начать устраивать больше вечеринок для одиноких. Хорошая новость — его наказание закончится гораздо быстрее. К моменту, когда они подберут сотую пару, им с Симил вернут силы и позволят вернуться в свой мир.
Тула, как обычно, проигнорировала замечание Зака и продолжила работу с документами в своей длинной красивой розовой юбке с цветами и блузке с длинными рукавами, которая закрывала каждый кусочек восхитительного декольте.
Зак застонал, когда она не сделала абсолютно ничего провокационного или сексуального.
— Ты не можешь хотя бы притвориться, что совершенно распутная и влюблена в меня? — Это могло бы умерить желание соблазнить её. — В конце концов, я без рубашки, для услады твоих глаз, так что вполне естественно, что ты хочешь выразить благодарность.
— Фу… нет. — Она бросила на него взгляд. — И я уже в пятницу раздевалась до нижнего белья. Унизительный опыт, между прочим.
— Да, но не я же предложил тебе раздеться. Всё ещё теплится надежда, что ты это сделаешь. — Хотя он сомневался, что это подавит желание соблазнить её. Один только вид миниатюрной женщины в гигантских бабушкиных трусиках дал повод для экстренного самоудовлетворения в мужском туалете.
— Нет, — отрезала она, продолжая выполнять свои обязанности. — И разве ты не должен сосредоточиться на поиске своей пары? Потому что она — не я.
Это уж точно.
«Да, Тула я сидел на встрече, когда случился краткий миг паники, заставляющий задуматься, а не начинаю ли я сам путешествие по тропе зла».
Теперь он чувствовал себя намного лучше.
Зак откинулся на спинку чёрного кожаного кресла.
— Что, если по воскресеньям у тебя будет выходной? Чтобы развеяться. Со мной, конечно.
Они работали в офисе семь дней в неделю, потому что, когда ты бессмертен и отбываешь наказание, кому какое дело до выходных?