Королева-ведьм на Хэллоуин (ЛП)

— Я не медвежатник. Даже будь у меня такой талант, сила колдуна больше, чем моя когда-либо могла быть.
— Ладно, ладно. — Рёк огляделся. — Эта лаборатория огромная. Здесь могла бы поместиться батарея замка.
— Или это может быть в Покипси. Магия не всегда работает как электричество. — В этом месте так много напряжения, что её распущенные волосы, казалось, встали дыбом. Или, может быть, её пугали мысли, которые она уже успела осознать.
  
• Что поставлено на карту: эти воплощённые гости будут приходить до тех пор, пока не убьют меня и всех, кого я люблю.
• Чего она желала: жизни без них с парой, который любит и уважает меня.
• Чего она боялась: что согласится на меньшее — или умрёт, не успев прожить жизнь.
— Даже если мы найдём батарею, я не смогу уйти, — сказала она, — пока моя миссия не будет завершена.
Казалось, тщательно подбирая слова, он произнёс:
— Со всеми этими удобными местами и слепыми углами лаборатория станет зоной поражения, если твои гости снова появятся. У нас могут быть неприятности.
Она кивнула.
— Да. И тебе следует уйти, если сможешь. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Но если вернусь домой с пустыми руками, поставлю под угрозу сестёр. — Она сделает всё, чтобы защитить их, как и они сделают всё для неё, в том числе подвергнут себя опасности. Свирепая Лея бросилась бы под пули с боевым кличем, а прилежная Шалфа и озорная Кло последовали бы за ней. Смертоносная Белла сражалась бы до конца за любое дело, но особенно за Поппи. — Рёк, если я не найду способ остановить гостей, чувствую, что они убьют меня и тех, кого я люблю. Они не успокоятся, пока мы все не умрём.
Казалось, он глубоко задумался, а потом, наконец, сказал:
— Как думаешь, разрушитель проклятий здесь?
— Может быть? — Ей хотелось верить, что ответ близок. Они уставились на дальний угол лаборатории, скрытый за большой занавеской. Это плохой знак. Он сказал:
— Мы ведь зайдём за эту занавеску, да?
— Ага.
— Тебе не понравится то, что мы увидим?
— Не-а.
— Нечем рисковать, да? Просто держись рядом, хорошо?
Он пошёл глубже, всматриваясь в тени. По дороге Поппи не обращала внимания на паучьи яйца, хрустевшие под ботинками, и рассматривала раны Рёка. Лезвие куклы пронзило его насквозь.
— Тебе было очень больно.
— Я буду в порядке. — Он пожал широкими плечами и поморщился. Его боль взывала к ней, и Поппи пришлось сжать кулаки, чтобы не прикоснуться к нему. — По крайней мере, ты быстро восстанавливаешься. — Его глаза уже очистились от красных пятен. Он коротко рассмеялся.
— Да, если бы.
Сочувствие побуждает к откровенности.
— Если у меня не будет другого шанса сказать… я всё слышала о твоих подвигах, и они не посредственные. — Он вопросительно посмотрел на неё, словно она снова его дразнила. — Ещё до сегодняшнего вечера я поняла, как хорошо ты сражаешься. — Она была поражена мастерством владения мечом, его стилем, сочетающим демоническую жестокость и холодную точность. Огонь и лёд. — А твоя разведка — на высшем уровне. Все это знают.
— Спасибо, Рыжик. Я ценю это. Жаль, что я не успел изучить это место. Я не знаю всех тонкостей, и это меня сбивает с толку. — У него не было такой возможности, потому что он поспешил к ней.
— Я состою в форуме, где обсуждают тайны, окружающие замок. Там отлично можно обмениваться информацией, если не считать троллей. Они каким-то образом пробрались в интернет. В любом случае, на форумах можно найти массу подробностей об этом замке и колдуне. Многое — догадки, но некоторые подтвердились.
— Эти участники форума предсказывали такое? — Рёк обвёл рукой окрестности.
— А хоть кто-то мог? — Когда они проходили мимо резервуаров с частями тел, он тихо выругался. — Эта лаборатория не может быть ещё более жуткой. — В этот момент в стержень ударила молния, ослепив их ярким светом. Электричество зажужжало, проходя по проводам к этим резервуарам. Одна отрубленная нога задрожала, ударив по стеклу с глухим стуком.
— Может. — В мыслях Поппи промелькнул портрет на лестничной площадке. — Я начинаю подозревать, что здесь делал колдун.
— Только не говори, что оживлял трупы.
Она вздохнула.
— Именно. Он хотел воскресить свою жену и детей.
— Фантастично!
— У тебя пунктик на возвращение мертвецов к жизни?
— Ты обнаружила мою уже не тайную слабость, — ответил Рёк. — Должно быть, он держал эксперименты в той темнице. — Они нашли ответ на ещё одну загадку: колдун действительно стал абсолютным злом.
— Значит, он был таким же ужасным, как и мои гости.
Рёк нахмурился на неё.
— За ужином ты ни разу не упомянула о своём проклятии, хотя мы и говорили о монстрах. Хотя с этого я бы никогда не начал первое свидание. — Он пнул пустой ящик, лежавший у них на пути. — Ты скажешь своему колдуну?
— У нас с Иксиусом было больше, чем первое свидание. — Мышцы на челюсти Рёка напряглись. Ревность? Восхитительно. Она рассказала Иксиусу, потому что думала, что он может помочь. Но колдуны хитры, а хорошие, как её отец, встречались редко. Большинство ненавидели ведьм, их женская сила их пугала. Другие хотели высосать из ведьмы всю силу, ничего не дав взамен. Иксиус, склонялся к последнему варианту и был разочарован, когда Поппи не проявила никаких способностей. В конце концов, она была рада избавиться от него. Рёк сказал:
— Когда я спросил тебя в тот вечер, почему, по-твоему, людям нравятся фильмы ужасов, у тебя было странное выражение лица, и ты ответила: «Потому что это похоже на опасность. И перед лицом смерти жизнь становится ценнее».
— Я помню, — сказала она, удивлённая, что он помнил.
— Ты говорила по собственному опыту. Каждый Хэллоуин твоя жизнь превращается в фильм ужасов.
— А в этот раз и у тебя. — Паутина окутала её. Поппи потёрла лицо, отплёвываясь от нитей. Весь этот замок был полон паутины, и она влетела прямо в неё, затащив с собой и Рёка. Спасибо, Марикета. Как Поппи могла продолжать бороться, чтобы найти разрушителя проклятий? Как она могла не согласиться? — Держу пари, ты никогда не тратил столько усилий, ради секса. Должно быть, жалеешь о своём решении прийти сюда.
Его взгляд скользнул по её губам.
— Оно того стоило хотя бы ради этого поцелуя.
От воспоминаний у неё участилось сердцебиение, и, судя по его ухмылке, он это заметил.
— О, да ладно, Рёк. Это слишком высокая цена за поцелуй. Нам ещё несколько часов ждать, и придут другие неубиваемые гости.
— Ты была бы мертва, если бы я не пришёл сюда. Так что я ни о чём не жалею. Помни, я беспокоюсь не о себе. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. — Так она не представила себе беспокойство в его глазах, когда Аннализа нанесла удар. Несмотря на историю Поппи и Рёка, демону она действительно была небезразлична.
— Почему твоя работа — обеспечивать мою безопасность?
— Ты наняла мой меч.
— То есть тебе заплатили. Но ты не будешь доволен одним поцелуем.
— Нет. — Он посмотрел на неё. — Не буду. — Или, может, игрок просто хотел поставить галочку. Тьфу. Его отношение раздражало. Вскоре раздражение загудело внутри, как электричество вокруг. Она была в ярости из-за того, что оказалась в ловушке, из-за того, что какой-то придурок где-то проклял её. Она была в ярости из-за того, что демон так на неё влиял. Неужели за годы соперничества, одно ужасное свидание и опасную прогулку по замку она отдала ему частичку своего сердца? Что, если она никогда не вернёт её?
Он подарил ей ещё один поцелуй, который вывернул её наизнанку, не обещая ничего большего. Его поцелуй был проклятием. Это означало, что она проклята вдвойне. Паутина окутывала её. Пф-ф. Паучьи яйца хрустели под ботинками. Молния расколола воздух надвое. Эта нога стучала, стучала, стучала. Всё в этом месте выводило её из себя. Рёк, похоже, испытывал то же самое, его плечи напряглись. Резким тоном он спросил:
  
— Ты твёрдо решила встречаться с колдуном?
— О чём ты говоришь?
— Ты сказала бывшему, что приведёшь с собой сотню других колдунов