Америка глазами эмигранта. Том 1
За Дэмиеном Херстом прочно закрепилось «звание» скандального и эпотажного художника, а интернет полон его фотографий, где он облизывает сотворенные им черепа или целуется с ними. Отчего бы не повалять дурака, если людям с толстым бумажником это нравится.
О том, что человек этот безусловно талантливый, говорит его последняя работа – «Истина». Она представляет собой «освежеванную» беременную женщину, 20-метровой высоты, отлитую в бронзе, с мечом в одной руке и весами за спиной – в другой. Свое творение Херст классифицирует, как «монументальную современную аллегорию правды и справедливости из серии Богородица». Цель «богородицы» – заставить общественность «обратить внимание на возросшие случаи беременности среди подростков в Англии».
Другой протеже Гагосяна, раскрученный им на миллионы – нью-йоркский скульптор-концептуалист Jeff Koons, переносящий предметы быта (пылесос, игрушку, мяч) в художественное пространство, добавляя от себя лишь размеры и цвет. «Цветок из воздушного шарика» – $24,75 млн, «Висящее Сердце» (красивая ёлочная игрушка, только трехметровой величины) – $23,6 млн.
Джефф Кунс следующий за Херстом в рейтинге самых дорогих авторов из ныне живущих. А впервые прославился он серией скульптур «Сделано на небесах» (смесь китча с порнографией), изображающей во всех подробностях его занятия любовью с бывшей женой – итальянской порнозвездой Илоной Сталлер (больше известной как Чиччолина).
После того как в Версале состоялась выставка его работ, во Франции разразился скандал, а Национальный совет писателей призвал французов организовать демонстрацию протеста у ворот Версаля в защиту «памяти короля Людовика XIV».
Но вернемся к удачливому пропагандисту и распространителю поп-арта, Ларри Гагосяну. Пожалуй мало найдется в Америке и в мире людей, достигших таких финансовых высот и такой популярности, о которых было бы так мало известно. Это самый неуловимый и ускользающий от любых интервью бизнесмен, не отвечающий на вопросы, связанные с его биографией, никогда не упоминающий ни о своей семье, ни о своих родителях – так пишут о нем американские СМИ. И несколько заблуждаются, поскольку последние два года он давал интервью, и не раз, российским журналистам. Правда отвечал лаконично, коротко, не отступая от собственных штампов.
– Я начинал с продажи постеров в Санта-Монике в 1970-е, – обычно начинает он свой рассказ, – сменил много работ, пытаясь свести концы с концами…
О том, что он создал свой бизнес целиком и полностью самостоятельно, без партнеров, акционеров, без опоры на какой-либо, полученный по наследству капитал, начав с плакатов (покупал их по $2–3, оправлял в алюминиевые рамки и продавал по $15), он рассказывает каждому, кто допытывается о его прошлом, поддерживая или создавая самый востребованный в Америке имидж «господина Go-Go». Быстро набирая обороты, он открыл сначала магазин, где делались рамы для картин, а затем художественную галерею, законтачив с крупным калифорнийским коллекционером Эли Бродом, который одним из первых начал покупать у него произведения современного искусства.
Ларри Гагосян родился в 1945 г, в Лос-Анджелесе, в семье американцев армянс-кого происхождения (его бабушка и дедушка были выходцами из Еревана). Отец был бухгалтером, мать, по одной версии, второстепенной актрисой, по другой – продавщицей в «Робертсон». Судя по всему, он смолоду был весьма расторопным, умел держать нос по ветру и знал, где и как можно делать деньги. Роберт Мангурян, строивший для него дом в Лос-Анджелесе, рассказывает: «Мы получали зарплату в набитых наличными пакетах. Он проворачивал какие-то сделки; занимался недвижимостью; сдавал собственность в аренду – деньги сами шли к нему в руки».
В 79-м Гагосян переехал в Нью-Йорк и открыл там свою первую галерею – в Сохо. Затем вторую, третью, пока не превратился в крупнейшего «трансатлантического галериста», «короля всемирного арт-рынка», миллиардера, коллекционера и пр. В свои за шестьдесят он выглядит как голливудская звезда. Одет с иголочки, улыбчив, подтянут, с аккуратно подстриженной серебряной шевелюрой. Глядя на его респектабельный вид, никогда не подумаешь, что он обладает буйным взрывным нравом и убойно-пробивной силой.
Во всех его галереях постоянно организуются выставки, на которых заключаются многомиллионные сделки. Его следующий шаг – стационарная Gagosian Gallery в Москве, где можно исполнять с российскими олигархами этакий забавный танец под названием «игра с деньгами».
11
Эли Брод и его музеи
Осенью 2016-го Лос-Анджелес, в буквальном смысле, обогатился новым супершикарным музеем, прописавшимся в самом центре даунтауна. Это Музей современного искусства, названный по имени его создателя и владельца: THE BROAD.
Миллиардер, коллекционер, предприниматель и филантроп, Eli Broad, сделавший состояние на строительстве и инвестициях – личность удивительная, по сей день (в свои за восемьдесят) одержимая благотворительностью. Невозможно переоценить масштабы той материальной помощи, которую он и его фонд оказывает учебным, культурным и медицинским организациям по всей Америке, исчисляемой десятками, а то и сотнями миллионов долларов.
Родился этот фанатик филантропии в Нью-Йорке, в 1933 году, в еврейской семье иммигрантов из Литвы, и был единственным ребенком своих родителей, простых тружеников, встретившихся и поженившихся уже в Америке. Его отец нашел работу маляра, а мать была портнихой. Когда Эли было шесть лет, семья переехала в Детройт, штат Мичиган. Там отец уже был организатором профсоюза и хозяином дешевого магазина, а его сын учился в школе.
В 21 год Эли Брод с отличием окончил Университет штата Мичиган (MSU), по специальности бухгалтерский учет, и в том же 1954 году женился на 18-летний Эдит Лоусон, его бессменной спутнице жизни по сей день. Перейдя на самостоятельный режим, основал свою собственную бухгалтерскую фирму, скооперировавшись с родственником жены, Дональдом Кауфманом. Вроде бы карьерный рост по специальности был ему обеспечен. Однако, через пару лет Эли понял, что это не его, и решил кардинально изменить профиль своей деятельности.
«Никто и никогда не зарабатывал миллиард, будучи осторожным, неуверенным или слишком рациональным, – рассказывает сам Брод. – Мне было 22 года, и я был молодоженом, когда мне в голову пришла сумасшедшая идея бросить карьеру бухгалтера и заняться строительством. И хотя я ничего не смыслил в строительстве, порой именно самые безумные идеи приносят самые невероятные результаты. Я пошел на этот риск в 1953 году и занялся делом, которым на Среднем Западе не занимался никто, потому что ежемесячные ипотечные выплаты были ниже, чем аренда.»
Эли Брод не просчитался и в 25 лет был уже миллионером. Вместе с Кауфманом они начали с того, что заняли у родителей жены $25 000 и вложили половину капитала в свое первое предприятие – строительство двух современных домов в пригороде Детройта. Начинание увенчалось успехом, и в течение двух следующих лет их Kaufman amp; Broad умудрилась построить и продать 600 домов, превратившись в одну из крупнейших компаний по строительству семейных домов в стране. «Потом вместе с Кауфманом они приобрели Sun Life Insurance Company, старейшую американскую компанию, основанную в Балтиморе в 1890 году. Приобрели за $ 52 миллиона, а 30 лет спустя продали за $18 млрд.
В 1963 году Эли Брод вместе с семьей и компанией обосновался в Лос-Анджелесе. Поначалу необъятный, расползшийся во все стороны мегаполис, не имеющий даже единого центра, пугал супругов, они его не понимали. А Эдит так просто возненавидела Город Ангелов, умоляя мужа вернуться в Феникс. Но постепенно они так сжились, можно сказать, срослись с ним, что уже никуда не захотели переезжать.
За свою долгую жизнь этот неугомонный человек создал с пол-тысячи компаний в различных отраслях промышленности, строительства и искусства. По данным журнала Forbes на октябрь прошлого года Брод занимал 65-ое место в списке самых богатых людей мира, его состояние оценивалось в $ 7,4 млрд чистой стоимостью.