Америка глазами эмигранта. Том 1

Великолепная беломраморная статуя Христа – копия с оригинала Бертеля Торвальдсена, и совершенно потрясающая 18-фигурная скульптурная группа «Таинство жизни», изваянная в мраморе скульптором Эрнесто Гассери специально по заказу Итона для Forest Lawn и доставленная сюда из Италии. Автор запечатлел основные фазы человеческой жизни и человеческих чувств.
В мавзолее Court of Honor экспонируется гордость Forest Lawn – огромный витраж размером 30х15 футов: «Тайная вечеря», тоже заказанный Итоном в Италии. Первоклассный мастер Роза Казелли Моретти воссоздала по эскизам Леонардо да Винчи его практически погибшую настенную живопись. И теперь этот витраж, который проходит как «The Last Supper of Leonardo da Vinchi», без ссылки на Моретти (иными словами, не слишком осведомленному в искусстве посетителю витраж выдается как бы за подленник великого мастера) доступен для свободного обозрения все 365 дней в году.
Но самым большим в прямом и переносном смысле сокровищем Forest Lawn, его второй (после «Тайной вечери»), а быть может, и первой достопримечательностью и гордостью, жемчужиной коллекции, безусловно, является колоссальная живописная панорама, которая экспонируется в специально для нее выстроенном павильоне The Hall of the Crucifixion. Это «Голгофа» или «Распятие» – самое большое живописное полотно в мире, написанное на религиозную тему. Его размеры 195х45 футов.
Зал для демонстрации живописной эпопеи – от Распятия Христа до его Воскресения – оборудован на 800 мест. Показ картины проводится сеансами. Люди рассаживаются, занавес торжественно поднимается. Звучит музыка. Голос за кадром рассказывает о художнике и его всемирно известной картине. Луч света выхватывает по очереди отдельные сцены на полотне, концентрируя на них внимание зрителей, ведет их, как по страницам «Благовещения», создавая иллюзию трехмерности, оглушая обилием деталей и действующих лиц.
В центре полотна Христос – перед крестом в окружении множества людей, в том числе римских легионеров, но он одинок среди них. За несколько минут до жестокой казни и мучительной смерти на кресте для Иисуса есть только Бог-отец, с которым он ведет мысленный диалог. Специалисты считают, что этому произведению нет равных не только по величине, но, в первую очередь, по грандиозности замысла и глубокому драматизму содержания.
История картины так же необычна, как и она сама. Ее автор, поляк Ян Стыка (Jan Styka), родился во Львове в 1858 году. С Золотой медалью окончил Академию изобразительных искусств в Вене – лучшую в Европе. Оттачивал свое мастерство в Италии. Вторую половину жизни провел в Париже. В 1894 г. Игнасий Падеревский, известный музыкант, государственный деятель, и тогдашний премьер-министр Польши, видимо обладавший незаурядным воображением, представил себе этакое всеобъемлющее полотно, на котором отобразились бы сразу все сцены последних часов земной жизни Христа, и предложил своему соотечественнику художнику Яну Стыке воплотить грандиозный замысел в жизнь. Стыка идеей загорелся. Два года он готовился: совершил путешествие в Иерусалим, сделав многочисленные этюды и наброски, и на обратном пути посетил Рим, где встретился с Папой Римским Львом XIII. Узнав о намерениях польского художника, Папа благословил его палитру. А на родине его уже ждал заранее заказанный невиданных размеров холст.
Монументальная многосюжетная живопись была впервые выставлена в Варшаве в 1897 г., затем триумфально прошествовала по многим крупным городам Европы и была единодушно признана религиозным и художественным шедевром, явлением века. (Кстати, следуя традиции старых мастеров, Стыка оставил на холсте для потомков свой автопортрет – в образе апостола Павла.)
В 1904 году Стыка привез свое творение в Америку, рассчитывая выставить его в St. Louis Exposition. Но для такого колоссального полотна не нашлось соответствующего зала. Длинное и утомительное путешествие через океан не только не оправдало себя, но и обернулось для Яна Стыки как для художника трагедией. Помимо того, что он возвращался домой, так и не показав Америке свой шедевр, при регистрации багажа в Чикаго с него потребовали огромный таможенный налог за вывоз картины, который его американские партнеры не смогли оплатить. Работа была конфискована, и художник уехал без нее. Больше до конца своих дней он ее не видел и ничего не знал о ее судьбе. Ян Стыка скончался в 1925 году и был похоронен в Риме.
 
На долгие 40 лет это, покорившее Европу, творение было потеряно для мира – до той поры, пока о его существовании не узнал Хьюберт Итон. Он разыскал уникальную картину в 1944 году. Сильно поврежденное полотно все эти годы пылилось в подвале чикагской Civic Opera Company. Итон привез его в Глендейл и немедленно приступил к строительству «жилища», достойного шедевра. Для реставрации картины он пригласил из Франции сына Яна Стыки, Адама, тоже художника.
Так, в 1951 году «Голгофа» вновь увидела свет. А в 1959 Хьюберт Итон, получив согласие семьи художника, перевез его останки в Forest Lawn для их почетного перезахоронения в Hall of The Immortals, рядом с павильоном Hall of The Crucifixion. Заканчивая рассказ о поселившемся в Глендейле шедевре польского художника, добавлю, что в 2005–2006 гг. он был подвергнут повторной реставрации – в связи со столетним юбилеем Forest Lawn.
Ну и, конечно, нельзя не упомянуть еще об одном: Forest Lawn Memorial Park в Глендейле – самое большое кладбище голливудских кинозвезд «Золотого века». Вот только несколько имен: Кларк Гейбл, Кэрол Ломбард, Джимми Стюарт, Джин Харлоу, Хэмфри Богарт, Мэри Пикфорд, Эррол Флин, Спенсер Трейси…
Само собой разумеется, что на знаменитости общие правила кладбища-новатора не распространяются. Их надгробия это прекрасные памятники, помпезные склепы и усыпальницы, наглухо закрытые от случайных посетителей оградами. Итон же, умерший в 1966-м, в возрасте 85 лет, разумеется, был похоронен на созданном им кладбище, которому отдал полвека своей жизни и душу впридачу. Правда, не под горизонтально уложенной табличкой с именем и датой, а под вертикальной (!) беломраморной плитой, вмонтированной в стену склепа.
Forest Lawn отмечает юбилеи и даже проводит выставки работ современных художников. Так, в стенах его музея проходила выставка армянских художников под эгидой «От Арарата до Америки». (В Глендейле, где расположено Мемориальное кладбище, как известно, сконцентрирована самая многочисленная армянская диаспора Америки.). Единственной привязкой к месту данного мероприятия можно считать то обстоятельство, что часть работ художников была посвящена геноциду.
Такой беспрецедентной активностью «светской жизни» вряд ли может похвастаться какое-либо другое кладбище, не только в Америке, но и в мире. Но это отнюдь не означает, что места отдохновения усопших превращены в проходной двор. Посетители рассеиваются по обширной территории, теряясь среди ее просторных лужаек, водоемов, змеящихся по склонам холмов дорог, в музеях и церквях, не тревожа покоя усопших. А может, кто знает, и радуя их.
 
9
 
Великий Цезарь Пол Гетти-Адриан и его империя
 
Благодаря целому ряду известных американских меценатов – страстных коллекционеров и любителей прекрасного, собиравших ценнейшие произведения искусства по всему свету и позаботившихся об их приумножении даже после своей смерти, музеи изобразительного и прикладного искусства Калифорнии занимают весьма солидное место не только в стране, но и в мире. Есть в этом букете Уильям Херст, Арманд Хаммер, Генри Хантингтон, Нортон Саймон и, конечно, Жан-Пол Гетти – личность весьма любопытная, своего рода феномен.
Во всей жизни этого странноватого господина, этого богатейшего скупердяя или скупейшего богатея просматривается некая мистическая жилка – со дня его рождения и до последнего вздоха, оказавшая громадное влияние на судьбу не только его собственную, но и его потомства… и на американцев в целом, как на его наследников. По существу его следовало бы называть: великий цезарь Пол Гетти-Адриан. По крайней мере именно так он сам себя идентифицировал.