Победитель будет один

В отеле Соню ждал долгий разбор полетов, к которому присоединились гонщики. Они разместились в конференц-зале и долго анализировали, что и где пошло не так, что можно было сделать лучше. Разумеется, о раннем заезде Давида не было сказано ни слова, как будто Соня такого не предлагала во время гонки. Как будто Ник не отмахнулся от нее, словно от неразумной школьницы.
Пилоты рассказали о работе машины, причем Кори легко оперировал сложными техническими понятиями. На восторги инженеров равнодушно пожал плечами и упомянул о посещении лекций в Кембридже. Давид слушал, поглядывая на новичка с неприязнью. Крепкого сотрудничества у них не выйдет: Давид на дух не выносил умников.
  
После Соня проводила Ника до машины.
– Что будешь делать дома? – спросил он.
– Навещу Ханну, она планирует какой-то важный прием. – Соня давно привыкла звать мать исключительно по имени.
– Передавай ей привет.
– Лучше не буду.
– Она до сих пор считает, что я толкаю тебя на кривую дорожку?
– О да.
Ханна, мягко говоря, не одобряла назначение Сони. А уж когда полилась грязь в прессе, мать подсела на антидепрессанты, словно это о ней писали всякое. Она всегда остро реагировала на гоночный мир, гонщиков… на все, что касалось этой темы. Неудивительно, учитывая гибель супруга во время гонки, но Соня-то не гоняла. В отличие от того же Адриана, к примеру. И почему-то Ханна больше доставала дочь, пытаясь выцарапать из этого мира, а когда не получалось, впадала в очередную истерику. Она была слишком актрисой и никогда об этом не забывала.
– Еще пара лет – и привыкнет.
– Не думаю.
– Привыкнет, – повторил Ник, наблюдая за погрузкой чемоданов в машину. Затем повернулся к Соне. – Ты какая-то молчаливая сегодня. Все в порядке?
– Конечно.
Но Ника нелегко обмануть:
– Хочешь что-то мне рассказать? Или поругаться из-за гонки? Я же вижу, как у тебя жопа подгорает от количества претензий. Хотя смысла в них мало – напоминаю: во время гоночного уик-энда я твой босс, а не добрый дядюшка Никки.
– Поговорим в Китае. Сейчас тебя ждет внук.
– Уверена?
– Уверена.
– Тогда увидимся в Шанхае. И все-таки передай Ханне привет.
– Скажи еще позвать ее на гонку, – проворчала Соня, глядя, как Ник загружается в машину. Единственный раз, когда ее мать решилась на посещение Гран-при, закончился эпичной аварией Адриана. Сказать, что это было ужасно, – ничего не сказать. И речь совсем не про аварию.
Ник помахал на прощание и умчался в аэропорт. Соня потопталась у выхода и отправилась в номер.
 
Гонка 3. Китай
 
 
Глава 18
 
В Китае и Японии у гонщиков в расписании много активностей вне трассы – съемки для промороликов, викторины и прочее, чтобы порадовать болельщиков из Азии. Поэтому Джо – новый пиарщик «Зальто» – выглядел так, словно вот-вот умрет, бегая по гаражам после первой практики. Его рыжая макушка мелькала в десятке мест одновременно, и плевать, что такое невозможно.
Соня искренне жалела этого бедолагу. Джо был американцем и отдавался любимой работе на тысячу процентов, искренне не понимая, почему остальные не могут относиться к пиару так же страстно, как и он сам. Давид отмахивался от него, как от назойливой мухи, а Кори улыбался и кивал, но поступал по-своему. Последнее Соня отметила с нехорошим предчувствием. Она вообще стала поглядывать на Кори чаще обычного, чуть ли не следить за ним.
Новичок оказался непростым: хорошо разбирался в конструкции болида, чем очаровал всех механиков; после Бахрейна проспонсировал поход в бар для команды, что вознесло его до небес. А еще он умел посылать так вежливо, как удавалось, наверное, только канадцам. Тот же Джо был послан десятки раз, но даже этого не понял.
Соня смотрела на новичка с уверенностью, что когда-нибудь он пошлет и ее. Прямо во время гонки. Сто процентов. Даже двести.
Может, это преждевременные выводы, ведь первое впечатление о Кори было иным, но теперь Соня и сама не понимала, почему так быстро записала парня в милые медвежата. У него даже взгляд был непростым, острым, как лезвие бритвы. Он часто поглядывал на мир исподлобья, сдвинув прямые брови, а на Соню и вовсе взирал как на личного врага, заставляя гадать, чем она ему насолила. Может, встречей с Кифером Вайсбергом? Ведь, когда она обратилась к новичку «малыш Джексон», он испепелил ее взглядом, и ей это точно не показалось.
Видимо, на Соне лежало хитрое проклятье, оно и не позволяло ладить с гонщиками собственной команды. По-другому это все не объяснить. С бывшим пилотом, Отто Арне, у нее тоже все было напряженно, но трудности хотя бы начались не сразу. В основном Отто злился на командную тактику и вечную необходимость подстраиваться под Давида Моро, и накал пришелся на вторую часть сезона. А малыш Джексон всего две гонки проехал и уже смотрел волком.
– Пообедаем, пока есть время? – Появление Кими отвлекло от размышлений. Как и зальтовцы, подруга была облачена в командное голубое поло и синие брюки, но наверняка мечтала сменить этот кошмар на очередную рваную футболку. – Сейчас умру от голода. Проспала завтрак, и вот результат.
– С удовольствием, я хочу кофе. Дай мне минуту – допишу сообщение в штаб.
– Пиши быстрее, я очень голодна… Ты наблюдала за новичком?
Соня мысленно поморщилась – ей казалось, она делала это незаметно.
– Феликс шепнул мне кое-что по секрету, – продолжила Кими, и на ее лице расплылась хитрая улыбка. – Говорит, малыш Джексон выспрашивал про меня. Аккуратно так интересовался, что у меня с Пьером.
– Тебе напомнить, что все сказанное Феликсом стоит делить на десять? Возможно, Кори спрашивал про погоду, а Феликс додумал остальное.
– И все равно поворот интересный. Как думаешь, мне пойдет быть миллиардершей? Никогда не думала об этом, но мне нравится! Буду не шеи звездные разминать, а заниматься самообразованием до конца своих дней.
– Каким еще самообразованием?
– Не знаю, но, как только начну, все расскажу, – пообещала Кими. Настроение у нее было прекрасное, она просто светилась – то ли интерес Кори на нее так повлиял, то ли отсутствие завтрака пошло на пользу. – Может, позовем на обед Джо? Парню нужна передышка. Через час опять съемки, а у него пена изо рта идет от усталости.
– Разве пена не признак бешенства? – Соня отложила телефон и вместе с Кими отправилась в сторону гаражей. – Не знала, что это еще и признак усталости.
– Не занудствуй.
– Это выше моих сил, увы. И ты права: Джо неплохо бы передохнуть.
– А я о чем!
– Еще он весь такой белозубый красавчик, и Пьер будет ревновать.
– Иногда я так тебя ненавижу, Соня Ридель! Ты как вычислительная машина – совершенно бездушна и бесчеловечна! – Кими фыркнула и отвлеклась на вылавливание Джо. Он обнаружился в гаражах, обложенный гаджетами, с сумасшедшей скоростью что-то строчащий на ноутбуке. От обеда он пытался отказаться, но недооценил настойчивость Кими, которая ломала и не таких работяг. Вот и Джо в итоге сдался.
Вскоре они вместе сидели за маленьким столиком, поглощая рис и слушая причитания Джо.
– Вы бы знали, что было утром! – жаловался он – парню необходимо было выговориться. – Катастрофа! Почему в других командах нормальные гонщики, а мне достались эти двое? Я отвечал за такие пиар-компании, вел столько соцсетей, но тут бессилен! У меня руки опускаются каждый раз, когда надо работать. А такое было… никогда такого не случалось!
  
– Брось, Давида обожают как раз за то, что он… Давид, – пробормотала Кими. – Такой весь взрывной, горячий и самовлюбленный, а это типаж… да вообще всех на свете! Еще и этот нос с горбинкой, м-м!
– При чем тут его нос? – напрягся Джо.
– При том, что с таким носом можно не слушать всяких пиарщиков.