Зимний двор (ЛП)
— Ты защищала меня, — сказал он, удивив её, и вытер большими пальцами её слёзы, прижавшись лбом к её лбу. Его дыхание коснулось её губ, и Айслин приподнялась на цыпочки, целуя его, пока его магия окутывала её, сжигая розовое платье, пока оно не превратилось в пепел и не упало на пол. Он поднял её на руки и понёс к кровати, не теряя ни минуты, чтобы набраться сил и защитить её.
Оказавшись там, он осторожно опустил Айслин и посмотрел на её идеальное тело. На нём были царапины и шрамы от тренировок и разных видов фехтования. Её стройные бёдра были крошечными, и всё же он знал, как она использовала их, чтобы перевернуть его идеально сбалансированный мир с ног на голову. Она выстрелила в него, затащила в пещеру, а потом ублажала его своим неопытным телом, пока они оба не начали задыхаться. Это его чёртова пара, та, на которую заявил права волк. Айслин его идеальная пара. В ней было столько недостатков, что она сияла изнутри ярче, чем любая другая женщина, которая хоть на мгновение привлекла его внимание.
— Наблюдая за тобой с Ашером…
— Тебе понравилось, — тихо рассмеялась она. — Я чувствовала, что ты был здесь, со мной. — Она коснулась рукой груди. — Я чувствовала, что ты должен был присоединиться к нам.
— Не буду лгать, — произнёс он, снимая рубашку и обнажая накачанную грудь, которая уже восстанавливалась. — Я возбудился, а звуки, которые ты издавала? Как бы ты ни старалась, чтобы я их не слышал… Я возбудился, наблюдая за твоим лицом, когда ты получала удовольствие от его рта. Может, я и ублюдок, раз так думаю, но ты была такой горячей, когда его рот ласкал твою сладкую плоть. И ты всё равно кормила меня; ты сделала это не только ради спасения малышек, но и чтобы спасти и накормить меня. Я всё ещё планирую надрать ему задницу за то, что он трогал мою девушку, но не держу на тебя зла. Мне нужно, чтобы ты это знала.
— Я знала, что если кончу, смогу тебя накормить, — призналась она. — Он был хорош, но ты лучше. К тому же он не проявлял ко мне интереса, а этого я жажду больше, чем плотских утех, — призналась она. — В саду я хотела сказать тебе, что влюбляюсь в тебя, но чуть не потеряла тебя, и поняла, что хочу этого больше, чем могу выразить словами. Я знала, что люблю тебя тогда, и всё ещё люблю сейчас.
Он просунул большой палец под пряжки своих брюк, стянул их и обнажил член, который пульсировал от желания оказаться в её теле. Он слегка коснулся её бёдер, когда она приглашающе их раздвинула.
— Я боюсь причинить тебе боль, — признался он.
— Не причинишь, — хрипло сказала она, приподнявшись на локтях и глядя на него. — Сотри их с моей кожи. Я победила, Синджин. Те, кто пытался причинить мне боль, ушли из этого мира, потому что я так захотела. Я лишила их возможности управлять моим страхом и моим будущим, и теперь я прошу тебя дать мне почувствовать тебя. Дай мне почувствовать, каково быть любимой и желанной. Я больше не позволю им управлять мной. Ты мне нужен.
Её мольба пронзила его грудь, и он прижался губами к чувствительной коже на внутренней стороне её колена. Он целовал каждый сантиметр, прежде чем устроиться между её ног. Синджин приподнял её ногу и поцеловал икру от самого основания до лодыжки, чтобы каждый её сантиметр почувствовал его поцелуй, почувствовал, что его ценят.
Закончив с ногами, он просунул язык во влажную глубину её влагалища и ласкал, пока Айслин не забилась на кровати, вцепившись в одеяло, и первый оргазм не накрыл её ослепительной волной.
Он начал медленно целовать её бёдра, покусывая кости, которые выделялись на её мускулистом теле. Его губы замерли над её пупком, и Синджин нежно прошептал что-то малышам, которые росли внутри, прежде чем продолжить медленное, неторопливое путешествие вверх, посасывая каждый сосок. Её сладостные стоны заставили его прижаться членом к скользкой плоти, которая умоляла о том, чтобы её трахнули. Он входил в неё медленнее, чем когда-либо прежде, дюйм за дюймом погружаясь в её тепло. Оно его и только его. Он видел, как его партнёрши по постели брали любовников, и хотя раньше это никогда его не беспокоило, мысль о том, что кто-то другой войдёт в Айслин, заставила волка внутри него подняться и предупреждающе зарычать. Чёрт, он не одобрял Ашера с ней, но наблюдал за ними и никак не отреагировал, что странно. И всё же его мысли возвращались к той сладости, которую она ему подарила, и они оба видели только красное. Адам ни за что её не трахнет.
Синджин приподнял Айслин, и, схватив её руки, вошёл в неё. Айслин выкрикнула его имя, когда в животе начал нарастать приближающийся оргазм. Она прекрасна. И она его пара во всех смыслах, которые вообще имели для него значение. Они прошли через ад, и всё же она стала сильнее, решительнее, и, что ещё лучше, каким-то образом она влюбилась в него так же сильно, как он влюбился в неё.
Она нашла его губы, обхватив его лицо руками и прижимаясь к нему со стоном, пока он наращивал темп. Её поцелуй стал неистовым, и единственное, что она могла связно сказать, было «чёрт», пока он удерживал её в агонии оргазма достаточно долго, чтобы это стало наказанием. Айслин открыла глаза и вскрикнула, укусив его губу, а рычание отдалось в её груди и сорвалось с губ вместе с его именем в проклятии.
Он прижал её к кровати, схватил за руки и поднял их над головой, покусывая метку на её плече, пока её тело содрогалось в его объятиях. Его зубы скользили по коже, не прокусывая, а язык исследовал шрам, наслаждаясь тем, как это посылало искры по их связи. Оргазм застал Синджина врасплох, когда её тело сжалось, прижимаясь к нему, и внутренние стенки сжали его член, пока он изливался в её тепло.
— Я люблю тебя, — произнёс он. — Не знаю, как и почему это случилось, но думаю, что то, что ты выстрелила в меня, стало лучшим, что случалось со мной.
— Я выследила тебя и заявила на тебя права, — хрипло рассмеялась она, и её щёки вспыхнули.
— Кажется, я влюбилась в тебя, когда сказала «да» твоему брату, а зверь взвыл от боли. Я хотела успокоить его, пообещать, что всё будет хорошо, но не знала, смогу ли и будет ли у нас всё хорошо. Тогда я поняла, что хочу тебя, и что ничто больше не имеет значения.
— Я никогда не чувствовал себя таким опустошённым, как тогда, — признался он, целуя её в шею и покусывая ухо. — Как будто часть меня вырвали из груди, и думаю, что этой частью была ты. Потом, когда я увидел, как он пытается не прикасаться к тебе, чтобы закончить клятву, я хотел его убить. Я хотел разорвать его на части, но слёзы, которые текли по твоим щекам, сказали мне всё. Они остановили меня от братоубийства, и тогда ты стала моей. Мы зачали детей, Айслин.
— Двух, — сказала она, смотря на него. — Я никогда даже не думала о том, чтобы стать матерью или завести детей. Я просто думала о том, что было бы, если бы. Что я выйду замуж за того, за кого решат родители, а потом что это ты. Я имею в виду, что я выстрелила в тебя, чтобы выбраться из той ситуации. — Она рассмеялась, проведя рукой по его груди, обводя метку.
Он накрыл её руку своей и поцеловал в щёку.
— Пора, — произнёс он, одевая их обоих с помощью магии, притягивая к себе и вставая с кровати.
— Они здесь? — прошептала она.
— Они достаточно близко, чтобы мы могли слышать их боевые барабаны. Полагаю, кто-то сбежал и сообщил им, что мы здесь, иначе они бы не били в барабаны, — проворчал он, притянул её к себе и поцеловал так, что у неё поджались пальцы на ногах, а внизу живота снова заныло от желания.
— Мы должны спасти двор, пока не стало слишком поздно.
— Пойдём спасать наших людей, хорошо? — предложил он, вставая и протягивая ей руку. Она вложила свою маленькую ладошку в его большую руку и посмотрела, как его пальцы накрывают её пальцы.
— Наши люди, — произнесла она, когда они вместе направились в коридор, чтобы спасти людей, которых они будут защищать вместе.
— Наши люди, Айслин.
Глава 50
Хаос, связанный с перемещением всего двора, включая людей за пределами дворца, сводил с ума и вызывал стресс, и всё же они собрали всех, кого могли, в горах, окружающих Зимний дворец. Они потратили всё доступное время, чтобы спрятать останки её матери и Лейна в склепе, который должен появиться благодаря магии дворца. Лишь это оставалось неизменным, что бы ни случилось с дворцом, когда он снова появится.