Остров Дохлого Дракона (СИ)

Но вот из задней двери, находившейся за судейским креслом, показался невысокий гномик в ярко-синей мантии и такого же цвета колпаке. «Судья» - понял Ивашка. Тот прошёл к своему креслу и, расправив мантию, основательно на него уселся.
- Начинается судебное разбирательство по обвинению жителей нашего города именуемых Толстун и Ивашка в убийстве неизвестного, - судья осмотрел зал и продолжил:
- Как показывают свидетели, подсудимый устроил драку с двумя неизвестными гномами, очевидно не из нашего города, так как убитого никто не опознал. Второй гном пойман не был, но как показывают свидетели, он и не пострадал. Зато у нас есть труп и есть признание подсудимого Ивашки, что это он ударил потерпевшего, – Судья ещё раз обвёл взглядом зал. Все внимательно слушали. Тогда он повернулся и осуждающе покачал головой и продолжил:
- Вам слово подсудимый.
Ивашка целый месяц думал над своей речью, а здесь растерялся и стал переступать с ноги на ногу.
- Суд слушает вас, подсудимый.
- В общем, а начну я с вечера накануне. Зашёл, значит, я вечером перекусить к Дубку, а там эти двое уже пьяные были, когда Дубок принёс мне поесть, они полезли на нас с ножами, но были слишком пьяны и мы их оглушили и выволокли на улицу. Потом я пошёл домой, а утром ко мне пришёл гномик Дюшка, и мы решили с ним перекусить у Дубка. Когда мы подошли, то увидели толпу у ресторана и обнаружили, что Дубок убит. Я повёл мальчика подальше оттуда и вдруг обнаружил слежку, тогда я решил зайти в первый попавшийся ресторан, что бы проверить, кто за мной следит. Это оказался один из вчерашних бандитов. На счастье - или на несчастье в ресторане оказался мой друг – Толстун. Я попросил его помочь мне, а сам, спасая гномика, выпроводил его через заднюю дверь ресторана, а когда зашёл назад, то увидел, что два вчерашних бандита с ножами нападают на Толстуна. Ну, я схватил кочергу у камина и поспешил на помощь другу. Вот и всё.
- Свидетель, Дюшка, что вы можете добавить к сказанному, - обратился судья к гномику. И Ивашке вдруг показалось, что вот сейчас Дюшка подтвердит его слова, перед ним извинятся и отравят на свободу и поедут они вместе с пацанёнком и Натали за кладом. Боцман даже заулыбался своим мыслям.
- Так все и было, - пролепетал гномик, он явно был взволнован, тем, что был «свидетелем Дюшкой», что вокруг столько взрослых гномов, что от его слов зависит судьба его друга Ивашки.
- Что все? - повысил голос судья. - Вы рассказывайте, что видели сами.
Дюшка совсем смешался.
- Ну, пришёл я к Ивашке, пошли мы к Дубку, а он убит, и Ивашка вытолкал меня и мы пошли в другой ресторан, а в том выгнал меня через чёрный вход и говорит, беги к учительнице и всё.
- Садитесь свидетель. Подсудимый, Толстун, что вы можете добавить?
- Да, это они на меня напали с ножами и стулом мне по голове заехали, а потом стражники начали бить, все зубы выбили, а затем в тюрьму посадили. За что? За что, я вас спрашиваю? – уже гневно выкрикнул толстяк. – Свободу заключённым.
Гномы, находящиеся в зале, зашумели, зацыкали на Толстуна. Стражники окружили кольцом бедных подсудимых.
Судья поморщился на всё это. И, видимо, желая прекратить шум, похлопал в ладоши. Как ни странно это возымело действие. И через пару минут в зале действительно установилась относительная тишина.
- Объявляется перерыв до завтра, продолжение заседания в это же время, - и судья быстро вышел через ближнюю к нему дверь.
Стражники повели наших героев назад в камеру. Ох, как метался Ивашка в её стенах. Он делал несколько шагов, пока не упирался в стену, разворачивался на одной ноге и так же быстро шёл к другой стене. И так пока Толстун не попросил его «не маячить». Тогда Ивашка набросился на своего сокамерника.
- Слушай, Толстун, он нам не верит, думает, что мы с тобой бандиты какие-то.
- Знаешь, что я думаю, Ивашка. Сошлёт он нас завтра лет на пять в рудники, - и толстяк горестно засопел. – Пять лет солнышка не видеть, не ходить под парусом, - Толстун лёг на своё обычное место и отвернулся к стене.
 
- Да брось ты, не может такого быть, чтобы за одну бандитскую голову давали пять лет рудников, - Ивашка продолжал бегать от стены к стене.
Тут окошко в двери открылось, и им просунули их всегдашнюю капусту.
Эту ночь Ивашка не спал, всё ходил из угла в угол «тусовался» как говорят заключённые со стажем.
Первые лучи солнца, проникшие в маленькое окошечко под потолком, осветили Толстуна. Он лежал на спине с руками под головой и не спал.
- Знаешь, что Ивашка, когда освобожусь, я больше вообще пить не буду, только молоко. Ведь если бы не пиво и ром разве я бы сюда попал?
- Извини, Толстун, это я тебя втянул.
- Да причём здесь ты, я каждый день, как напьюсь, обязательно в какую-нибудь драку влезу. Рано или поздно всё равно убил бы кого или изувечил. Нет, всё больше, кроме молока ничего не пью.
- Я тогда тоже не буду, - Ивашка слез со своих нар и предложил Толстуну:
- Давай поклянёмся, что больше не будем пить.
- Клянусь, - Толстяк поднял руку.
- Клянусь, - поднял руку и Ивашка.
- Лишь бы теперь дали не много.
В это время лязгнул замок и стражники повели наших гномов на суд. Судья уже сидел в своём кресле и нетерпеливо постукивал карандашом по столу. Зрителей в зале было ещё больше, чем вчера. Пришли очень многие горожане знавшие Ивашку и Толстуна.
Едва появились подсудимые, и поднялся страшный шум. Все старались хоть парой слов подбодрить своих друзей.
- Внимание, - закричал судья, - продолжается судебное заседание!
Зал напряжённо затих.
- Слушайте приговор. Ивашку, учитывая все обстоятельства дела и принимая к сведению свидетельские показания, приговорить к одному году галер. Разъяснив, что если галера участвует в военном походе или в битве с неприятелями, то один день засчитывается за три. Толстуна, за участие в пьяной драке, нападение на стражников и неуважение к суду, также приговорить к одному году галер и разъяснить, что участие галеры в боевых действиях снижает срок в три раза. Если есть вопросы к суду, прошу задавать.
Толстун вскочил, было со своего стула, но махнул рукой и сел.
Тогда встал Ивашка.
- Будет ли мне позволено попрощаться с друзьями?
Судья захлопнул папку, в которой лежал приговор и нехотя кивнул.
- Вообще-то, разрешается свидание только с родственниками, но, учитывая, что родственников у вас нет, можете поговорить с двумя друзьями по вашему выбору. С кем вы желаете поговорить?
Ивашка оглядел зал, тут были и члены его команды и соседи по улице и друзья с детства, однако Ивашка выискивал в зале не их. Дюшка и Натали сидели в самом углу и со слезами на глазах смотрели на боцмана.
На свидание их завели в маленькую комнату со скамейкой вдоль стены и одним стулом посредине, на этот стул усадили Ивашку и по бокам встали два стражника. На скамейке уже сидели Натали и Дюшка.
Моряк хотел поговорить о кладе, о новых пластинах, о загадочной карте, но по бокам стояли стражники, и говорить при них обо всём этом было неудобно, да и нельзя, наверно. Ивашка долго сидел молча и смотрел на своих друзей. Дюшка был серьёзный насупленный и не глядел на боцмана, а разглядывал носки своих башмачков. У Натали были красные глаза, плакала, наверно, и подрагивали кисточки на кончиках ушей, что у гномов свидетельствовало о сильном волнении.
- Дюшка, - наконец решился заговорить боцман. – Ты сильно не расстраивайся. Я ведь моряк. Уйду в какой-нибудь военный поход и через пять-шесть месяцев вернусь уже свободный. И мы поплывём куда договаривались. Ты знаешь что? У меня в пещерке, под кроватью лежит тубус с картами, ты его возьми и отдай вон учительнице, там помнишь, есть карта на этом непонятном языке, - и уже обращаясь к Натали. – И вы тоже нерасстраивайтесь, ну откладывается наше путешествие чуть-чуть. Вы пока готовьтесь, переведите пластинки и карту. Наметьте маршрут. Да, вот Дюшку плавать научите, с парусами управлять и будьте поосторожней, а то второй бандит ещё жив и на свободе.