От ненависти до ненависти, или Истеричка и Чудовище (СИ)

От размышлений его отвлек мальчишеский смех. Джей повернулся и заметил другой утес, ниже. Там собралась горстка альф, все не старше тринадцати. Мальчишки хохотали и кричали что-то друг другу, толкались, и, разбежавшись, прыгали с обрыва в воду. Конечно, тут же всплывали, как лягушата, и вновь лезли вверх по отвесной скале, чтобы повторить.
Джей едва не подпрыгнул от восторга. Это же гениальная идея! Он решил немедленно проделать то же самое.
К краю Джей подошел медленно и осторожно, оценивая высоту и собственную решимость. Северная башня была вдвое выше. Но теперь внизу не рыхлый снег, а вода. Джей считал, что научился плавать. По крайней мере, он вцеплялся в изверга втрое реже. Да и Стево столько раз талдычил ему одно и тоже, что только умственно отсталый мог забыть. Напрячь живот, работать руками и ногами, не хлебать воду. Легче легкого!
Полет был невероятно захватывающим, хоть и очень коротким! Джей непременно повторил бы его снова и снова. Это приносило дикий выброс адреналина и захватывало душу. Казалось, внутренние органы остались наверху, когда Джей уже ударился о воду. Именно вода и оборвала чудесное мгновение. Это было действительно больно: спину, руки и задницу обожгло, пусть и на секунду. Но после случилось нечто похуже. Джей осознал, что вокруг него вода. Причем не просто со всех сторон, как бывало в лагуне. А над головой тоже. Он распахнул глаза и увидел солнечный свет сквозь толщу и инстинктивно понял, что должен добраться до поверхности. Но под ногами не было земли, чтобы оттолкнуться. И рядом не было изверга, чтобы вцепиться в него. Джей неистово принялся грести руками и ногами, умирать-то он не собирался. Ничего толком не соображая, не понимая, где верх, где низ, Джей мог думать только, что нельзя нахлебаться воды. Он размахивал руками, и тогда, когда наконец вынырнул и смог дышать, жадно, словно в последний раз, хватая ртом воздух. Он не осознавал, что избежал беды, дергаясь и паникуя. Отбитая спина жгла и голова кружилась от частых глубоких вздохов. Джей не мог додуматься, что ему делать дальше, куда плыть? А он точно уже умеет плавать или еще нет?..
****
Ступня утопала во влажном песке, и почему-то знакомые с детства ощущения напоминали о Джее. Стево оттолкнул с пути ракушку, которая тоже напоминала о Джее, и глянул на Томаша. И даже он напомнил о Джее. Хотя скорее тем, что говорил о нем.
— … смышленые и, возможно, разбавят тоску, а вместе с тем и юношеский максимализм принца.
— Кто? — невнимательно спросил Стево. Он задумался о недавнем разговоре с братом и совершенно упустил начало монолога.
— Детеныши панголинов, конечно! А ты что подумал, я говорю о северных слугах для Джея? — невозмутимо ответил Томаш. Сегодня он был не в настроении контролировать мимику и потому… постороннему было бы неожиданно увидеть его без привычной маски. А Стево приятно, что друг с ним наедине становился собой. С другой стороны, может, в этом и проблема? Джей тоже с ним остается собой и ведет себя, как бешеная кошка.
— Не знаю, мне вообще плевать. Пусть ему хоть панголины прислуживают, хоть дикобразы.
— Так как на счет людей? — хмыкнул Томаш.
— Хоть северяне. Лишь бы они не сплотились против меня, — Стево вздохнул. — Знаешь, Эста негодует по поводу него. Говорит, он меня не любит и не собирается. Ты знаешь, кстати, что такое снеговик?.. — Стево отвлекся от песка под ногами и выжидающе уставился на Томаша. Он привык, что тот знает абсолютно все, но на этот раз, похоже, всезнайка растерялся.
— Стево. Минутку. Я правильно понял, что основная мысль твоей проблемы — сомнения в чувствах Джея к тебе?
Плеск в море заставил Стево обернуться, но он тут же махнул на это рукой. Всего лишь мальчишки прыгали с утеса, рискуя отбить почки и половые органы.
— Снеговик — это комы снега, поставленные друг на друга. Как замки из песка. И их тоже можно разрушать, — с умным видом сообщил он, избегая говорить на такую сложную тему, как то, что Джей чувствует к нему, и что сам Стево испытывает.
Томаш вздохнул.
 
— Стево…
— М?
— У тебя хорошее зрение. Посмотри, кто там?.. Ему точно не нужна помощь?..
— Да что ты заладил?.. Небось, буйный ребенок перепил забродившего яблочного сока и пр… — Стево прищурился и даже не успел произнести мелькнувшее в голове «блять».
Он вихрем понесся в море, ныряя тут же, когда позволила глубина. Барахтающийся Джей щедро настучал ему по лицу, но Стево не обратил внимания: в голове крутилось только то, что надо не дать мальчишке захлебнуться.
— Хорош брыкаться, — процедил он сквозь зубы, пытаясь обхватить паникующего паршивца поперек груди. Он понимал, если Джей успокоится, все будет проще. Но вместе с тем понимал и ужас, который объял человека, оказавшегося на глубине в одиночку, без опоры и поддержки. — Я здесь! Я держу тебя!
Когда Стево вытащил Джея на берег, то не сразу смог отдышаться. Сплюнул соленую воду, которая попадала в рот и в легкие при таком испытании, и судорожно выдохнул. Томаш уже был рядом, присел перед Джеем и накинул ему на голые плечи свой камзол. Стево затряс головой, чтобы немного просушить волосы и отогнать необъяснимую ревность при взгляде на это и подошел ближе.
— Что это было? Ты не ударился? Тебя толкнули? Как ты там вообще оказался? Ты в порядке? — спросил он, и, повинуясь странному порыву, обнял Джея, прижав к себе. — Ты очень сильно меня напугал.
— Учился плавать, — хрипло заорал Джей, глядя вокруг потерянным взглядом, но уже решив дерзить.
— Что ты вопишь? — нахмурился Стево.
— Уймись, Стево. У него наверняка просто вода в ушах, — догадался Томаш, стараясь не смущать Джея своими прикосновениями и взглядами.
— А… Ну, это исправим, — Стево совершил какие-то нехитрые манипуляции, отчего мир в глазах Джея снова завертелся. — Лучше? — негромко спросил он, большим пальцем стряхивая соль с щек Джея.
— Да, — на этот раз нормально ответил Джей, подтягивая колени к груди и зажмурившись.
— Ты понимаешь, что это было похоже на попытку самоубийства? — строго спросил Стево, присаживаясь на песок рядом с Джеем и обнимая его за плечи. Он постарался заглянуть омеге в лицо. Вдруг он плачет? — Где болит, Джей? Ты сильно ударился о воду?
— Скорее, это похоже на то, что из тебя плохой учитель плавания, любезный мой, — сверкнув дерзким взглядом и улыбнувшись, ответил Джей. Он переплел свои пальцы с пальцами Стево и стало понятно: никаких других благодарностей за спасение от него не дождешься.
========== 18. Блюдо, которое подают холодным. Даже на Юге. Особенно на Юге ==========
Режим причудливым образом изменился, когда у Джея появился ночной досуг. Иногда утром он все же ходил на королевский завтрак, но ел без аппетита и больше беспокоился о том, чтобы не уснуть, упав лицом в тарелку. Разговоры его не волновали, Джей перебрасывался парой слов только со Стево или Томашем. И то не всегда.
Джей привык засыпать под громоподобный храп, который без труда преодолевал дворцовые стены и проникал к нему в комнату. Все дневные дела были ленивыми, и Джей не мог припомнить, чем занимался, зато вечерние и ночные свидания с чудовищем запоминались надолго. При свете солнца им хватало любой мелочи, чтобы поссориться, Сетво сердился и порой даже откровенно требовал, чтобы Джей уже начинал учиться их порядкам и вел себя, как подобает омеге. Когда же Карадан охватывала темнота, то и извергу становилось плевать на то, что Джей вовсе не намерен меняться. Стево стоически терпел совместную расшифровку дневника Бартока и даже увлекся этим процессом. Особенно когда прекращались подробные описания разнообразных рыбок и птичек и начинались столь же детальные характеристики северных омежек. Джей смущался и запрещал извергу читать о похождениях принца Бартока в борделях, но тот хохотал и нагло спрашивал, устроено ли у Джея все так же. А Джей, вообще-то, не очень разбирался, как и что у него устроено, и смирился с фактом, что даже принц Барток знал об этом получше.
В своем желании научить Джея плавать Стево был довольно тверд и упрям. Были некоторые сомнения, что для него это повод посмотреть на жениха без одежды и полапать. Но Джей не был против. Тем более, в воде им было не до романтики: чудовищу то и дело приходилось или страховать Джея, чтобы тот не утонул, или отцеплять от себя, со смехом обзывая осьминожеком или пиявкой. Некоторые успехи у Джея все же были, но ему казалось, что куда забавнее брызгаться и дурачиться.