Все его потребности (СИ)

Она провела рукой вверх и вниз по моей спине, поцеловала в висок, другой рукой убрала волосы с моего лица. Я лежал на ней, не в силах пошевелиться.
Как долго мы оставались такими, я понятия не имел. Мне было все равно. Мне было слишком хорошо.
Наконец, я встрепенулся и откинулся назад, пристально глядя на нее сверху вниз. Она спала. Я попытался не толкнуть ее, когда вставал, но она открыла глаза и уставилась на меня. Ее взгляд проследил за мной, когда я снял презерватив, завернул его в салфетку и выбросил в мусорное ведро.
Я вернулся к дивану и, наклонившись, отвел в сторону прядь ее волос.
— С тобой все в порядке, любимая?
— Ммм хмм. — с улыбкой она вытянула руки над головой, мой взгляд снова остановился на ее груди. — Я не помню, когда в последний раз чувствовала себя так расслабленно. — когда она села, я выпрямился, давая ей немного пространства для движения.
Она наклонилась и схватила свою одежду. Когда она натягивала тонкую белую хлопчатобумажную футболку, я не мог оторвать от нее глаз. Она встала и задрала шорты по ногам, над бедрами.
Алиса взглянула на меня, рассматривая лицо, грудь, наконец опускаясь к члену, который снова начал подниматься.
— Ты собираешься одеваться? — ее глаза оставались неподвижными.
— Еще не решил.
— Но ты сказала, что Роберт неодобрительно относится к наготе.
— Я что-то не вижу его поблизости, а ты? — я повернул голову влево и вправо.
Она выглядела так, словно боролась с улыбкой. Скрестив руки, она наклонила голову.
— Ты хочешь сказать мне, что собираешься разгуливать по дому голышом?
— Я никогда в жизни не танцевал и не собираюсь начинать сейчас. — я посмотрел на нее свысока. Медленная улыбка появилась на ее губах. — Но эпизод с обнажением, для меня звучит как вызов.
Глава 49. Алиса
На следующее утро я приоткрыла один глаз и посмотрела на часы. Я не могла вспомнить, когда в последний раз спала до девяти часов.
— Черт. — я села, одеяло упало с обнаженной груди.
Я обещала приготовить французские тосты для Веры.
— Егор. — я посмотрела вниз, увидела синяк сбоку на одной груди.
Я провела большую часть прошлой ночи, занимаясь с ним огромным количеством умопомрачительного секса. Его язык был хорош не только для умных замечаний. Я улыбнулась воспоминаниям. Он был действительно хорош и в других вещах.
Я посмотрела на край кровати, где Егор провел ночь. Взяв подушку, я вытряхнула углубление там, где была его голова, и смяла покрывало. Я не хотела, чтобы Ада знала, что он был здесь. Глупо, но это правда. Я была смущена. Любовница, которая не хотела, чтобы прислуга знала, что она трахается с их начальником.
Я вскочила и оглядела комнату в поисках своей одежды. Халат лежал на полу у двери. Пояс наполовину валялся под кроватью. Я рывком натянула халат и завязала пояс на талии, затем наклонилась и заглянула под кровать. Как, черт возьми, футболка и шорты оказались там?
Раздался стук в дверь, и вошла Ада с подносом.
— О, хорошо, что вы проснулись. — я бросила пыльную одежду так, словно она горела.
— Доброе утро.
Ада поставила поднос на столик рядом с кроватью и поспешила к занавескам, отдернув их, позволяя яркому утреннему свету проникнуть в комнату.
— Спасибо, но ты не обязана была приносить завтрак сюда.
— Егор Семенович подумал, что ты, возможно, захочешь полежать этим утром. Он сказал, что ты довольно поздно легла спать. — щеки залило жаром.
Собирался ли он разместить эту нвоость на передвижном рекламном щите и шествовать с ним по городу?
— Сказал, что он задержал тебя допоздна, смотря фильм. Любит эти старинные фильмы. Прямо как его дедушка, упокой, Господи, его душу.
Плечи с облегчением опустились, услышав его оправдание.
— Подожди, дедушка?
— Да, это было грустно. — она опустила глаза в пол.
Я чувствовала себя немного неловко, вот так играя, выпытывать у нее информацию о Егоре, но он никогда не рассказывал бы о себе сам.
— Егор Семенович был опустошен. Они были как две капли воды.
— Его родители присутствовали на похоронах?
 
— Милена Викторовна, конечно, присутствовала. — Ада вошла в ванную и появилась минуту спустя, с охапкой грязных полотенец.
Я обвела взглядом комнату, пытаясь придумать, о чем спросить дальше.
— Итак, Егор проводил много времени со своим дедушкой?
— Почти каждый праздник. Не то чтобы у него был большой выбор, заметь.
— А как насчет его родителей? Почему он не проводил каникулы с ними?
— Я не сплетничаю. Вам придется спросить Егора Семеновича, если вам нужны такого рода подробности.
— Я спрашивала. Ты знаешь, что он никогда мне не скажет. По крайней мере, дай мне намек. Или расскажи мне, почему они вообще развелись.
Ада поджала губы, как будто съела лимон, и направилась к двери.
— Что отец сделал Егору? — слова были поспешными.
— Я скажу вот что. — Ада глубоко вздохнула и обернулась. — Есть причина, по которой Егору Семеновичу не нравится видеться со своими родителями. Но это его история, которую он может рассказать. Милена Викторовна ожидает тебя внизу через полчаса. Собирается за покупками к свадьбе. — с высоко поднятой головой она вышла из комнаты.
Глава 50. Алиса
Я отпила кофе и потянулась за телефоном, написала Вере, сказав, что сожалею о пропущенном завтраке, но я буду дома после школы.
Сестра написала в ответ, что у нее встреча в школьном кружке и она собирается готовиться к тестированию с подругой после. Я надеялась, что это правда. Моей младшей сестре нужно было больше общаться. Вера казалась слишком изолированной в последние дни.
Я все же планировала заехать к ней домой, может быть, приготовить быстрый ужин и убрать его в холодильник. Отец не был известен своими кулинарными способностями, и я ненавидела мысль о том, что они будут есть бутерброды, в то время как я ужинала с Егором за столом из четырех блюд.
Выпив кофе, я встала под душ. Когда стояла под теплыми струями воды, намыливая свое измученное сексом тело, на меня нахлынули мысли о прошлой ночи. Егор между моих ног, прикасался ко мне, лизал, входил в меня сзади, пока я изо всех сил держалась за спинку кровати. Последние два дня восполнили последние четыре года без секса.
Я надела симпатичный комплект из бюстгальтера и трусиков в тон своему сарафану в красно-белый горошек, надела босоножки на тонком каблуке и направилась в фойе, где ждала Милена.
— Доброе утро, дорогая. — она поцеловала меня в щеку. — Водитель ждет нас. Пошли.
Она надела огромные солнечные очки и направилась на улицу. Я следовала за ней. Как только мы устроились на заднем сиденье лимузина, я избегала смотреть на женщину и вместо этого смотрела в тонированное окно. Как я могла смотреть на женщину, когда продолжала думать о мощном, потрясающем сексе, который у меня был с Егором прошлой ночью? Неловко.
— У вас с Егором размолвка, дорогая? — я повернула голову, ее глаза расширились.
— Нет.
— Потому что он был ужасно сердит этим утром. Даже больше, чем обычно.
Правда? Я могла бы предположить, что он будет в отличном настроении — очень сытый и расслабленный. Возможно, я была единственной, кто думал, что секс был потрясающим. Потрясающим. Жарче, чем это вообще было возможно. Что, если для него это был просто очередной секс?
— Чем занимается Семен этим утром? — я отчаянно хотела сменить тему.
— Он позавтракал в спальне. — она тяжело вздохнула. — Я боюсь, что он дуется, как склонны делать Балашевы.
— Это не мое дело, но почему Егор так зол на вас двоих? — обычно я не задавала бы таких любопытных вопросов, но Егор ничего мне не сказал, и Ада тоже.
Пожилая женщина несколько секунд ничего не говорила, затем все же вздохнула.
— Правда в том, что мы с Семеном никогда не были очень внимательными родителями. Я страстная женщина, — она положила руку себе на грудь. — а Семен, ну, давайте просто скажем, что у него чрезвычайно сильная похоть.