Красно-белый. Том 3 (СИ)
— То, что наш «Дед» возглавит сборную давно уже ясно и понятно, — хмыкнул Фёдор Черенков. — Как они с Бесковым там уживутся? Вот в чём вопрос. У меня дубль 1:1, я хожу.
Черенков уверенной рукой хлопнул костяшку на стол. Фёдору Фёдоровичу пёрло сегодня не по-детски и, откатав шесть партий, он шёл единоличным лидером. Вторым плёлся Серёжа Родионов, дальше была высокая плотность игроков, которые менялись местами после каждой партии. Неизменным оставался только я на самом последнем месте.
— Главное чтобы Константин Иванович в сборной занимался тем, что умеет лучше всего делать, то есть тренировать. — Разумно высказался Лёша Прудников. — Интересно, а меня возьмут в сборную вторым вратарём? А?
— Не знаю, что насчёт основной, но тебя, Пруд, уже вызвали в молодёжку, — улыбнулся Родионов. — Как меня, Федю, Хидю и тебя, Завар. Ходи, не спи!
— Як же вы тут биз нас сыхраете? — Пробормотал Заваров и, громко шлёпнув костяшкой домино, объявил, — рыба!
— Не стучи по казённому имуществу, — заворчал я. — Купишь свой стол, его и будешь колошматить. Нормально без вас попылим, скромненько, но со вкусом. Кстати, это я «Деда» уговорил отпустить вас на молодёжный мундиаль. Только попробуйте там сборной Аргентине в финале просрать, я вас тут днями и ночами гонять буду, как сидоровых коз, то есть козлов.
На эмоциях я хлопнул кулаком по столешнице и от удара подпрыгнули все игровые костяшки, после чего уже заворчал Саша Заваров:
— Не стучи по казённому столу.
* * *На большую дневную тренировку, которую мы начали с традиционных квадратов, приехали новые гости. Виктор Понедельник — автор «золотого гола» в финале первого чемпионата Европы, а теперь спортивный обозреватель и человек, возглавляющий тренерский совет при Федерации футбола. Вместе с ним посмотреть на наши стеночки и забегания пожаловал Геннадий Логофет — бывший спартаковец и тренер второй сборной Советского союза. А так же очень неожиданным стало появления в Тарасовке ещё одного спартаковца — Никиты Симоняна, бывшего тренера главной команды страны, работающего сейчас заместителем главы Федерации футбола.
— Чего они сегодня понаехали-то? — Спросил Калашников, когда мы от отдельных упражнений перешли к товарищеской двухсторонке на мини-футбольном поле, поставив гандбольные ворота поперёк тренировочной площадки.
— В сборной грядут перемены, — хмыкнул я. — Мы в шести матчах Спартакиады наколотили 35 мячей, а партия и правительство ждут от сборной СССР только победы на Олимпиаде, которая не за горами. Вот тебе и ажиотаж.
— Футболисты группы атаки играют против обороны! — Скомандовал Фёдор Новиков. — Никон к тебе в команду идут Черенков, Заваров, Родионов, Калашников и на ворота Прудников. Бубнов, ты командуешь Пригодой, Хидиятуллиным, Мирзояном и Романцевым. На воротах у вас Ринат Дасаев. Десять минут в высоком темпе и меняем составы. На поле не филонить, ясно!
— Пофилонишь тут, — забубнил Калашников, с которым мы сразу же оттянулись в защиту, оставив в атаке слишком горячую молодёжь.
Кстати, Олег Романцев сегодня уже третий день работал в общей группе. После проведённого курса лечения Олег Иваныч был посвежевший, повеселевший, полный сил и задора. Хотя когда есть хронические проблемы с печенью, в большом футболе надолго не задержишься. Чего греха таить, футбол — это спорт для людей с исключительным здоровьем. Ведь на площадке размером в 50 на 100 метров, на одной технике далеко не убежишь.
Но вовремя нашего микроматча Романцев, как и его партнеры, максимум на что были способны — это героически оборонять ворота Дасаева. После двух или трёх передач футболисты группы защиты мяч теряли, поэтому мы с молодёжью с лёгкостью плели свои комбинации, не забывая наносить удары с самых убойных позиций. И до поры до времени команду защитников выручал Ринат Дасаев. А в одном из эпизодов на исходе второй минуты, после слаломного прохода Заварова, мяч был скинут мне. Я моментально сыграл в стеночку с Родионовым, вылетел один на один, успев в последний момент увернуться от подката, выполненного Бубновым, и красиво подцепив футбольную сферу носком, вывел Черенкова на пустые ворота. Гол, забитый Фёдором наши гости — Понедельник, Логофет и Симонян встретили аплодисментами.
— Не плохо, — похлопал меня по плечу Никита Симонян, когда на поляну выбежал сменщик — Сергей Шавло, а я вышел за бровку чтобы перевести дух. — Красиво разыграли. И вообще впечатляет, как вы прошли шесть матчей Спартакиады.
— Спасибо, — буркнул я, не зная, что ожидать от человека, с которым вдрызг рассорился в сборной СССР.
— Жаль, что время назад не открутить, — усмехнулся Симонян. — Признаюсь, недооценил я тебя. Кстати и твоих партнёров тоже — Гаврилова, Черенкова, Заварова. Сейчас бы всю вашу среднюю линию взял бы в сборную Советского союза. Но уже поздно. Ты извини за тот случай.
— И вы меня извините, — улыбнулся я. — Ерунды вам всякой на эмоциях наговорил про будущее. Если очень захотеть и приложить к этому все силы, то будущее может стать гораздо лучше ожидаемого.
— Да, да, — покивал головой бывшей наставник «Спартака», «Арарата» и сборной СССР. — Удачи вам завтра в финале.
— Спасибо, Никита Павлович. — Я снова улыбнулся и тут же второй тренер Фёдор Новиков скомандовал смену игроков, назвав мою фамилию.
* * *Вечером того же суетного дня «Дед» пригласил меня прогуляться по берегу Клязьмы. Было очевидно, что Николаю Петровичу требовалось выговориться. Ведь некоторым людям иногда, чтобы принять окончательное решение нужно просто-напросто об этом поговорить.
— Знаешь что, Никон, решил я, поддавшись на уговоры, возглавить сборную СССР, — сказал Старостин такую новость, о которой не судачил только ленивый. — Поздновато конечно в 77 лет, но люди просят. Болельщики сегодня про сборную намекали. Константин… ээээ… Костя Бесков, сказал, что без меня наша спартаковская «банда» его слушаться не будет, ха-ха. Тебя помянул недобрым словом, назвав бандитом, ха-ха.
— Правильно, — кивнул я головой. — Мы же об этом на заседании Федерации, где меня хотели отстранить и договаривались с Федосовым. Или вы, пока шла Спартакиада, передумали сборную возглавлять?
— Старый я уже. — «Дед» посмотрел на вялое течение речушки и прочитал четверостишие любимого им Пушкина:
Уж я не тот Философ страстный
Что прежде так любить умел,
Моя весна и лето красно
Ушли — за тридевять земель.
«Началось, — подумалось мне. — Я не я, и лошадь моя. Поздно заднюю давать! Завтра финал Спартакиады, через несколько дней финал Кубка СССР, сейчас только вперёд и выше, и никаких гвоздей! И сборную тоже ещё можно спасти. Конечно это всё лишние нервы, но кому-то надо вытягивать главную команду страны из болота».
— Как считаешь, правильно я поступил? Ты-то на моей стороне? — Посмотрел на меня «Дед», как утопающий на соломинку.
— Николай Петрович, даже не сомневайтесь. Сам костьми лягу и команду заставлю пахать на все сто процентов. Вы лучше скажите, какой на завтра придумали план?
— Некогда было, — махнул рукой Старостин, и мы медленно двинулись вдоль берега Клязьмы. — Сам-то как разумеешь против сборной Грузии сыграть?
— Если рассуждать спокойно и логично, то у тбилисцев Гуцаев играет с травмой, Шенгелия не до конца выздоровел, Чивадзе с повреждением и Кипиани травмирован. Нужно взвинчивать темп с первых минут и решать всё в первом же тайме. Грузинская сборная опытней, но мы быстрее и гораздо сыгранней. Такой уникальной полузащиты — Хидиятуллин, Заваров, Черенков, Гаврилов и Шавло в союзе ни у кого нет.
— Скажи мне, какая у тебя полузащита, и я скажу, какая у тебя команда, — засмеялся «Дед». — Правильно, завтра с первых минут удивим высокими скоростями коллегу Нодара Ахалкаци. А вот что будет, если не забьём в первом тайме?
— Вы своё уже отсидели, вам беспокоится не о чём, — пробурчал я, вызвав гомерический хохот нашего старшего тренера.
* * *