Маскарад сердец (ЛП)

Но сегодня она и Свифт направлялись к Орселле — подальше от Улицы Заклинаний, потому что Марлоу не хотела рисковать столкновением с Медноголовыми.
— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть для нас хоть что-нибудь, Орселла, — сказала Марлоу, когда они с Свифтом причалили к доку, где Орселла согласилась встретиться.
— Ну, и тебе здравствуй, — фыркнула Орселла, уперев руки в бока. Потом тяжело вздохнула, потирая лоб. — У меня наводка по клинку.
  
Марлоу тут же напряглась, настороженно оживившись.
— На следующей неделе будет чёрный аукцион. Пройдёт на Острове Храма в ночь полнолуния, — сообщила Орселла. — По слухам, там выставят Обсидиановый Клинок Невесты.
— Обсидиановый… что? — переспросил Свифт.
— Это тот самый нож, — пояснила Марлоу, — которым невеста… четвёртого? Пятого? Императора Кортэо убила своего мужа прямо в день свадьбы.
— Пока не обольщайтесь, — предостерегла Орселла. — Все только и говорят об этом. А значит, каждый захочет заполучить его. Аукцион — мероприятие закрытое. Просто так туда никого не пустят.
Между Свифтом и Марлоу пробежался взгляд.
— Ты не можешь нас туда провести? — спросила Марлоу.
Орселла фыркнула.
— А мне что с этого будет, м?
— Орселла…
Та откашлялась.
— Даже если бы я хотела вам помочь — а я не хочу — не могу. Меня… попросили туда больше не приходить.
— Тебя забанили? — Свифт уставился на неё с откровенным изумлением.
Марлоу едва не расхохоталась:
— И что ты сделала?
— Не твоё дело! — рявкнула Орселла.
— Должно быть, очень плохое дело, если даже чёрный рынок дал тебе пожизненный бан, — фыркнула Марлоу.
Орселла сузила глаза.
— Есть и другой способ попасть туда. Этот аукцион продаёт не только заклинательные ингредиенты. Ещё там торгуют… секретами.
— В смысле… как шантаж? — уточнил Свифт.
Орселла кивнула:
— Входная плата — это тайна. Но, разумеется, не просто любая. Она должна чего-то стоить.
— Ну, к счастью, — с уверенностью, которой совсем не чувствовала, сказала Марлоу, — секреты — моя специализация.
— Только будьте осторожны, ясно? — буркнула Орселла, явно не желая проявлять беспокойство.
— Ау, Орселла, ты всё-таки волнуешься, — пропела Марлоу с притворной нежностью.
Орселла смерила её ледяным взглядом.
— Будем осторожны, — пообещал Свифт.
Они распрощались с Орселлой и направились к Грязекрыла, чтобы Марлоу могла передать Фишеру окаменелое дерево и сообщить об остальной добыче.
— Если мы пробьёмся на этот аукцион и сумеем выиграть Обсидиановый Клинок, останется всего два ингредиента, — сказал Свифт.
— А останки Илларио всё ещё не найдены, — напомнила ему Марлоу.
— Но они же где-то есть, — ответил он с привычной жизнерадостной верой. — А кроме них остаются… слёзы убийцы.
— Думаю, можем просто наведаться в «Слепого Тигра» и довести до слёз пару Медноголовых, — бросила Марлоу.
Свифт метнул на неё раздражённый взгляд.
— Шучу, — сказала Марлоу. — Ну, почти.
Свифт откашлялся.
— Мы могли бы спросить у Адриуса.
Мышцы Марлоу напряглись.
— Он не убийца, — резко отрезала она.
— Ну, технически — нет, — признал Свифт. — Но это только вопрос времени, пока его отца перестанут держать в живых на заклинаниях, и тогда—
— Он не сам выбрал его ударить.
— Я это знаю, — сказал Свифт. — Но не думаю, что для заклинания это имеет значение. Чёрт, может, нам стоило просто позволить ему прикончить Уорнера, и тогда…
— Свифт, — резко перебила Марлоу. — Пожалуйста.
Правда заключалась в том, что с тех пор, как Адриус напал на Уорнера, в животе у Марлоу будто поселилась чёрная дыра беспокойства. Она никогда раньше не видела его таким — охваченным яростью и гневом, — и должна была признать, что это её пугало. Не потому, что она боялась, что он сделает под влиянием этой ярости, а потому, что не знала, откуда она взялась.
А после, на лодке, ей показалось, что он сам не знал, откуда это в нём взялось.
— Вы Марлоу Бриггс?
Марлоу вздрогнула от неожиданного голоса. Потребовалось несколько секунд, чтобы разглядеть стоящего на конце дощатого настила человека — он частично скрывался под навесом, собранным из верёвок и досок.
— Кто спрашивает? — резко бросил Свифт, подойдя к мужчине почти вплотную.
— Свифт, — предостерегающе сказала Марлоу, придерживая его за руку. Её взгляд остановился на татуировке в виде косы на запястье мужчины.
Жнец.
— У меня сообщение для тебя, от леди Бьянки, — сказал тот. — Она велела передать, что ты лучше бы поторопилась с выполнением своей части сделки.
Свифт сузил глаза, переводя взгляд с Жнеца на Марлоу.
— Я работаю над этим, — сказала Марлоу.
— Ну так работай быстрее, — отрезал Жнец. — А то у нашей общей подруги начнутся проблемы.
Речь шла о Фишере. Если Марлоу не найдёт способ разобраться с Медноголовыми, пострадает не только она. Фишер — тоже. И его семья.
— Передай Бьянке, что я всё держу под контролем, — резко бросила Марлоу.
Жнец приподнял брови:
— Леди Бьянка не славится терпением. У тебя две недели.
Под рёбрами у Марлоу вспорхнула паника. Две недели, чтобы свалить одну из самых опасных банд в Каразе?
— Возможно, это займёт чуть больше времени, — пробормотала она.
— Две недели, — повторил Жнец, а потом просто прошёл мимо Марлоу и Свифта, исчезая по настилу.
— Марлоу, — сказал Свифт. — И что, чёрт побери, ты собираешься делать?
— Пока не знаю, — призналась она. Но она дала Фишеру обещание — и собиралась его сдержать. — Только, прошу, ничего ему не говори. Он просто испугается.
Свифт взглянул на неё с сомнением.
— Я справлюсь, Свифт, — пообещала Марлоу. А пока им нельзя было терять фокус.
Когда они, наконец, добрались до Грязекрыла и спустились в мастерскую Чёрной Орхидеи под палубой, Фишер уже ждал их.
— Всё в порядке? — спросил он. Вероятно, напряжение между Марлоу и Свифтом было слишком заметным.
— Всё нормально, — ответила Марлоу, не дав Свифту открыть рот. Она достала из сумки кусок окаменелого дерева и бережно развернула его.
— Превосходно, — с энтузиазмом сказал Фишер. — Мы уже прошли больше половины пути.
— Да, — кивнула Марлоу. — Вот только последние три ингредиента не так-то просто достать.
Она рассказала ему о чёрном аукционе.
— Я смогу нас туда провести, — сказала Марлоу. — Но думаю, тебе стоит пойти с нами — чтобы убедиться, что этот клинок действительно подойдёт для заклинания. Мы будем в маскировке, не переживай.
Фишер нахмурился:
— А как насчёт денег?
— С этим я тоже разберусь, — уверенно сказала Марлоу. Или разберётся — как только поговорит с Адриусом.
— Хорошо, — кивнул Фишер. — А я пока продолжу искать следы останков Илларио. Что-то ещё? У меня через час лекция.
Марлоу колебалась. Один вопрос не давал ей покоя с тех пор, как они выкрали её сокровенное желание из Уорнера, но она не была уверена, хочет ли знать ответ.
— Я хотела спросить… — начала она неуверенно. — Насчёт ингредиента, вроде сердечного желания. Как это вообще работает?
— В смысле? — переспросил Фишер.
— В смысле, для того, у кого его забрали, — продолжила Марлоу. Она не рассказывала никому, кроме Свифта, что это её сокровенное желание они забрали у Уорнера. — Что с ним потом происходит?
Свифт бросил на неё выразительный взгляд, но Марлоу продолжала смотреть только на Фишера. Она не хотела видеть, что именно отражается сейчас на лице Свифта — жалость, ужас или нечто среднее.
— Ну, это как с любым другим ингредиентом, — объяснил Фишер. — Как только его используют в заклинании — всё. Обратного пути нет. Магия — процесс необратимый.
— Но… как можно потерять своё сердечное желание, — спросила Марлоу, — если его у тебя никогда не было?
  
Фишер покачал головой:
— Ты не так смотришь на это. Ингредиент — это не вещь. Это желание этой вещи. Так что если ты вложишь своё желание в заклинание, а потом каким-то образом получишь то, чего хотела — ты не почувствуешь радости. Ни удовлетворения, ни смысла. Только… пустоту.