Демон из прошлого (СИ)
Старик развернулся и направился к выходу. Он определенно что-то знает, но вряд ли скажет. Уже подойдя к двери, резко развернулся и сказал.
— Тобик, расскажи ему, что к чему. А у меня еще дел полно. Рассаду полить надо.
— Сколько раз я говорил, не называй меня этим собачьим именем. Мое имя Тобиас, — вдруг вскипел бородач, но старика уже и след простыл.
— Ох, старый пердун. Нагнал жути, — вдруг подумал вслух я.
— Да уж. Есть за ним такое. Этот старый хрыч наш шаман. Ну, с духами общается, смотрит за грань. А как обдолбится своей травы так вообще сидит пророчества рисует, — уже успокоившись, ответил мне парень в комбинезоне.
— В смысле, рисует? — переспросил я.
— В прямом. Не грамотный он. Колышком на глиняной табличке чертит. А вообще он оригинал.
— Это я заметил. Удивительный и неповторимый, — я улыбнулся.
— Да не, ты не понял. Он из первых людей, тех, что спали в капсулах. Как ты. Он в лаборатории уборщиком был, — разъяснил бородач, затем протянул мне руку. — Меня, кстати, Тобиас зовут. Я тут за старшего. У тебя ведь есть вопросы.
— О, вопросы. Надеюсь, у тебя есть на них ответы, — пожав его крепкую пятерню, представился: — Я Фрэнк, вроде как.
— Спрашивай, расскажу, что знаю, — Тобиас поднял руки, показывая открытые ладони.
— Ну, пожалуй, начнем с основного. Что это за место и как я тут оказался, — перешел к наступлению я.
— Это убежище 57, - начал свой рассказ бородач. — До катастрофы это была секретная научная лаборатория. Численность всего 46 человек. Криокапсулы были предусмотрены только для сотрудников.
— Так, постой. Какая еще, нахрен, катастрофа? — перебил собеседника я.
— Тебе лучше знать. Ты жил в то время. Хотя о чем это я. Ты ж не помнишь. В общем говорят, что небо рухнуло на землю. Спроси об этом Моргана. Он давно слетел с катушек, но тебе, возможно, и расскажет.
— Хорошо, а что с памятью?
— Твой отец говорил, что это была новая, экспериментальная технология. Еще не до конца изученная. Когда ее тестировали, то убедились, что живой организм можно заморозить, а потом успешно воскресить. Но люди, пролежавшие в капсулах сто пятьдесят лет напрочь потеряли память. К некоторым она со временем вернулась.
— Отец? Так, вот отсюда поподробнее, — спросил я.
— Ну, если ты действительно Фрэнк Сайленс, то ты сын директора лаборатории. Твой отец занимался какими-то научными исследованиями в области биологии. Мне мало что известно, но со слов Моргана, я знаю, что он проводил над тобой некие эксперименты. А потом записал тебя в штат на должности начальника охраны, — немного подумав, ответил Тобиас.
— Он жив? Где он? — тут же спросил я.
— Скорее всего, нет. Он был довольно скрытным человеком. Мало с кем общался. Однажды собрал вещи и ушел, никому ничего не сказав. Спустился на нижние уровни и больше его никто не видел. Может, выбрался, а может до сих пор там где-то. Неизвестно. Уже лет десять прошло наверно, — ответил бородач.
В этот момент раздался негромкий стук и входная дверь отворилась. В проходе появилась та самая медсестра. Она несла небольшой поднос, на котором стояли тарелка и кружка.
— А вот и завтрак нашему герою, — широко улыбнувшись, пробормотала женщина.
— Ух, ты. Еда. Спасибо… Эээ…, - начал было я, но не смог вспомнить имени женщины. Да она вроде и не называла.
— Марта, — представилась женщина.
— Спасибо, Марта, — повторил я.
Разглядев принесенный завтрак, обнаружил, что это была яичница с кусочками жареного мяса. В стакане было молоко. Ну, по крайней мере, на вид. Все это находилось в вылепленной из глины посуде. Еще на подносе была лепешка. Такая же, как давали мне мальчишки.
— У вас и куры есть? — удивился я, неожиданно вспомнив, что такое яйца и откуда они берутся.
— Ага, куры, — усмехнулся Тобиас, — Ты их там почти полсотни надолбил.
— Ээ… это яйца этих ящеров? И мясо тоже их?
— Ну да. На вкус как куриное. Попробуй.
И я попробовал. Действительно. На вкус обычная яичница с кусочками курятины. Мясо немного жестковатое, но белое. Почти птичье. Затем попробовал запить из кружки.
— Только не говорите, что вы их еще и доите, — улыбнулся я.
— Да ну, брось, — Тобиас уже ржал как конь. — Это козье. Козлин держим.
— Кого? — переспросил я.
— Козы-мутанты, сам увидишь, — просмеявшись ответил бородач.
— Так, ладно, на чем мы остановились? — закидывая в рот очередной кусочек пищи, спросил я.
В общем, общались мы почти до обеда. В целом Тобиас показался мне адекватным, расчётливым и уверенным в себе парнем. Из нашего разговора удалось уяснить следующее: В 2030 году случилась какая-то катастрофа. Никто не выжил. Или почти никто. Кроме тех счастливчиков, которые погрузились в криосон на 150 лет. Таких убежищ на земле было очень много. Но скорее всего многие не уцелели. Пятьдесят лет назад выжившие проснулись. Они ничего не помнили про себя и окружающий мир. Осталась лишь мышечная память, да кое-какие навыки из прошлой жизни. Выбравшись наружу, они нашли останки наземных строений комплекса. Обжились, восстановили то, что сумели. Пытались выйти в мир, но столкнулись с проблемами. На севере и на юге были обширные области с сильным радиационным фоном. Там водились огромные и очень свирепые мутанты. На западе океан, в водах которого тоже не пойми что водится. На восток обрыв. Пласт земли поднялся на несколько десятков метров, тем самым разорвав нижний этаж подземного комплекса на две части. Верхний этаж был меньше и он не пострадал. Повезло. Снаружи в комплекс проникали те самые ящеры, с которыми я встретился в подземелье. Разведчики, отправленные туда не вернулись, и этот путь посчитали таким же бесперспективным, что и остальные. Тогда было решено остаться здесь. Шли годы, люди выживали, как могли. Рожали детей. Дети же, рождённые уже в новой эре имели синеватый оттенок глаз. И это были мутации. Люди начали превращаться в мутантов. Сами мутации проявлялись уже в зрелом возрасте. Отчего это зависит, знал, разве что, мой отец. Но спросить его уже не выйдет. На текущий момент из первых людей в поселении всего два человека. Это шаман Морган и мать Тобиаса, Изольда. При этом шаман вспомнил свою прошлую жизнь, но уже опять забыл. Ему уже за 80 лет. Маразм, знаете ли. Да и увлечение его не способствует длительному сохранению рассудка. А вот Изольда прошлую жизнь так и не вспомнила. Но навык божественно готовить остался при ней. Она была главным поваром в столовой при лаборатории. Сам Тобиас был второго поколения. А его дети Зиг и Заг были, соответственно третьего. Жена, к сожалению, скончалась при родах. В общем так и живут они уже пятьдесят лет. Плодятся, размножаются, а уйти не могут. Что творится в остальном мире, не ведают. А на вопрос, почему меня раньше не разбудили, Тобиас ответил, что про то помещение они и знать не знали. Более того, никто и не предполагал, что где-то могла остаться активная капсула. Ее просто не должно было быть. А еще, бородач назвал меня счастливчиком потому, что я не попал за дверь в лабораторию. Ни у кого из них нет туда допуска, и меня бы просто не смогли оттуда вытащить. Там бы и помер. Про то, что для меня дверь открылась, я умолчал.
Через некоторое время после того, как Тобиас ушел, ко мне зашла Марта. В руках она снова несла поднос. Только в этот раз на нем стояла банка с мутной зеленоватой субстанцией и несколько пачек бинтов. Видимо еще из запасов старого мира.
— Так, больной, пора делать перевязки. А то покусали тебя эти гады изрядно. Когда тебя нашли, ты был почти труп от кровопотери, — улыбнувшись, сказала Марта.
— Ну, раз надо, значит надо, — ответил я ей.
— Да ну. Не может быть. Как так то? — неуверенно шептала женщина разматывая засохшие багровые бинты.
— Что такое? Все плохо? — поинтересовался я.
— Да нет. Все как раз хорошо. Просто замечательно. Тут перевязывать уже нечего. Все зажило. Удивительно. Невероятно, — продолжала удивляться Марта, разматывая мои ноги. — Так, а что рука? Пошевели пальцами, — попросила она.