Пропала женщина (сборник)

— Можно сказать и так. Мне бросилось в глаза ваше обыкновение подбирать пассажиров на кругу в туманный вечер.
Кросс плеснул себе виски.
— Я их подбирал — дай бог памяти — два раза. Я бы не сказал, что это можно назвать «обыкновением». Убейте меня, не возьму в толк, что из всего этого вытекает. Если вам кажется странным, что я там остановился — хотя что в этом странного? — то попробуйте сами прокатиться по этому кругу в туманный вечер. И вообще, к чему вы клоните, инспектор?
— Там видно будет, мистер Кросс. Мне бы хотелось задать вам один вопрос в лоб. Как обстоят ваши финансовые дела?
— Бывает и хуже.
Джемс поднял брови.
— Никаких денежных затруднений?
— Разве я обязан вам отчитываться в своем финансовом положении?
— Мое дело спросить, — сказал Джемс, — а вы можете не отвечать.
— Я получаю от фирмы жалованье в две тысячи фунтов в год, а также приличную сумму на представительские расходы.
— А сколько вы тратите?
Кросс усмехнулся.
— Около двух тысяч и также представительские. Я не люблю копить деньги на черный день.
— У вас есть крупные долги?
— К сожалению, нет. Никто не дает в долг без обеспечения, а у меня практически нет недвижимого имущества. Лагерь для военнопленных — не то место, где можно сколотить капитал.
— В каком состоянии ваш счет в банке?
— Интересно, что вы об этом заговорили, инспектор. По правде говоря, я немного перебрал сверх кредита. Фунтов семьдесят или восемьдесят. Ничего страшного.
— При отсутствии обеспечения это не так-то мало. Ну и как банк, требует уплаты?
— Да нет, нельзя сказать, что требует. Несколько дней назад управляющий прислал мне вежливое напоминание, но он же знает, что у меня хорошее жалованье.
Джемс окинул комнату задумчивым взглядом.
— Видно, что хорошее. Вы неплохо обставили квартирку. Позавидуешь. Что ж, спасибо за исчерпывающую информацию.
— Вы бы все равно получили ее от управляющего банком. Больше у вас нет вопросов?
— Еще один. Я хотел вас расспросить поподробнее о том разрушенном доме. Вы не откажетесь еще раз рассказать, как там все получилось?
Кросс вздохнул.
— Опять толочь воду в ступе. Было темно и стоял сильный туман. Не можете же вы ожидать, чтобы я вам все подробно живописал!
— Просто расскажите мне, что вы делали, видели, слышали, ощущали. Что тут трудного?
Кросс откинулся в кресле, сложил пальцы крышечкой, закрыл глаза и заговорил, сохраняя на лице саркастическую усмешку:
— Я открыл калитку. На ней была обычная задвижка. Пошел по бетонированной дорожке. Дошел до крыльца, нащупал рукой молоток. Громко постучал — два раза. Потом вдруг понял, что дверь открыта. Позвал: «Кто-нибудь есть тут?» Присмотревшись, увидел, что дверь висит на одной петле. Тогда меня осенило, что дом, наверное, разрушен бомбой. Отступил от двери и споткнулся обо что-то. Упал и порезал руку. Было очень больно, и я почувствовал, что рана сильно кровоточит. Замотал руку носовым платком. Меня подташнивало. Постоял минуту-две и пошел назад к машине.
— Мы не нашли около дома никаких следов крови, — сказал Джемс. — А вы так сильно поранили руку, что запачкали пальто кровью.
— Раз кровь попала на пальто, значит, она не попала на землю.
— Возможно. Ничего другого не остается думать.
— Все, инспектор?
— Да.
— Тогда позвольте мне задать вам вопрос.
— Задавайте. Другое дело, отвечу ли я на него.
— Со времени убийства дяди прошло двое суток. Как идет следствие? Приблизились ли вы к разгадке? Мне казалось, что преступление довольно обычное и полиция идет по горячему следу. Мне, естественно, хочется, чтобы вы поскорее нашли убийцу. По крайней мере, вы тогда перестанете бросать косые взгляды на меня.
— Если я, как вы выражаетесь, бросаю на вас косые взгляды, — сказал инспектор, — то это потому, что по многим показателям вы подходите на роль убийцы. У вас был мотив — деньги. Вы знали порядки в доме. Ваш дядя повернулся бы к вам спиной и пошел бы в комнату, ожидая, что вы последуете за ним. Вам пришлось бы изменить голос, говоря по телефону. Вам необходимо было бы позвонить, чтобы утвердить свое алиби. Ваше пальто было запачкано кровью, и вы постарались отчистить ее прежде, чем полиция отправила пальто на анализ. Вы жгли что-то у себя в камине вместо того, чтобы спешить к дяде, куда вы сильно опаздывали. Короче говоря, мистер Кросс, если бы не ваше алиби, которое мне не удается опровергнуть, я бы арестовал вас уже вчера.
 
Кросс побледнел.
— В таком случае, как удачно, что у меня есть алиби. А то бы вы, того и гляди, арестовали невиновного.
— Очень удачно для вас, — ответил инспектор. — Я вынужден считать, что вы не совершали убийства. Что же тогда остается? У меня нет никаких улик, кроме вашего странного поведения. Вы говорите, что полиция шла по горячему следу. Какому следу? Никакого следа нет. Против обыкновения убийца, кажется, не совершил ни одной ошибки.
— Тогда как же вы надеетесь его найти?
— Дело в том, — сказал Джемс, зажав в зубах чубук трубки, — что такая ситуация возникает довольно часто. Кажется, что все безнадежно. На коронерском дознании ничего не проясняется, жертву хоронят, соседи находят себе новую тему для разговоров, и убийца считает, что вышел сухим из воды. И вот, когда о преступлении, казалось бы, забыли, вдруг что-то происходит. Вам никогда не приходилось нечаянно столкнуть ногой камень на склоне горы? Заметили, сколько он всего успевает наделать, пока катится вниз? Так и убийство. Начинают происходить разные вещи. Изменяются отношения людей. Меняется сам убийца. Иногда в нем просыпается совесть. Иногда в нем упорно сидит страх. Иногда он начинает разговаривать во сне. Он считает, что достиг желаемого, но это желаемое не всегда его удовлетворяет. Так или иначе, в конце концов он почти всегда попадается.
— Да вы философ, инспектор. Мне кажется, что вы себя обманываете. Вы не справились со своей задачей, но пытаетесь притворяться, что это не так. Хотел бы я послушать, как отнесется к вашей декламации начальник! По-моему, вы зашли в тупик и расследование, по сути дела, закончено. Разве не так, инспектор?
Инспектор встал. Лицо его было непроницаемо.
— Расследование будет закончено тогда, когда мы с вами услышим, как староста присяжных объявляет вердикт: «Виновен!» И не раньше. Доброй ночи, мистер Кросс.
  
Глава 10
 
— Не очень-то вы удачно предсказываете погоду, — сказала Памела в воскресенье днем, забираясь в машину Джеффри. Дул сильный порывистый ветер, и по небу неслись мелкие белые облачка. На Памеле были серые брюки, свитер и зеленый замшевый жакет. — Нас просто сдует с яхты.
— Ничего, в каюте тепло, — ответил Джеффри. — Если замерзнем, можно зажечь керосиновый отопитель. Мы превесело проведем время.
— Вы меня покатаете на яхте?
— Почему бы и нет? Вы тепло одеты.
Джеффри поглядел на Памелу. Она смотрела прямо перед собой, и у нее на губах играла еле заметная улыбка. Щека, обращенная в сторону Джеффри, пылала румянцем. Рука Памелы лежала на сиденье между ними, и Джеффри положил сверху свою.
— Я совсем помешался от любви, Памела, — сказал он. — Со мной никогда не было ничего подобного.
Памела мягко отняла руку.
— Пожалуйста, ведите себя благоразумно, — попросила она. — Мне вовсе не хочется потерять голову.
— Это уже признание, — радостно подхватил Джеффри.
— Нет, это предостережение. Дайте мне время. Я вас совсем не знаю. Давайте не будем спешить. А пока что я настроилась полазить по яхте, послушать ваши объяснения и посмотреть, как ловко вы с ней управляетесь. Вы уверяете, что вы старый морской волк, а сами только и можете, что объясняться в любви.
— Одно другого не исключает, — ответил Джеффри. — Ну вот мы и приехали. Вон «Беглянка». А вот наш ялик. Подождите минуту. Я положу доску. Вообще-то сюда лучше надевать резиновые сапоги.
Джеффри помог Памеле перебраться через грязь и залезть в ялик, затем оттолкнул его от берега. Была верхняя точка прилива, течения почти не чувствовалось, грести было легко, хотя ветер забрасывал брызги с весел им в лицо.