В разводе. Бывшие любимые (СИ)

  
Анна Грин
 
В разводе. Бывшие любимые
   
Глава 1
 
— Ровесница сына или дочери?— тихо спросила я, поднимая глаза, хотя, Богом клянусь, мне это было абсолютно не важно.
Мне было не важно, сколько ей лет.
Мне достаточно было звонка матери, которая утверждала, что видела моего мужа с дочерью в своем городе.
  
Только вот Ника была дома.
Олег выдохнул, разулся, стянул с плеч пальто, тяжёлым шагом, поступью громовержца он двинулся на меня.
Я подтянула колени к груди, забралась с ногами на диван, а Олег сел напротив меня на маленький чайный столик, упёр локти в колени и сложил пальцы в замок.
— Совсем плохо, да?
— Нет, — дрожащим голосом произнесла я и в упор посмотрела на мужа.
Холеный, матёрый такой, как серый волк. Сильный, подтянутый, статный. Для своих лет Олег был просто изумительным примером статусного мужика.
— Нет, Олег, не совсем плохо, просто так вот весело. Живёшь с человеком четверть века, а потом выясняется от звонка матери, что он любовницу в командировки возит.
Олег медленно прикрыл глаза и запустил волосы в пальцы.
— Давай сейчас без громких слов и обвинений. — Лениво произнёс он своим бархатным баритоном, который проходился по нервам, как хороший медиатор по струнам — высекал из них звук.
Только сейчас этот звук был исключительно визгом.
— Хорошо, как скажешь. — Тихо прошептала я, не понимая, о чем вообще можно разговаривать. — Это не любовница, а просто какая-то девка, которую ты сажал в свою машину и которую видела моя мать?
— И что это меняет между мной и тобой? — Олег вскинул бровь.
— Что это меняет? — задохнулась я болью. Я весь день варилась в непонимании после звонка матери, которая возмущалась, как так мы приехали к ним в город и даже не навестили. А я понять ничего не могла. Вчера Олег уехал в командировку и мы явно не могли быть в моем родном городе.
Муж был владельцем транспортной компании, которая занимается перевозками нефтепродуктов, и компания у него эта была не одна. Много было дочерок, и поэтому он иногда выбирался в маленькие города для того, чтобы проконтролировать один из филиалов. Филиал в моём городе тоже был.
— Ну да, что меняет? — Спросил Олег, ни капельки не чувствуя мук совести.
Я опустила взгляд.
Между нами это меняло все.
И я прекрасно понимала, что не девка, не секретарша, а любовница была с ним.
После звонка мамы, я стала упорно набирать мужа.
И были длинные гудки один за одним.
Он сбрасывал, я набирала ещё раз.
И опять он сбросил.
Когда я набрала третий раз, в голове звучала молитва просьба, я про себя повторяла как заведённая…
Олег, пожалуйста, я тебя умоляю.
Олег, пожалуйста, я тебя умоляю.
Возьми трубку, пусть это будет какое-то глупое непонимание.
Пусть это будет секретарша. Хотя нет. Кому я врала? Секретарше Олега шестьдесят лет. Дородная упитанная женщина с серьёзными холодными глазами. Прототип тёщи называется.
Тряслись губы.
Олег, пожалуйста, возьми трубку.
Я тебя умоляю, Олег, возьми трубку.
Я даже не заметила, как стала это шептать.
Мама же просто недопоняла, да? Мама же, наверное, увидела его и просто растерялась, а может быть, она вообще перепутала, много здоровых взрослых мужиков разъезжают на внедорожниках. Она же сослепу могла не рассмотреть номер на машине.
— Алло, Вик, — рыкнул Олег, и я прикрыла глаза. — Господи, ну ты какой раз звонишь.
— Мне надо было тебя услышать, — произнесла я, ощущая, как сердце словно забилось в груди.
— Что случилось? — Недовольно выдохнул муж. А я вдруг растерялась и не нашлась, что ему ответить. — Вик, ты позвонила для того, чтобы молчать, или позвонила для того, чтобы позвонить? Ну так это плохая идея. Ты прекрасно знаешь, как я занят в таких командировках.
— Олег, нам надо поговорить. — Произнесла я сдавленно и ощутила металлический привкус, который осел на губах.
— Мы с тобой уже говорим. Давай я слушаю, — в нетерпении произнёс муж, и его голос прошёлся стальной бритвой по душе срезая верхний тонкий слой.
— Некрасиво сегодня получилось, — произнесла я, едва шевеля губами. Ноги не держали. А в голове билась все та же мысль о том, что мне просто показалось, ведь мы с Олегом двадцать лет вместе, да больше двадцати лет.
Замуж в восемнадцать вышла, сейчас мне сорок четыре.
— Скажи, мне надо прислать кого-то из рабочих, что, охрану вызвать? — Зло выдохнул муж, и я покачала головой, зажала пальцами глаза, наплевав на косметику, на то, что от лютого ощущения какого-то краха у меня на ресницах слезы повисли.
— Олег, сегодня мама позвонила моя…
— Ну что, опять приехать к ним? Я же уже объяснял, что я в командировках не буду таскаться по родственникам. Что моя тёща не может элементарных вещей понять?
Но я покачала головой.
— Олег она сказала, что ты Нику в машину сажал.
И на это уже нечего было ответить.
Я, произнеся это, вдруг ощутила, как на месте, где было сердце, стала разрастаться чёрная дыра.
Это же только в сказках, в каких-то глупых русских драмах оказывается, что муж после такого большого брака гулял от жены. От меня же Олег не мог гулять, у нас же с ним все было хорошо. У нас же с ним было трое детей. Старшему двадцать четыре. Он вот-вот закончит учиться и уже несколько лет работал в компании отца.
А Ника закончила школу и поступила.
Малютка Стеша…
Да не могло быть такого.
Я сглотнула, ощущая, как по горлу прокатился комок огня. А на каменную столешницу чуть ли не со звоном, оглушающим, словно церковный перебор, стали слезы.
— Олег….
— Вика… — прозвучал холодный голос мужа в трубке. — Давай сейчас без резких движений. — Произнёс супруг, а я мотнула головой.
— Давай сейчас без лжи. — Предложила я и ощутила, что я не могла пережить такого. Не от человека, который много лет был моей опорой, моей защитой, моей каменной стеной, не от человека, от которого я родила троих детей. Нет человека, который был для меня всем.
— Олег, я все знаю… — шепнула я и бросила трубку.
Если бы ничего не было, Олег бы стал звонить уточнять, возможно орать.
Но он не звонил.
А приехал ближе к полуночи домой.
Значит ошибки не было…
— Так, Вик, давай только вот сейчас мы с тобой не будем об вот этом вашем бабском, я на развод подам, я от тебя уйду. Я, конечно, все понимаю. Неприятно, больно и противно. Давай немножко будем рациональными. Да, я не горжусь своим поступком, но и ползать на брюхе тоже не буду. Ты уж извини, мы с тобой взрослые люди, у всех бывают осечки.
Осечкой было бы, если бы он мячик переехал, в котором играли пацаны на районе в футбол.
Осечкой было, если бы он не на то сделал ставку в играх.
— И чего тебе не хватало? — Спросила я, ощущая, как по щекам побежали слезы.
Я же просила себя, уговаривала не плакать. Потому что мужчинам никогда не нравятся женские слезы, потому что для мужчин женские слезы это всегда триггер о том, что все плохо.
И Олег мне много раз объяснял: сначала дело, потом слезы, потом вытру, поцелую в лоб и успокою, но сначала всегда дело.
— Ты реально считаешь, что мне стоит отвечать на эти вопросы?
— Нет, — честно призналась я, понимая, что спросила это из-за того, что голова не варила.
Я любила его той любовью, про которую говорят, что она одна и на всю жизнь.
Я приехала из маленького городка в столицу поступать. А на автовокзале у меня украли сумку. Я бегала, металась, не могла найти службу безопасности, хоть ещё кого-то и ладно, не главную сумку, где у меня документы были, скоплённые деньги. А там, где у меня немного вещей лежало и две банки сгущёнки.
  
И вот бегала я по автовокзалу до тех пор, пока не влетела в широкую грудь.
— И куда ты торопишься, белка? — Спросил высокий, немного пугающий парень с лихим острым взглядом.