Мифы Поволжья. От Волчьего владыки и Мирового древа до культа змей и птицы счастья

Тазаев П. Д. Скульптура «Цаган Аав» (Белый Старец), 2001 г.
Национальный музей Республики Калмыкия имени Н. Н. Пальмова
В XVIII веке Цаган Авга был включен в буддийский пантеон. В ойратской сутре [38] Владыки земли и всего пространства Белого Старца рассказывается о его встрече с самим Буддой.
 
Однажды Будда со своими сподвижниками и учениками странствовал по земле, и, когда они оказались возле горы Земэс («Изобильной плодами»), навстречу им вышел «старец почтенного возраста». Будда спросил старца о том, кто он таков и почему живет один в горах. Почтительно назвав Будду «Вашей Светлостью», старец ответил: «Ваша Светлость Будда Шакьямуни, я действительно пребываю в этих горах под названием Земэс и являюсь наверху защитником, хранителем небес, внизу — началом и защитником, хранителем матери-земли, всех живых существ и потому живу в горах. Я — владыка всего, что есть на небе, земле, горах и водах». Далее старец рассказал, что он борется за справедливость, устраняет зло, направляет людей на путь истинный, награждает праведников и наказывает грешников. Будда, «услышав сказанное Белым Старцем, благословил его добрые деяния и просил его продолжать свою благую деятельность во имя всех живых существ».
 
Ответ Белого Старца Будде совершенно ясно свидетельствует, что именно он — великое и древнее божество калмыков. Подтверждается это и тем, что известны случаи, когда изображение Белого Старца помещалось выше изображения Будды.
Белого Старца калмыки считают также Хозяином года, и день зимнего солнцестояния — один из главных календарных праздников у всех народов — называют Днем перекочевки Хозяина года. Калмыки полагали, что его перекочевка продолжается три дня. В первый день Белый Старец перегонял свой скот, во второй — переселялся сам и перевозил имущество, в третий — перегонял остатки скота. В это время действовал ряд запретов: нельзя было отправляться в дорогу, заниматься уборкой и выносить что-либо из жилища.
У предков калмыков этот день считался началом года. Но после принятия буддизма официальным новогодним праздником стало 25 число десятого лунного месяца — буддийский праздник Зул. А День перекочевки Хозяина года с тех пор называют старым Новым годом и отмечают Новый год два раза.
Поскольку у калмыков не принято праздновать личные дни рождения, все прибавляют год к своему возрасту в новогодние торжества, причем женщины — в праздник Зул, а мужчины в День перекочевки Хозяина года.
Вышивка зег (орнамент, узор), кон. XIX — нач. XX вв.
Национальный музей Республики Калмыкия имени Н. Н. Пальмова
Несмотря на то что праздник Зул появился позже, он также по традиции связан с образом Белого Старца. Считалось, что в этот день он спускается на землю и обходит ее из конца в конец. Если люди живут праведно, наступивший год будет для них счастливым, а если они совершали неблаговидные поступки, в наступившем году будет засуха, падеж скота и т. д.
Божеством — владыкой царства мертвых калмыки, как и ряд других народов, почитают Эрлика, которого называют Эрлик Номин-хан.
Образ Эрлика неоднозначен. С одной стороны, он справедливый судья человеческих душ. Душа умершего предстает перед Эрликом, он заглядывает в книгу, где записаны все людские деяния, или смотрит в зеркало, где отражается вся жизнь человека, и решает, должна ли душа отправиться в край вечного блаженства или погрузиться в бездну бесконечных мук.
 
Но в то же время Эрлик может олицетворять абсолютное зло, в его подчинении находятся многочисленные чудовища — шулмусы, мангасы и другие, которых он посылает на землю, чтобы вредить людям.
Шулмусы — многоглавые чудовища, но могут принимать и человеческий облик и даже превращаться в красивых девушек. У них есть правитель — хан Шара Гюргю. Если человек заблудился в степи, считалось, что его заманили шулмусы.
Яшкулов В. Б. «Эскиз костюма шулмуса в балете А. Маджиева “Окн Тенгр”», 1954 г.
Национальный музей Республики Калмыкия имени Н. Н. Пальмова
Родственный шулмусам персонаж — степная ведьма шулма, сгорбленная старуха с козлиными ногами, у которой вместо кос верблюжьи хвосты. Согласно народному поверью, шулмами становятся женщины, совершившие десять черных грехов.
Разновидность шулмусов — чотгоры, духи болезней. Они похищают у человека душу или, наоборот, сами вселяются в него — и человек заболевает.
В мифологии ойратов мангасы — многоглавые демоны с бычьими рогами и острыми клыками, причем голов у них может быть до девяноста пяти штук. В калмыцких мифах они, как правило, утрачивают многоглавость, но сохраняют чудовищную силу. Победить мангаса можно, уничтожив его душу, которая бывает спрятана в каком-нибудь труднодоступном месте. Мангасы нападают на селения, угоняют скот, похищают женщин, о чем рассказывалось в мифе об Окон-тенгри.
Калмыки, как и другие народы, почитали многочисленных эзенов — духов, хозяев определенных местностей, водных источников, гор, камней и т. д. Эзены живут на земле и могут выступать в качестве посредников между людьми и небесными божествами — тенгриями.
ЖИВОТНЫЕ И ПТИЦЫ
Наиболее почитаемым животным у калмыков был волк. Связано это с тем, что, по преданию, большинство монголо- и тюркоязычных народов ведут свое происхождение от человека и волчицы.
 
В калмыцком предании о начале древнего и разветвленного монгольского рода чонос («чоно» означает «волк») рассказывается, что в давние времена калмыки вели войну с каким-то могущественным племенем. У одного из воинов была беременная жена, и вот она узнала, что ее муж ранен и лежит в лесу. Не слушая ничьих уговоров, она оседлала коня и отправилась искать мужа, но заблудилась. Женщина родила в лесу ребенка, а сама умерла. Новорожденного мальчика подобрала волчица и выкормила вместе со своими волчатами. Несколько лет спустя в лес пришли охотники. Они убили волчицу, а найденного в ее логове ребенка забрали с собой. От этого мальчика, вскормленного волчицей, и пошел род чоносов. Представители этого рода живут в Монголии, Калмыкии, Бурятии и Китае.
 
Вероятно, в древности на волков не охотились, почитая их священными животными. До наших дней в Калмыкии сохранилось поверье, что убийство волка в то время, когда в семье ожидается рождение ребенка, повредит здоровью новорожденного.
Древние представления о связи волка с высшими силами, о его магических способностях нашли отражение в сказке о волке-шамане:
 
В давние времена жили в степи девять волков, а вожаком у них был десятый — волк-шаман. Наступила зима, не стало у волков еды. Спрашивают они своего вожака: «Где нам добыть пропитание?»
 
Трижды подпрыгнул волк-шаман и каждый раз опускался на лапы мордой на закат солнца. Поняли волки, что это знак, и вслед за своим вожаком побежали на запад. Поздним вечером прибежали к большому озеру, на берегу которого пасся конский табун.
 
Говорит волк-шаман: «Среди этих коней есть один по имени Ага Тайджи. Надо его отыскать». И стал подкрадываться к табуну. Но остальные волки сказали: «Зачем нам искать именно этого коня, когда можно съесть любого другого?» Поймали они старую кобылу, съели ее и улеглись спать.
 
А волк-шаман обежал вокруг табуна, потом пробрался в середину, пробежал через табун крест-накрест и наконец нашел коня по имени Ага Тайджи. Прыгнул волк, вцепился коню в ногу. Но конь вырвался и ускакал.
 
Голодный волк-шаман вернулся к своим товарищам. Волки оставили для своего вожака часть кобыльего мяса, но он отказался от еды и велел немедля покинуть эти места.
 
Утром пришли табунщики и увидели, что ночью на лошадей напали волки, загрызли старую кобылу и ранили лучшего коня в табуне. Пустились табунщики в погоню за волками, настигли их и убили девятерых, но волк-шаман ушел от погони. Долго гнался за ним главный табунщик и наконец смог хлестнуть плеткой по задней лапе. Захромал волк-шаман, но все же взобрался на высокую гору, куда табунщику было не подняться. Лег волк-шаман на вершине, отдышался и сказал: «Мой хвост, ложись позади меня, мои лапы, ложитесь впереди меня — вы помогли мне уйти от погони». Зализал волк-шаман рану от плетки, однако лодыжка у него навсегда осталась кривой. И с тех пор у всех волков кривые лодыжки.