Мифы Поволжья. От Волчьего владыки и Мирового древа до культа змей и птицы счастья
Стали боги выбирать, кому кто больше нравится. Один взял себе зубастых волков, другой — косматых медведей, третий — быстроногих оленей, четвертый — легкокрылых птиц. Пришлись по нраву богам и серебристые рыбы, плавающие в глубоких водах, и насекомые, наделенные острыми жалами, и увертливые ящерицы и даже ядовитые змеи.
И только людей никто не захотел взять под свое покровительство. Посмотрели боги на них и в один голос сказали: «Кому нужны такие беспомощные, никчемные существа? Нет у них ни зубов, ни когтей, не умеют они ни летать, ни быстро бегать. Даже теплой шерсти — и той у них нет!»
Остались люди без бога-покровителя. Жалко стало их Чам-пазу, и он приказал своему сыну Нишке-пазу отправляться на землю, чтобы помочь людям наладить жизнь.
Спустился Нишке-паз с неба на землю. Видит — прячутся люди по темным норам, едва-едва не умирают с голоду, боятся всего на свете. Собрал Нишке-паз людей и сказал им: «Люди! Мой отец, великий Чам-паз, даровал вам разум. А я дам вам умелые руки. И если вы будете усердно трудиться, то обретете великую силу и жизнь ваша будет полна довольства и счастья».
Научил Нишке-паз людей пахать землю и выращивать хлеб, строить жилища и шить одежду, ковать железо, обжигать глину, плести корзины, вырезать из дерева посуду и делать многое, многое другое. Хорошо стали жить люди. Нишке-паз остался с ними на земле. Он ходил из селения в селение, лечил больных, мирил ссорящихся и учил людей жить в мире и дружбе, помогая друг другу. Люди уважали Нишке-паза и во всем его слушались.
Но зловредный Идемевсь позавидовал людям и решил им навредить. Научил он людей варить пуре — хмельной напиток на основе меда. Люди быстро пристрастились к пьянству, стали работать без прежнего усердия, каждый день напивались, а напившись, ссорились и дрались.
Напрасно Нишке-паз уговаривал их оставить пьянство и вернуться к прежней счастливой жизни. А тут еще Идемевсь стал убеждать людей: «Не верьте Нишке-пазу! Никакой он не сын бога, а такой же человек, как и вы. Сам он ничего не делает, а вас заставляет работать. И пуре пить не велит, чтобы у вас не было в жизни никакой радости!» Поверили люди Идемевсю и убили доброго Нишке-паза.
Однако Нишке-паз воскрес, поскольку был сыном бога. Сказал Нишке-паз людям: «Я мог бы вас сурово покарать, но мне вас жаль. Вы сами лишили себя счастливой жизни!» За его плечами появились два белых крыла, и он улетел на небо.
Жизнь на земле без Нишке-паза изменилась к худшему: и солнце стало холоднее, и небо пасмурнее, и урожаи меньше, и люди то и дело ссорились, враждовали и воевали между собой.
Это «Сказание о Нишке-пазе» интересно тем, что в нем на языческую основу отчетливо наложились христианские представления: образ доброго бога, посланного на землю для помощи людям и убитого ими, явно перекликается с образом Христа.
У Нишке-паза были две дочери — Кастарго и Везорго — посредницы между ним и людьми.
Старшая, Кастарго, представлялась в виде девушки в белой одежде, но могла принимать обличье белой птицы с золотыми перьями. Кастарго — богиня-целительница, она излечивает любые болезни с помощью золотой и серебряной воды из источника, который бьет посреди двора ее отца. Кастарго молились, прося исцеления.
Младшая дочь Нишке-паза, Везорго, — богиня красоты, покровительница девушек. В одной из песен так описывается ее внешность:
Стан твой — как белая березка,Лицо — как румяное яблоко,Глаза — как черная смородина…Чам-паз, которого в эрзянской мифологии, как уже было отмечено выше, иногда называют Богом-творцом и отцом Нишке-паза, — загадочное божество, обитающее так высоко в небе и так далеко от людей, что о нем никому ничего неизвестно.
Авань сорка — женский головной убор, мордва-эрзя, кон. XIX в.
Мордовский республиканский объединенный краеведческий музей имени И. Д. Воронина
Особое место в эрзянском пантеоне принадлежит Матери богов — Анге Патяй, покровительнице всего живого на земле. Анге Патяй обитает на небе в образе прекрасной, вечно юной женщины, но, спускаясь на землю, она превращается в древнюю старуху, или в птицу с золотым оперением, или в белую голубку. В своем небесном доме она хранит души еще не родившихся детей и животных, семена еще не проросших растений и с животворным дождем посылает их на землю.
Анге Патяй незримо присутствует при родах, оберегая роженицу от злых духов, способствует плодовитости скота и плодородию земли. Из домашних животных особым ее расположением пользуются овцы и свиньи, отличающиеся большой плодовитостью; из птиц — куры, поскольку они несут по яйцу каждый день; из растений — просо и лен, дающие больше всего семян.
Любимое дерево Анге Патяй — белоствольная береза. Мордва почитает березу как священное дерево — олицетворение Мирового древа. В старинной песне о березе поется: «Глубоко в земле ее корни, по небу распущены ее ветви». Березу сажали рядом с домом как оберег, охраняющий от всякого зла, дающий здоровье и благополучие. Березовые ветки вешали в сенях для отпугивания злых духов, а на чердаке — для защиты от молнии. В начале лета (в христианские времена на Троицу) в мордовских селах устраивался девичий праздник, основным атрибутом которого была березка. Накануне над дверями домов вешали березовые венки — столько, сколько в доме девушек-невест. А в день праздника девушки в березовых венках шли по селу и несли срубленную молодую березку, украшенную лентами. Они пели особые ритуальные песни, обращенные к богам, в которых просили послать им хорошего жениха и счастливую семейную жизнь. Вечером березку провожали — бросали в огонь или пускали по воде.
Анге Патяй ведает женскими рукоделиями, и сама тоже искусная рукодельница. Она собирает по одному стеблю льна с каждого поля, выщипывает по одной шерстинке у каждой белой овцы, прядет тонкую пряжу на серебряной прялке с золотым веретеном, а затем из льняной пряжи ткет белое полотно и шьет из него рубахи богам, а шерстяную красит в разные цвета: в голубой — небесной лазурью, в красный — алым сиянием зари, в желтый — светом месяца. И расшивает рубахи цветными узорами. Подол рубахи Нишке-паза, вышитой Анге Патяй, с земли видится как радуга.
У Анге Патяй много детей: Велень-паз — покровитель людских поселений и сельского хозяйства, Волцы-паз — покровитель животных и птиц, Назаром-паз — бог зимы и ночи, связанный с миром мертвых, и другие. Анге Патяй называют женой, а иногда матерью Нишке-паза.
Пурьгине-паз, эрзянский бог-громовник, разъезжает по небу на огненной грохочущей колеснице, из-под колес которой летят молнии (у мокши ему соответствует Атям-шкай). Известен миф о женитьбе Пурьгине-паза на земной девушке Литове.
Программа спектакля — музыкальной драмы «Литова», 1985 г.
Мордовский республиканский объединенный краеведческий музей имени И. Д. Воронина
Жила-была девушка Литова — единственная дочь у отца с матерью, стройная, словно молодая березка, красивая, будто ягодка-малинка. Была Литова добра, со всеми приветлива, разумна и трудолюбива. А уж в вышивании как искусна! Сядет вышивать — шелка у нее синее неба, золотая мишура — ярче солнца [28].
Не было на земле девушки лучше Литовы.
Заметил ее с неба бог-громовник Пурьгине-паз — и полюбил.
Узнала Литова, что приглянулась грозному богу, испугалась. Перестала выходить из дому — под крышей-то Пурьгине-паз ее не увидит. Сидит целыми днями в своей светелке и вышивает.
Как-то раз весною пришли к Литове подружки, стали звать ее с собою гулять. Посмотрела Литова в окошко, видит: ярко светит солнце, нет на небе ни облачка. Подумала Литова: «Верно, бог-громовник сейчас далеко!» — и пошла с подружками.
Сначала водили девушки хороводы, потом стали на качелях качаться.
Вот пришел черед Литовы. Встала она на качели, начали подружки ее раскачивать.
Вдруг грянул с ясного неба гром, закрыло солнце черной тучей. Страшно стало Литове. Хотела она с качелей спрыгнуть, да где уж там! Взлетели качели до самого неба, подхватил Литову Пурьгине-паз и умчал на грозовой туче в свой небесный дворец.
Стала девушка женой бога-громовника, хозяйкой его небесных владений. Отдал ей Пурьгине-паз ключи от семи амбаров, где хранились несметные богатства, разрешил брать все, что она пожелает. Не велел только выглядывать из окна седьмого амбара.
Долго крепилась Литова, но, в конце концов, все-таки не выдержала. Зашла в седьмой амбар, выглянула из окошка — и увидела родную деревню. Матушка сажает в печь хлебы, отец колет на дворе дрова, подружки на улице водят хоровод. Защемило у Литовы сердце, залилась она горькими слезами.
Вечером спрашивает ее муж: «Отчего красные у тебя глаза?» Отвечает Литова: «Ветер запорошил мне глаза песком».
Позвал Пурьгине-паз мать ветров Вармаву и грозно спросил: «Кто из твоих сыновей обидел мою жену?» Ответила Вармава: «Никто из них ее не обижал. Она плакала потому, что затосковала по родному дому».
Не хотелось Пурьгине-пазу расставаться с женой даже на минуту, но все же отпустил он ее повидаться с родителями. Только предупредил, что может она пробыть на земле не больше часу.
Набрала Литова разных подарков, дал ей Пурьгине-паз упряжку небесных коней, и спустилась она на землю.
Вот едет она по родной деревне. Выходят ей навстречу деревенские старики и старухи, молодые мужики и молодицы, девушки и парни. Низко кланяются все Литове. А она говорит: «Зачем вы кланяетесь мне, будто небесной богине? Ведь я земная девушка Литова».
Остановилась Литова у родного дома, позвала батюшку с матушкой. Но никто ей не ответил. Переступила она через порог — нет родителей дома. Ушла матушка в соседнюю деревню в гости, ушел батюшка в дальний лес на охоту. А час, что дал ей муж, уже на исходе. Сложила Литова на лавке подарки, расстелила на столе скатерть, которую сама вышивала, — чтобы родители, вернувшись, догадались, что жива их Литова и про них не забыла.
Тут спустил Пурьгине-паз с неба тучу, подхватила она Литову и унесла обратно на небо…
