Метель или Барыня-попаданка. Мир (СИ)
Достала палочку колбасы для Тани и последнюю – для себя и сделала заметку: "Надо еще принести", – больно она вкусная, не сравнить с магазинной, может, не такая мягкая, чуть более жесткая, но пахла она мясом и содержала только его, а не всякие добавки и прибавки непонятные. Тоже и сыр – мягкий, немного с кислинкой, больше похожий на брынзу, был очень вкусным.
Таня влетела в комнату, как ураган. Передвигаться спокойно, степенно она не могла по определению. Первый ее вопрос немного меня напряг:
– А где Мурзик? Я что-то его не вижу?
Пришлось ответить опять полуправдой:
– Знакомым в деревню отвезла, мышей половить да молочка деревенского полакать!
– Навсегда?! – ужаснулась девочка, которая любила кота не меньше меня!
– Пока на прокат, а там посмотрим, может, и сам Мурзик захочет остаться!
– Ну ладно, только Вам без него скучно будет!
Тут она обратила внимание на мой стол:
– О, колбаска, сырок, "ням-ням"! А это нам? Классно!
– Иди руки вымой да сядь за стол спокойно, никуда твоя колбаска с сыром не убегут!
Татьяна ушла в ванну, но плескалась недолго и вновь уселась за стол. Её распирало от желания поговорить, но она знала, что я придерживаюсь правила – "пока я ем, я глух и нем", и пока терпела. Утолив первый голод, она отставила чашку и стала тараторить:
– Нет, все-таки наш Иван Васильевич – Царь! Как он сказал: "Встань и иди"! Тут и мертвый бы пошел! Это же Чудо какое-то! Все просто прибалдели! Ой, то есть сильно удивились!
– Дима у какого-то знаменитого профессора лечился в последний раз, вот лечение и подействовало! Никакого чуда особо и не было! Просто сильное волнение и желание сыграли свою роль!
– Ну и это тоже, но тот, кто ждет и просит чуда, к тому оно и приходит! – заявила она безапелляционно!
А я уставилась на нее в удивлении – а ведь и верно она сказала, я ждала и просила чуда, вот оно со мной и произошло! Вот уж точно сказано: "Устами младенца глаголет истина"!
А Татьяна продолжала, как ни в чем не бывало:
– А этот, холоп боярский, как Вы думаете, что-нибудь понял?
– А что народ думает?
– Все по разному, но в основном он нам не понравился, больно заносчивый! Но, может, и его проняло в конце!
– Посмотрим, посмотрим! Вы уже его пока не трогайте зря, посмотрим, что дальше будет!
– Это понятно, мы же не звери какие! – сказала девочка с улыбкой.
– Ну ладно, мне долго сидеть некогда, дел еще много! – и она, схватив колбасу, стала собираться домой.
Оглянувшись на меня, она добавила уже спокойно и очень веско:
– А я всегда с Димой была и буду! И никакой он и не инвалид! А получше всяких разных в сто раз будет!
– Погоди, егоза, я с тобой выйду, прогуляюсь немного, а то голова болит. Да и в магазин надо зайти!
Татьяна пританцовывала в нетерпении, пока я одевалась, а потом полетела впереди меня. Я не стала ее задерживать, махнула рукой – беги, не задерживаю, – а сама пошла медленно, наслаждаясь морозным воздухом. Вообще зима стояла многоснежная, с метелями, но относительно теплая, сильных морозов не было.
Увидела магазин тканей, решила в него зайти. Набрала там крючков для вязания и одежды, кнопок, спиц, стразов, мелких бусинок, разной другой красоты. Увидела мелкие разноцветные пуговички и, вспомнив, что в то время они были костяными, только темными, я набрала их целую россыпь. Были там и поделочные камни для отделки костюмов, тоже взяла, больно уж они завлекательно блестели. Купила еще и материала на платья для себя и Машеньки – красивого переливающегося атласа бледно-зеленого и темно-зеленого цвета, будем с Машенькой в одном стиле. Целый мешок разных остатков тканей мне отдала Ирина Васильевна – ее снабжали неликвидом с ткацкой фабрики. А мне на мешочки для моих игр как раз все подойдет.
Затарившись как следует, я решила идти домой, но по дороге увидев еще небольшой магазин сувениров, зашла туда, чтобы спросить, принимают ли они разные вещи. Мне ведь надо было куда-то сдавать свои полотенца, варежки, лапоточки, а у Марго уже было этого достаточно. Оказалось, принимают, но выборочно. Я решила ковать железо, пока оно горячо, быстро вернулась домой. Бросив пакет с тканями и прихватив пакет со своими вещами, опять побежала в магазин. Мои поделки получили высочайшее одобрение, их забрали все, особенно восторгались лапоточками, и выдав мне часть аванса, сказали придти за остальными деньгами через недельку, или они сами позвонят. Когда я спросила, а можно ли еще принести, мне в голос ответили: "Можно и нужно, сейчас это в ходу, многие и на подарки, и просто так берут", что меня очень обрадовало.
Сняв деньги со своей "попаданческой" карточки, как я называла средства, полученные от продажи вещей из прошлого, я вернулась домой. Тут я стала подбивать свои финансы и запасы. Денег было достаточно, можно будет еще подкупить камни и жемчуг, раз он так хорошо пошел. Надо набрать еще хорошего инструмента для крестьян – пил, кос, топоров, разных приспособлений для работы с деревом, да еще и к Сан Санычу не забыть подойти насчет деревообрабатывающих станков. Возможно, и здесь придется заплатить. Лекарств пока достаточно, надо только разобраться с ними, а то я складывала пока все в кучу.
Да и Анфисе Петровне надо деньги за семена перевести, а то забуду. Решив еще раз выйти из дома, я решила заодно подъехать в гости и к Варваре Петровне. Опять зайдя в магазин, я перевела деньги Анфисе и затарилась покупками для "Цветочницы Варвары", как я про себя называла эту славную женщину. Думаю, от хорошего сыра, колбаски, чая, конфет, печенья она не откажется. Тут же позвонила ей и спросила позволения приехать в гости.
Варвара Петровна с радостным удивлением ответила: "Не забыли меня, старуху! Конечно, приезжайте, могу еще цветов дать!" и я отправилась к ней в гости. Варвара Петровна только всплеснула руками на мое угощение: "Ну зачем так много! Это же все дорого! Зачем было так тратиться!" – но было видно, что она довольна не столько покупками, сколько вниманием, какое ей оказали.
Она усадила меня за стол, а сама стала хлопотать с чаем. На мою отговорку, что я уже пила чай, она ответила. что такого я точно не пила, она сама смешивает травы и разные виды чаев и получает свою заварку. Чай, действительно, был очень вкусным, с запахом лета и разных цветов и ягод. А каким вареньем необычным она меня угощала – и лесной клубники, и терновника, и ежевики. Все было очень вкусно. Я рассказала ей, что использовала ее книги и знания при знакомстве детей с комнатными растениями. Женщина была очень довольна и сияла от удовольствия: "Вот и я пригодилась! Вы там мой телефон Аниной бабушке дайте, может, поболтаем когда по-старушечьи про цветочки наши". Расстались мы с ней обоюдно довольные – я еще с горшками с цветами в пакете, а она с монетками и купюрой, которую я положила в продукты.
Вечером я стала собирать в кучу свои запасы. Их оказалась "прицеп и маленькая тележка"! Тут был мешок картошки и мешок семян от Анфисы, ткани из магазина, цветы от Варвары Петровны, остатки лекарств и всякая всячина, взятая на запас. Поняв, что моя "грузоподъемность" все же ограничена силой в одну Барыню, я решила, что мне придется сделать несколько переносов. Оставалось дождаться вечера или ночи, чтобы не появиться в доме с мешками картошки в руках. Как только стемнело, я так и сделала, перенеслась мгновенно с лекарствами и тканями, остальное пока решила оставить на "потом".
Барыня, то есть я в роли барыни, короче, мы обе спали. Я быстро поднялась и спрятала свои запасы в сундуки и тут же ушла. Как ни хотелось мне остаться, я понимала, что мои заботы – только мои и проблемы с детьми надо решать мне. Барыня только растеряется, и сама не справится, и меня подведет.
А теперь и мне пора спать! Этот длинный, безумный, сложный день подошел к концу! Уф!
Глава 26. Все закончилось благополучно!?…
Утро следующего дня было для меня немного напряженным. Я ждала разговора с родителями Георгия. Не то что я его боялась – Дима поступил правильно, но просто я не любила разборок. Тем более я не знала, как новая администрация воспримет этот конфликт. Старая директор всегда была на стороне детей и учителей, если они были правы, а новая – не знаю, могут и на сторону родителей встать – лишь бы выглядеть красивыми в их глазах. Но утром Гера вошел в класс как ни в чем не бывало. Нос его был чуть припухшим, но если не приглядываться, это в глаза не бросалось. Он был уже в костюме – еще не в нашем фирменном, но уже похожем на форму. На мой немой взгляд он ответил, подойдя ко мне: "Мама вчера поздно пришла, она куда-то на тусню очередную с подругой ездила. А папа на работе ночевал, у них завал, кризис разгребают. Баба Катя приедет, я ей передам насчет формы. Баба Катя – моя няня, она меня еще маленького воспитывала. Она сейчас у своей дочери в гостях."