Метель или Барыня-попаданка. Мир (СИ)
Я решила ввести в обиход выкройки и раскрой ткани по размерам, что очень экономило материал. Здесь же женщина сначала просто обматывалась тканью, которая драпировалась на ней, а потом только все это каким-то образом собиралось и сшивалось. Было даже выражение: "Хорошо одетая женщина – это хорошо задрапированная дама". В моде у дам в возрасте сохранялись еще объемные юбки с многочисленными нижними, корсеты, большие вырезы у платьев, когда декольте было чуть ли не до пупа, но длина платьев была до самого пола. Я хотела немного все изменить, взяв за основу стиль ампир, который активно входил в моду и который понравился мне своей простотой и элегантностью.
Я, как и хотела, придумала и сшила с помощью Полины платье для Маши в стиле "ампир" – отрезное под грудью, с небольшим декольте, поскольку особо многого показывать было нечего. Рукавчики-фонарик переходили в красивые вязанные крючком перчатки, поскольку руки у Маши были еще детскими и худенькими.
Тут отличилась одна из девушек в деревне у Авдеича. Когда он передал мне эту вещь, я не могла сдержать возгласа от красоты увиденного. Они были настолько красивыми, ажурными, и в то же время нежными, мягкими, что только поразиться можно было. Они даже затмили привычные атласные перчатки, которые носили все, своим необычным внешним видом. Я заплатила за них рубль, а это было достаточно много, но не жалела нисколько! Такие вещи в наши времена стоят сотни долларов, да еще и найти их надо! Поэтому я наказала Авдеичу, чтобы он еще присылал мне такие и другие подобные изделия.
Говорят, после этого девушка – изготовительница перчаток стала самой завидной невестой в деревне, где ценили не столько деньги, а хорошее ремесло и трудолюбие, справную семью, а это у той все это тоже присутствовало. Я была только рада, что она была оценена по достоинству, так как надеялась и в дальнейшем получать от нее не менее красивые вещи.
На плечах Маши должен был быть красивый нежно-голубой шелковый палантин, который я принесла из будущего. В качестве украшений она одела небольшое жемчужное ожерелье и подходящие к нему жемчужные сережки, которые только казались такими, а на самом деле были красивыми искусственными изделиями, правда, достаточно неплохой фирмы Shell pearl. Были они похожи на "римские" ожерелья, бывшие тогда в ходу и названные так потому, что искусственный жемчуг стали изготавливать в Риме в XV веке, но дальше его делали не только в Италии. "Римский" жемчуг был стеклянным шариком, заполненным парафином и покрытый перламутром, мои изделия хоть и были похожи на них, но в то же время выглядели ярче, богаче. Я все это когда-то приобрела за небольшие деньги в надежде "авось пригодятся", вот они и пригодились.
Чтобы объяснить их происхождение, мне пришлось перед Машенькой разыграть целое представление – однажды я вошла к ней в комнату со шкатулкой, в которой и лежали эти вещи со словами: "Посмотри, какую прелесть я нашла в одном из старых сундуков, видимо, папенька твой привез из Итальянского похода и матушкетвоей подарил, а та тебе в приданное спрятала, да сказать забыла!" Моя история хоть и удивила Машеньку немного, но по своей молодости и наивности она в нее поверила сама и другим позже рассказывала мою версию. Вообще чистота ее поражали меня, в сравнении с современными девушками она была именно "наивной Смоленской девушкой" синтересами, знаниями и кругозором вузких рамках эпохи, но тем она мне и нравилась и тем была интересна и близка.
Но продолжу далее описание ее наряда. Длину платья мы решили сделать немного короче принятого, где-то по щиколотки, так что были видны маленькие, но очень изящные голубенькие туфельки на небольшом каблучке, сделанные сапожником из нашей деревни. Он меня понял, правда, не сразу, но потом, как говорят, "вошел в тему" и сделал прекрасные сафьяновые туфельки. Они были очень удобными и мягкими и подчеркивали красоту и стройность ножек Машеньки. Образ в целом получился достаточно скромный, но очень элегантный, необычный.
Себе, поскольку я была вдовой, я решила сделать платье темно-зеленого цвета, взяв за основу образ, который я увидела где-то в Интернете. Основа платья была светло-зеленого цвета, а накидка и рукава из темного кружевного полотна, которое я купила когда-то давным-давно, но никак не могла собраться и что-то из него сшить. Вот оно и пошло в дело.
Как я уже говорила, раскроила я свое платье с помощью нашей трудовички в будущем, "сбегав" туда на несколько часов, она же и сшила его на "живульку". Образ ей тоже понравился, только удивил своей необычностью. Но я объяснила, что подружилась с "реконструкторами", людьми, которые воссоздают наряды и вещи прошлого, инсценируют то или иное событие прошлых времен и которые собираются разыграть сцену бала в стиле "Войны и мира" – и опять я никого почти не обманула, другое дело, что бал будет настоящим.
Ирина Васильевна могла бы и сшить платье на машинке, это ей не составляло труда, но я боялась, что платье, сшитое на машинке, будет разительно отличаться своим качеством от ручной работы, а мне этого не хотелось бы. Изобретать машинку я не собиралась, слишком много там мелких металлических деталей, да и не к чему она мне, когда в доме появилась профессиональная швея – Полетт. Вот она-то мне платье и доделает, а я подскажу, если надо будет.
Никаких особенных украшений я решила не надевать, только нашла в своих современных запасах серьги под малахит и такой же браслет, очень подходящие под платье. На ноги я решила обуть небольшие темно-зеленые туфельки, сделанные все тем же сапожником. Чувствую, что заказов у него прибавится. И пусть, и человек заработает, и я в накладе не останусь.
Итак, все ждали бала в уездном собрании, где мне предстояло еще и знакомство с предводителем уездного дворянства, полковником в отставке Вакселем Александром Васильевичем и его совсем молоденькой женой, Екатериной Антоновной Ваксель, которой было всего 19–20 лет. Александр Васильевич был человеком активным, пронырливым, не гнушающимся и подношений – "барашков в бумажке", без которых в любое время не обходится – "откаты" и в то время существовали, только скрывались тщательнее.
Когда говорят "предводитель уездного дворянства", мы сразу вспоминаем образ Ипполита Матвеевича Воробьянинова и воспринимаем эту должность как несерьезную, анекдотичную. На самом деле должность эта была очень ответственная, почетная, хотя и служили на ней без вознаграждения. Избирался предводитель на 3 года и кроме исполнения им собственно дворянских сословных обязанностей, был активно вовлечен в общегосударственную деятельность. Закон предусматривал членство и председательство уездного предводителя дворянства во множестве комиссий, осуществлявших власть в уезде. Должность уездного предводителя была особенно ответственной и потому, что административная система Российской империи не предусматривала единого руководителя и единой администрации на уездном уровне (в отличие от губернского). Уездный предводитель, член и председатель большинства уездных учреждений, оказывался связующим звеном между разрозненными учреждениями и де-факто главой уезда. После пребывания в должности в течение трех трехлетних сроков предводители, а у нашего предводителя как раз кончался второй срок и его скорее всего, переизберут повторно, они получали чин V класса и становился статским советником – как опять же знакомый нам Эраст Петрович Фандорин, герой романов Акунина.
Глава 13. Троицкий Болдинский мужской монастырь и его обитатели
Но прежде чем попасть в уездный город Дорогобуж, мы с Машей решили заехать в Троицкий Болдинский монастырь, который располагался западнее нашего Васино примерно в 8 верстах от него, а уж дальше был Дорогобуж, а восточнее нас шла как раз дорога на Москву. Я знала, что в монастыре есть своя типография, в которой печатали не только церковную литературу, но и обычные книги. Поэтому настоятель монастыря архимандрит Антоний, к которому я обратилась с просьбой о помощи в деле, которое, надеюсь, заинтересует и его, тут же принял меня.