Метель или Барыня-попаданка. Мир (СИ)

– Вы знаете, Елизавета Марковна, мой управляющий довольно прогрессивный человек и вот от каких-то купцов он услышал об изобретении вашим братом сухого бульона, которым возможно заменить бульон обычный, особенно в путешествии или в иных подобных обстоятельствах. Я пообещала узнать подробности. Если можно, разрешите ему написать управляющему вашего брата и узнать технологию изготовления этого бульона?
– Я думаю, это возможно, – переглянувшись с мужем, сказала Елизавета Марковна.
Остаток вечера я уже скромно сидела в уголке и только слушала разговоры других – и так я достаточно потрясла общество. Они ожидали увидеть скромную провинциалку, которая будет сидеть и не отсвечивать, с открытым ртом слушая разговоры именитых гостей, а тут – и наряд у дамы необычный, и высказывания, да и все поведение явно выходит из рамок, так что поразила я их знатно. Через какое-то время гости стали прощаться, и, пообещав прислать сборники сказок, я покинула гостеприимное общество.
Анатоль вышел меня проводить и высказал, я думаю, не только свое мнение:
– Вы очень интересная собеседница, тетушка была заинтересована вашими идеями. Жаль, что скоро общество разъедется на лето, но думаю, тетушка похлопочет об устройстве благотоворительной ярмарки. Позвольте мне еще раз посетить вас, чтобы сообщить об итогах организации этой идеи?
Я согласилась, но предупредила, что мы скоро можем уехать, поскольку ждем решения вопроса о назначении мне пенсии за покойного мужа. Анатоль попросил позволения писать мне и я дала ему адрес своего имения в Деревенщиках.
Дома, на все расспросы моих друзей, я в первую очередь поведала, что видела САМОГО Крылова, что вызвала восторженные реплики моих коллег. Далее я уже спокойно поведала о содержании всех разговоров и договорилась с Мишей, что завтра он увезет в дом Олениным обещанные мною сказки и домино с лото в подарок. Ночью я спала плохо – все-таки переживания и напряжение вечера, встреча и разговоры с великими людьми, взволновали меня. Но уже сама эта возможность общаться с ними воодушевляла и поддерживала меня.
  
Глава 76. "Лёд тронулся, господа!"
 
Так, за делами и заботами, и тянулось время ожидания. Я отправила в дом Олениных в подарок лото и домино, а также наборы со сказками и получила в ответ книгу Крылова с автографом.
Мы все долго любовались подписью и, хотя я сначала в припадке щедрости хотела отдать книгу Барыне, но потом решила во-первых – я сама заработала этот приз и никому его не отдам – жаба не велит! А во – вторых, Барыне трудно будет объяснить появление этой книги с автографом великого баснописца – все они учтены литературоведами и появление нового просто всколыхнет их. Мои друзья во всем меня поддержали и полностью согласились с моим желанием.
Миша все-таки добился переделки нашей кареты на новые рессоры и мы даже опробовали их, прокатившись до Царского Села в надежде на ещё одну встречу с Пушкиным и его друзьями. Ход кареты был действительно более мягкий, спокойный, чем ранее. Но в этот раз нам не повезло – сколько мы не бродили по парку, но так и не встретили лицейских, видимо, время прогулки прошло и мы вынужены были уехать, расстроившись.
Пришлось нам прогуляться просто по Летнему Саду, где уже появились первые цветы и листья на деревьях. И нам всем так резко захотелось домой, что мы чуть ли не хором вздохнули.
– Как там Маша, справляется ли с делами? Как в Деревенщиках, успели ли со всеми посевами, сделали ли, как я просила? – проговорила я.
– Как Полина? Как лавка в Дорогобуже? – подхватил Миша.
– Как "апостолы", как дети? – эхом откликнулась Варвара и мы улыбнулись – все одновременно подумали об одном и том же.
Решили так – ждем ещё три-четыре дня, а потом начинаем сборы и отъезд домой, даже если мы и не дождёмся ответа Императрицы – время поджимает, надо торопиться.
Тут же в Саду мы услышали разговор двух кавалеров, что лёд в Неве совсем сошёл и завтра ожидается праздник по поводу открытия навигации на Неве, на котором будет "весь свет" с прехорошенькими бырышнями в том числе. Мы переглянулись и решили – и мы там будем!
 
Утром набережные Невы и Стрелку Васильевского острова заполнили толпы петербуржцев. Здесь, казалось бы, были люди всех сословий – все ждали зрелища.
Мы расположилиснедалеко от Зимнего дворца, чтобы увидеть весь праздник с лучших мест. Приехать и занять это место нам пришлось с девяти утра и мы оделись потеплей, т. к. от Невы достаточно сильно дуло. Сидели мы пока в карете, чтобы не замёрзнуть от ожидания, и перекусывали ранним традиционным завтраком двадцатого века – бутербродами с колбасой, сыром и мясом, запивая всё горячим кофе из термоса, прихваченного из будущего. Кстати, надо попробовать сделать нечто подобное, озадачив "апостолов", только вот проблему со стеклом решить будет непросто. Но это – дело будущего, а пока – праздник!
Главными действующими лицами праздника были три главных чина – главный командир порта, управляющий речной полицией и комендант Петропавловской крепости.
И вот толпа зашумела: "Плывут, плывут!" – это управляющий столичной речной полицией отчаливал на катере от Домика Петра Великого, что на Петербургской стороне, и в сопровождении флотилии частных судов направился к Петропавловской крепости. Одновременно от Адмиралтейства на таком же катере к Петропавловской крепости плыл начальник петербургского порта. Около половины двенадцатого они встретились напротив Петропавловской крепости. Их катера салютовали крепости семью выстрелами и получали такие же салюты в ответ.
Толпа с трепетом наблюдала, как от Петропавловской крепости к двум катерам устремлялся двенадцативёсельный катер, на котором стоял в полной парадной форме генерал, комендант Петропавловской крепости. Управляющий речной полицией рапортовал коменданту о том, что сообщении по правую сторону Невы свободно. Так же рапортовал и начальник порта, только про левую сторону Невы. Затем три катера во главе с комендантским направлялась к Дворцовой пристани – к Зимнему дворцу. Все это напоминало приём парада в честь дня Победы на Красной площади, только в водном варианте.
Рядом, в толпе зевак, которые посторонились, уступив дамам места получше, мы услышали разговор двух мужчин, по виду купцов:
– Проиграл всё-таки Фома Анисимович спор, проиграл! Он тут бился на днях об заклад с Гордеем Мокиным, что навигация начнётся только после седьмого числа. А сегодня ведь пятое! Вот и придется ему расстаться и с портсигаром. и с тремя рублями ассигнаций – уговор дороже денег!
– Это что, вот в прошлом годе Тимофей Щукин проиграл Филимону Филину червонец! Только он утверждал, что Нева раньше откроется, а оно позже вышло. Характер у Невы строптивый, год на год не приходится, трудно угадать!
Пока шел этот разговор, на середине реки комендант наполнил водой серебряный кубок. Когда флотилия приблизилась к причалу у Зимнего дворца, комендант салютовал семью выстрелами. Матросы дружно закричала "ура", и вся толпа подхватила этот крик.
Причалив к пристани, матросы поставили вёсла "на валёк". А комендант крепости, начальник речной полиции и главный командир порта направились в Зимний дворец.
Мы решили, что всё закончилось, но толпа не расходилась. Тогда Миша спросил наших соседей:
– Скажите, уважаемые, а что будет дальше? Мы вот впервые в столице и не знаем сего действия.
Снисходительно посмотрев на провинциалов, один из чиновников объяснил, что во дворце каждый начальник отдаст рапОрт Его Высокопревосходительству военному генералу Вязмитинову Сергею Кузьмичу.
– Так то оно надо отдать честь Его Величеству Амператору Александру Павловичу, но раз Его Величества Амператора в городе нету, он находится в Вильно, то рапОрт и отдают Его Высокопревосходительству генералу Сергею Козьмичу, – пояснил чиновник.
Его сосед подхватил дальше, стараясь показать и свою осведомленность в высоких делах Империи: