Голос пустоты (СИ)

  
5. Слуги фэйри
 
Разбудили меня лучи восходящего солнца, пробивающие сквозь листву деревьев. На этот раз самочувствие моё, как и настроение были прекрасными. А уж когда я, проснувшись, нашёл взглядом Эллинию, то они стали ещё лучше — очаровательная фэйри успела сменить наряд. Теперь золотоволосая красовалась в коротенькой широкой юбке, почти не скрывающей её стройные бёдра, изящных серебряных туфельках на длинной шпильке и коротком полупрозрачном топике, сквозь который виднелись упругие груди красавицы. Свои длинные волосы Эллиния по-прежнему носила распущенными. На этот раз фэйри была вооружена — у её правого бедра красовался меч в ножнах, а из-за спины, не путаясь в волосах явно благодаря какой-то магии, высовывались лук и колчан со стрелами.
За новой одеждой и снаряжением красавица явно была вынуждена куда-то отходить и теперь сидела снаружи по-прежнему действующего магического круга, будучи не в силах увидеть меня. Однако никакого беспокойства золотоволосая по этому поводу не проявляла и спокойно ждала, поджав под себя длинные ножки, сложив стройные руки на коленях и уставясь в пространство своими голубыми глазами с пушистыми ресницами.
Любуясь прекрасной фэйри, я ощутил как во мне просыпается желание. Отказывать себе в их исполнении я причин не видел и, встав, решительно направился к золотоволосой. Эллиния, едва я переступил границу круга, сразу же повернулась ко мне. Увидев в моих глазах желание, красавица поднялась мне навстречу, двумя плавными движениями отцепив от себя ножны с мечом, лук и колчан со стрелами. А в следующий миг она уже оказалась в моих объятиях.
— Доброе утро, хозяин. — мурлыкнула фэйри, обнимая меня руками за шею.
Я не стал тратить время на приветствие, впившись поцелуем в её манящие губы, обхватив одной рукой красавицу за талию, а второй сжав аппетитную попку.
— Пока ты спал, я побывала в благом доме и сумела с ними договориться. — продолжила Эллиния, когда я, прервав поцелуй, чуть отстранил её от себя, лаская языком её стройную шейку. Голос красавицы прерывался от страсти. — Если ты не пойдёшь дальше на запад, то никто из моего дома тебя больше не побеспокоит.
— Ну хоть до ближайшей деревни дойти можно? — спросил я, задирая золотоволосой топик и сжав в руках её восхитительные упругие груди среднего размера с возбуждённо торчащими сосками.
— Глупый смертный! Дальше на запад начинаются владения благого дома фэйри и никаких деревень там нет. — звонко рассмеялась красавица, выгибаясь навстречу моим ласкам. — Мы не терпим возле себя смертных.
Последнее прозвучало настолько неожиданно, что я даже на время забыл о своём возбуждении.
— А чего вы тогда называетесь благим домом? Если даже неблагой дом и тот живёт с людьми бок о бок…
— Наш дом благ для мира, глупышка, а не для смертных. От вас для мира польза минимальна, поэтому вы нам и не нужны. — пояснила красавица, положив мне руки на затылок и ткнув лицом в свою грудь, намекая, что бы я продолжил ласки. — Ну разве что для развлечения.
Последние фразы Эллиния попахивали если не откровенным оскорблением, то уж высокомерием это точно. И я, внезапно разозлившись, решил напомнить этой остроухой выскочке кто здесь хозяин — сжав одной рукой её грудь с такой силой, что красавица вскрикнула, второй рукой я залез ей под юбочку и, отведя в сторону ткань трусиков, принялся грубо ласкать её пока ещё сухое лоно.
Золотоволосая вяло попыталась отстраниться. Однако я не дал ей это сделать, а в следующий момент подсёк ножки красавицы, уронив её на землю и навалившись сверху. Утроившись на фэйри, я вновь сжал одной рукой грудь, второй продолжив ласкать её лоно. К тому же я вновь начал покрывать жаркими поцелуями её шейку, оставляя на бледной коже красавицы красные пятна засосов. Эллиния, смирившись, лежала подо мной, возбуждённо дыша, запрокинув голову и широко разведя ноги. Её лоно вскоре начало заполняться соками, а сама красавица страстно постанывать. Невольно у меня зародилось подозрение, что её нравится секс пожёстче и она провоцировала меня специально. Впрочем это уже не имело никакого значения и, я, прервав ненадолго ласки, ввёл свой изнывающий от желания член в заполненное соками влагалище красавицы. Эллиния, почувствовав меня внутри, издала особенно страстный стон и обхватила меня ногами, стремясь вжаться в меня изо всех сил. Я испытывал сходное желание и, одной рукой тиская грудь красавицы, вторую положил ей на плечо, насаживая фэйри в быстром темпе. По мере того, как я раз за разом вбивал свой член в тёплые глубины золотоволосой, её стоны становились всё громче. И, наконец, красавица, вскрикнув, напряглась всем телом, а затем расслабившись, раскинулась подо мной уже почти никак не реагируя на мои старания. Впрочем, я тоже был близок к финалу и, насадив красотку ещё пару раз, излился. А затем, не выходя из золотоволосой, замер, отдыхая.
 
Секс с фэйри подарил мне незабываемое ощущение эйфории. Однако при этом я явственно чувствовал небольшой упадок сил. Впрочем, слабость мне не особо мешала и я, полежав немного, встал с тела красавицы, занявшись утренним моционом. Холодная вода добавила мне бодрости. А поев, я вспомнил об имеющихся у меня запасах браги, несколько глотков которой окончательно изгнали слабость из моего тела. Всё это время Эллиния лежала там же где я её оставил, с широко разведёнными ногами и мечтательно полуприкрытыми глазками. Впрочем, стоило мне закончить приводить себя в порядок, как фэйри резво вскочила и, оправив одежду, пошла подбирать своё оружие.
Вскоре золотоволосая уже вела меня через лес в сторону тракта. Я шёл за ней следом, удивляясь тому, что красавица не только совершенно спокойно идёт по неровной поверхности в туфельках на шпильках, но ещё и умудряется не путаться в ветвях своими длинными волосами. Впрочем, создавалось впечатление, что все встречные растения стараются отодвигать свои ветки подальше от Эллинии, не желая пачкать её белые одежды или царапать нежную кожу.
— Кстати, а что за кристалл мне надо было разбить в вашем замке? — спросил я, неожиданно вспомнив с чего начались мои приключения в это мире.
— Кристалл есть тюрьма для лорда неблагого дома фэйри. — ответила мне красавица. — Этот полукровка был столь опасен для мира, что нам пришлось приложить немало усилий, что бы заманить его в ловушку и заточить в кристалле. При этом он был настолько могуч, что убить его сил у нас не хватило.
— Полукровка? — удивился я.
— Результат союза последнего архимага этого мира и одной из неблагих. — пояснила Эллиния. — Отказавшийся быть следующим архимагом, но возжаждавший повелевать миром.
Какое-то время фэйри молчала. А затем, внезапно, приблизилась ко мне, прижавшись всем телом.
— Кстати, смертный, в тебе же течёт кровь древних магов. — обратилась ко мне золотоволосая, заглядывая мне в глаза и облизывая пухлые губки. — Возможно, мы вдвоём сможем пробиться в башню архимага и ты сумеешь обрести могущество, равного которому нет ни у кого в этом мире, вечно обладая мной.
Тут я вспомнил, что голос просил меня погрузиться в пустоту как можно быстрее. И я, кажется, даже понял почему. Одновременно с этим пришло запоздалое раскаяние, что я, одолев свою золотоволосую преследовательницу, чрезмерно расслабился.
— А если я скажу, что хочу вернуться в свой мир? — осторожно спросил я, обняв Эллинию за талию. — Ты покоришься моему желанию и отправишься вместе со мной?
— Конечно, хозяин. — согласилась фэйри, быстро чмокнув меня в губы, вывернувшись из моих объятий и вновь отправившись сквозь заросли. — Я охотно подчинюсь любому твоему желанию.
 
— И ты даже не будешь пытаться убедить меня идти в башню? — удивился я.
— А зачем? — беззаботно спросила фэйри. — Твой выбор тоже сулит мне достаточно развлечений.
Так, за разговорами мы вышли на уже знакомую мне дорогу и направились на восток в сторону последней пройденной мной деревни. Куда именно идти оттуда я пока не определился, решив повременить с выбором до того момента, когда погружусь в пустоту настолько, что бы начать слышать голос. Благо призвать пустоту и пламя перед своим внутренним взором я успел едва мы пошли по дороге и теперь наслаждался ощущением дополнительных свойств предметов и радовался появлению скрытых доселе знаний.