Первый турнир (СИ)

— А путь дерева? — нахмурился всевождь. — Наш народ с трудом выживает на этих пустых землях. Мы всецело зависим от милости лесных владычиц. Мы стали чуть ли не их прислужниками!
— Временный союз, не более того.
— Я годами слышу одни и те же речи, старый клык. Этот временный союз длится дольше, чем я живу под луной. Мы сильные и можем выжить даже здесь. Но жадность хомо выше самых высоких гор. А недра Холодных равнин богаты горючим камнем, железом и солнечным металлом, что так пленяет их дух. Рано или поздно хомо про это прознают и придут, чтобы покончить с нами, но уже окончательно.
— Мать-земля знает о наших страданиях. Ждать осталось недолго. Скоро она обрушит свой гнев на наглых захватчиков.
— Мать-земля или те островные хомо, которым ты несколько раз отдавал пленников, захваченных моими воинами? Они такие же враги нам, как и имперцы!
— Да, но пока что они полезны. Преследуя свои интересы, они создают оружие нашей мести. Пусть и думают иначе. Они хотят приручить зеленого зверя, что мучает, а порой и убивает наших щенков. И они близки к успеху. Но им нужен слабый зверь, опасный только для повелителей чар. Способный кусать, лишать сил, но не убивать. Но это наш зверь! Мы легко его изменим. И тогда придет наше время. Мы вернем свое! И немного больше…
  
Глава 11
 
Удар копья
 
«Егерь» шел ходко и мягко. Словно в благодарность за то, что его наконец-то привели в порядок. А всего и делов-то, устроить темную одному не в меру наглому и вороватому технику. До отличного состояния меху еще очень далеко. Придется приложить массу сил, денег и времени. Но и полученный результат радовал.
Очень жаль, что машина вышла слишком нестандартной и дорогой, и не пошла в серию.
Слегка растянувшись по узкой лощине в походном построении, шесть мехов копья утрамбовывали то жалкое подобие травы, что еще имела смелость расти на полигоне.
Появление мишеней не стало неожиданностью. Сложно не заметить две вкопанные в землю высокие мачты, на которых медленно поднимались круглые щиты двухметрового диаметра.
А вот показания рунного компаса воспроизводились на визор нечетко. Сетка плыла, цифры расползались. Причем механики пока что так и не нашли причину, греша на сбой рунных цепочек. А все рунные кузнецы маленького гарнизона были слишком заняты, чтобы заниматься еще и моей машиной. Полевой лагерь хоть и считался частью академии Тирбоза, по факту являлся действующей частью императорской армии. А значит и наши потребности у местного персонала стоят в самом конце списка запросов.
Самостоятельно лезть в хитросплетение рун я не стал, так что приходилось мириться с недостатками. Для рыцаря это привычно. Особенно для рыцаря конца войны, когда ощущался недостаток всего и оставшиеся мехи зачастую шли в бой только благодаря близким к высшей магии усилиям технического персонала.
— «Феникс-1», всем «фениксам». Цель на сто двадцать два градуса, — наконец определился я. — Дистанция триста.
На глазомер я никогда не жаловался. Особенно когда речь идет об определении дальности стационарной круглой мишени с известными размерами. Да и в прошлом на этом полигоне погонял немало.
Вскидываю глефу, пытаясь прицелиться. Звучит легко, а на практике… Мелкая моторика, вот что в управлении мехом самое сложное. Цель, просто точка. А любое отклонение глефы на несколько лишних миллиметров приведет к промаху. А если идет бой, твой мех маневрирует, как и мех противника? Световое копье — быстрое и точное, но попасть даже на средней дистанции по движущейся цели не так-то и просто. Особенно если синхронизация хромает. Или точка прицеливания, передающая по вязи рунных цепочек на визор направление острия глефы, предательски мерцает.
— Контроль! — вразнобой донеслось пять голосов.
— Огонь!
Шесть тонких световых лучей сошлись в одной отдаленной точке. Может, кто-то и промазал, но мишень упала. А значит, как минимум четверо попали в цель.
— Цель поражена.
Четко и быстро. Никаких тебе размахиваний манипуляторами, в попытках привлечь внимание и дать нужные целеуказания. Без связи, ведомые просто палили бы в ту же сторону, что и ведущий. Это если видели мишень и успевали отследить, куда улетело световое копье.
 
Мирра и Шилин радовали. Хоть и посматривали на всех свысока — третий курс, выпускники, а не всякая мелочь, — но тренировались на совесть. А их «Зеленые драконы» отлично встанут на роль нашего щита, отвлекая на себя основное внимание противника — третий курс, выпускники, лучшие машины.
— Цель на сто двадцать пять градусов. Дистанция триста.
Еще одна мишень в виде поставленного на железную мачту щита упала, знаменуя получение критических повреждений.
Начало драки големов всегда происходит на дальней дистанции. Схватки в ближнем бою случаются, но не часто. Обычно, после обмена залпами, одна из сторон просто обращается в бегство. Либо понеся потери, либо правильно оценив собственные шансы в столкновении. Таков типичный характер Малых войн. Потом, когда война за престол дойдет до крайнего ожесточения, рыцарские копья будут сходиться грудь в грудь. А когда вторгнутся альвы оставшиеся рыцари будут стоять насмерть, выжимая все из себя и своих могучих машин. Но пока что война всем кажется не более чем жестокой игрой, продолжением турниров. Тебе сбили стихийный щит или ты более не в состоянии выдать световое копье — отступи, не рискуй в ближнем бою собой и машиной.
— Перестроение «П-1». Следуем дальше по маршруту. Сагар, поглядывай за спину. Помнишь те три меха второкурсников, что готовились к выходу? Я буду не я, если мастер-наставник не приготовил нам сюрприз.
Да и щиты-мишени, навешанные на наши големы, прямо намекают, что простыми маневрами и стрельбой по стационарным мишеням дело не ограничится.
— Принято, — отозвался Сагар. — Дэя, оседлай правый холм, и не зевай.
Полевой полигон, это тебе не академия. Тут и складки местности есть, где можно устроить засаду. Да и пострелять можно, пусть и из ослабленных турнирных, они же тренировочные, вариантов рунных глеф.
На высокой башне форта сверкнул солнечный блик. Кто-то явно наблюдает за нашими действиями в бинокль. Я даже знаю кто.
Погода радует — солнечно. Самое веселье начинается после дождей, низина между холмами превращается в настоящее болото. Склоны холмов становятся скользкими, а раскисшая земля так и норовит провалиться под тяжелыми машинами.
— Двести пятьдесят, три контакта. Они огибают холм и хотят атаковать нас в спину, — донесся до меня голос Дэи.
А вот и не обещанный, но ожидаемый сюрприз от мастера-наставника. Чтобы Раншил Толдокар да не попытался опустить меня с небес на землю, причем максимально жестко, чтобы губы в кровь — невозможно это. Но такой подход мне нравится. Ни что не заставляет работать голову лучше, чем опасность для собственной задницы.
— Заметили. Атакуют.
— Отходи к нам, пусть займут вершину… Поворот на двести пятьдесят. Построение «О-3».
Зря второкурсники в атаку полезли. Смело, но глупо. Очевидно же, что эффект внезапности потерян и засада не удалась. Да и полукопье против копья… Похоже, отстранение капитана, да и всего второго курса их несколько задело. Но это не причина совершать столь глупые поступки.
Будем карать. Цинично и жестоко!
Верх корпуса передового меха появился на вершине холма. Второкурсники не стали изобретать что-то новое, а придерживались стандартной тактики тройки, а потому первым появился мех бывшего капитана, что стоял на острие атаки.
— Цель, двести тридцать девять!
— Контроль.
— Контроль.
— Контроль.
— Нет контроля.
— Нет контроля.
Мехи Шилин и Мирры шли в голове колонны и не успели вовремя перестроиться. Противник для них в слепой зоне. Небольшая кучка деревьев, назвать их рощей язык не поворачивается, каким-то чудом уцелевшая на полигоне, мешает.
Но второкурсникам это не поможет.
— Огонь! — приказал я, когда стала видна большая часть щита на лобовой броне «дракона» бывшего капитана.