Счастлива! (СИ)

— Давай позавтракаем? — предлагаю и присаживаю ее на стул, а сам направляюсь к тарелкам.
Знаю, о чем она сейчас думает и не хочу на нее давить или мешать. Это большая ответственность. Нужно еще уговорить хозяйку дома престарелых, чем мы обязательно сегодня займемся. Ведь я знаю, что моя малышка мне доверяет. Вижу, как медленно разглаживаются ее черты, и она с улыбкой шепчет:
— Только за билеты плачу я.
Пфф, ага, конечно!
Глава 14
Ровно две недели. Две недели я крутилась как белка в колесе. Оформление доверенности оказалось сложным делом. Мне было стыдно, что я скинула свои обязанности на плечи Дины, но та лишь улыбалась и отмахивалась, мол, сама счастлива такому повороту.
Сейчас мы стояли с Мартином в международном аэропорту нашего города и наблюдали, как Вероника Алексеевна и Дина проходят регистрацию на полет.
Женщина долго отнекивалась. Параллельно с подготовкой документов, мы уговаривали ее полететь, если бы не согласилась, документы можно было бы не использовать, но мы боялись, что согласится и через некоторое время передумает, поэтому готовились, чтобы у нее не было времени отказаться. И мы понимали ее, сложно довериться абсолютно чужим людям после того, как бросили родные. Но в конце концов, увидев в нас искренность, она согласилась. Хоть и стеснялась, что за все заплатили мы. Это мелочи жизни, нам с Мартином будет приятно выполнить просьбу ее покойного мужа.
— Муж и жена-одна сатана, — напевала Любка, когда я ей рассказывала о наших планах, — а знаешь, хватайся за него и не отпускай. Мартин-адекватный мужчина, видишь, он даже берет инициативу на себя в любом твоем вопросе Не мужчина, а мечта.
И мы с ней чокнулись бокалами вина тогда. Я была абсолютно согласна с ней. Мартин, и вправду, замечательный человек, которого не испортили деньги и положение. Казалось бы, что между нами может быть общего, что заставит так сблизиться? Практически ничего. Но он прекрасный человек. Я в последнее время часто лювлю себя на мысли, что мне не хочется говорить в его присутствии, хочется лишь слушать часами и медленно перебирать его волосы. Наблюдать, как появляется ямочка на его щеке и тыкать в нее, как маленький любознательных ребенок.
Муж и жена… нет, мы не узаконили наши отношения. Это было бы крайне странно, учитывая промежуток времени, который мы знакомы, но ведь главное чувство…Чувство правильности наших действий… мы оба понимали, что мы уже не сможем жить в дали друг от друга, не имея возможности наслаждаться обществом друг друга. Мы понимали, что чем дальше, тем сильнее привязывались и не хотели отпускать. И мы не теряли ни секунды, тонули друг в друге, словно влюбленная пара подростков. И чувствовали мы себя также: свободно.
Гуляли под дождем, ходили на рыбалку, один раз даже прыгнули с моста в воду. Это было, конечно же, романтично, но после этого мы неделю лежали вдвоем больные, и нас навещали наши родители. Оказывается, пока мы спали после того, как сбили температуру, они успели познакомиться и подружиться. Этим привели нас в шок. Ведь мы не планировали это знакомство, и вряд ли бы оно при иных стечениях обстоятельств состоялось бы так рано, но так уж получилось. Мамы нашли общие темы, отцы общий язык, а мы лишь радовались. Каждый вечер мы созваливались с Диной, они с Вероникой Алексеевной счастливые рассказывали о городе, достопримечательностях и гостеприимстве народа, а также хвастались спа-салоном и всякими массаж-центрами, которые, как истинные девочки, не могли бы пропустить. Они решили погулять в городе, а потом только посетить то место из письма, потому что оно было далековато от города.
После того, как мы с Мартином отдохнули и вылечились, чему мы не радовались, потому что нам приносило удовольствие валяться в кровати и не вылезать из нее, мы пригласили наши семьи в гости. Теперь уже традиционно поужинать, а то до этого мы не присоединялись к ним, чтобы не заразить. Сколько же мы за этот день посмеялись, вы не представляете! Родители рассказывали о нашем детстве, оказалось, оно у нас было очень бурным. Особенно, у Мартина.
 
Только двум персонам было не до нас. Младший брат Мартина и моя племяшка с первой секунды, как только увидели друг друга, возненавидели. Не знаю, что послужило причиной, но их взгляды накаляли обстановку за ужином. И, когда я смотрела на них с интересом, Мартин играл бровями и озорно ухмылялся, поглядывая на меня, а я лишь закатывала глаза. Да, мы читали мысли друг друга. От догадки становилось смешно, а еще смешнее от того, что мы думали об одном и том же.
Глава 15
Это случилось за три дня до приезда сестры Мартина и Вероники Алексеевны. Дина прислала видео, где женщина плакала, сидя на диване, а рядом с ней сидела другая, более молодая, и обнимала, пытаясь успокоить. Насторожила комната, ведь мы точно знали, что они не в гостинице. Мартин посмотрел на меня серьезно и ринулся за своим телефоном в гостиную, чтобы позвонить им, а я задержала дыхание и внимательно смотрела на видео. Хотела зацепиться за какие-либо детали. Я испугалась настолько, что не понимала, что ищу.
Д: "Кажется, я возвращаюсь одна!"
Это сообщение, присланное вслед за видео, окончательно выбило из колеи. До этого напуганная, сейчас я совсем не понимала, что могло случиться. Слышу, как Мартин здоровается с сестрой и что-то внимательно слушае, а позже протягивает телефон мне.
Не понимаю. Боюсь брать его. Боюсь услышать плохое. Верчу головой, тем самым показывая, что совершенно не в состоянии что-либо слышать и осмысливать.
Но Мартин с улыбкой протягивает телефон к моему уху. Я вижу, как его глаза заслезились, и мне становится больнее. До невозможного напрягаюсь, как только слышу голос Вероники Алексеевны:
— Ангелина? — кричит она хриплым, вероятно, от слез голосом.
— Здравствуйте, — неуверенно шепчу.
— ТЫ мой Ангел! — женщина кричит в трубку, и я не понимаю, это радость в голосе?
— Ты! Ты- самое светлое в моей жизни! Ангелина, я не знаю, как тебя отблагодарить за такой подарок. Но я и в том мире буду преклоняться перед тобой и твоим молодым человеком! То, что вы мне дали, бесценно!
Смотрю на Мартина, тот улыбается со слезами на глазах.
— Как Вы, Вероника Алексеевна? — спрашиваю, не понимая, о чем она говорит.
— А как я могу быть, дорогая? Я наконец увидела свою дочь, я познакомилась с ней и со своими родными внуками. Как я могу быть?
И она снова заплакала.
— Ангелина, приветик.
— Привет, Дин, что у вас случилось?
— Ты не представляешь, мы приехали по адресу, а здесь проживает семья. Как оказалось, это родная дочь Вероники Алексеевны, которую в роддоме признали мертвой. Если вкратце, то после этого она не захотела своих детей, чтобы не предать маленькую малышку, которая так и не увидела этот мир и вышла замуж за мужчину, у которого были дети. Покойный муж Вероники Алексеевны три года назад нашел ее дочь, приехал и предупредил, рассказал обо всем, а здесь ее ждали уже давно.
— Боже, — роняю телефон и сама начинаю плакать.
Столько вопросов, столько скелетов, столько бед. Хотя бы в старости лет эта милая старушка обрела свое счастье. И я была безумно счастлива.
— Спасибо! Спасибо за все! — снова слышу ее голос.
— Мы очень за Вас рады, Вероника Алексеевна, давайте, Вы успокоитесь и чуть позже мы снова позвоним?
Мартин отключается и убирает телефон в карман. Наклоняется и садится на корточки передо мной, заглядывает мне в глаза. Я вижу, что и его тронула эта история. Он тоже не остался равнодушен. Тоже шокирован и счастлив.
— Ты- моя умница. Самый настоящий Ангел. Без тебя они бы так и не встретились. И я рад, что такое чудо, как ты, мое.
Тянусь к нему. Без слов. Не могу сейчас говорить. Но обнимая его, выражаю всю благодарность и любовь.
— Люблю тебя, моя маленькая. Больше всего на свете люблю, — шепчет, успокаивающе качая.
Не знаю, сколько проходит времени. Час, два, три, но вижу, как уже светает, целую его в грудь и отстраняюсь. Сегодня был тяжелый день, нам нужно выспаться.