Инженер Хаоса: Рождение Легенды (СИ)

Спустя множество дней, когда тишина и покой вновь окутали Кремо, Ллойд начал приходить в себя. Город, ещё недавно погружённый в хаос, теперь медленно залечивал раны. Разрушенные здания окружали строительные леса, а на улицах снова слышался смех детей и переговоры торговцев. Но для Ллойда всё это было словно за туманной завесой. Его тело всё ещё было слабым, а мысли — путаными.
  
И тут он услышал уведомление системы. Голос, знакомый и слегка насмешливый, прозвучал у него в голове: — Люди Кремо восхищены твоими подвигами. Ты получишь небывалую награду. Кликни, чтобы узнать подробности.
Он бы кликнул, но голова раскалывалась, будто внутри него бушевала буря. Каждый вдох давался с трудом, а в висках пульсировала боль. Последнее, что он помнил, — камень, который заставил его забыть о защите сердца. Он использовал все три кольца маны для атаки. Его сердце должно было разорваться! Как он выжил?
Система, словно уловив его мысли, ответила: — Ты скоро всё поймёшь. А пока… разве нет чего-то поважнее, о чём стоит беспокоиться?
— Конечно, есть! — подумал Ллойд, с трудом открывая глаза. Его взгляд упал на потолок, покрытый трещинами, которые напоминали о недавних событиях.
И тут в комнату вошёл Ксавьер. Как раз вовремя. Ллойд хотел его видеть. Хотел спросить: заплатят ли им за постройку? Ведь даже в таком состоянии он не мог забыть о делах, как пьяница — о бутылке.
Ксавьер, увидев, что его господин пришёл в себя, замер на пороге. Его лицо, обычно спокойное и уверенное, выражало смесь облегчения и недоумения. Первые мысли Ллойда о деньгах явно застали его врасплох. Но, несмотря на это, он был рад. Его господин жив.
За Ксавьером в комнату ворвались барон и баронесса. Баронесса, не сдерживая эмоций, бросилась к сыну, её лицо озарилось такой радостью, что осветило всю комнату. Её руки дрожали, когда она обняла его. — Как хорошо, что ты жив! — воскликнула она, её голос дрожал от сдерживаемых слёз.
Барон стоял чуть поодаль, его лицо было строгим, но в глазах читалось облегчение. Он мысленно вздохнул, отгоняя последние сомнения. Его больше не волновал вопрос, тот ли это Ллойд. Главное — он жив. И этого было достаточно.
А тем временем в столице королевства, Мадженто, в величественном зале дворца, под высокими сводами, украшенными гербами и фресками, докладчик зачитывал письмо от графа Кремо. Бумага, слегка потрёпанная в пути, содержала подробности о победе над Мегатитаном — существом, которое десятилетиями наводило ужас на окрестные земли. Зал замер, как картина.
— Если это правда, — произнёс докладчик, откладывая письмо в сторону, — то впечатляет, что в нашем королевстве есть человек, способный на такое. Мегатитан был угрозой, о которой мы боялись даже говорить вслух.
Королева Алисия Ремина Маджитана, восседающая на троне из чёрного дерева, украшенном золотыми узорами, медленно кивнула. Её взгляд, холодный и проницательный, скользнул по залу, останавливаясь на каждом лице, как луч прожектора.
— Пусть посланник отправится в баронство Фронтера, — произнесла она, её голос, тихий, но полный власти, заставил всех замереть. — И приведёт сюда их старшего сына. Я хочу лично убедиться, так ли он хорош, как о нём говорят.
Тем временем перед Ллойдом, лежащим в постели и всё ещё ощущающим слабость после пробуждения, появилось новое уведомление. Оно всплыло перед его глазами, словно написанное золотыми буквами на невидимом пергаменте:
— Молва о твоём самопожертвовании и мудрости распространяется по всей стране. +1000 RP. Ты получил навык «Сердце из маны». Теперь ты можешь хранить ману там.
Ллойд медленно прочитал текст, затем усмехнулся, состроив просто отвратительную рожу — такую, что просто блевать захотелось бы любому прохожему. Оказалось, именно это стало причиной его комы. Теперь у него было сердце из маны — уникальный орган, созданный не тренировками, а взрывом, который должен был его убить. И, как ни странно, это делало его жизнь проще. Например, копать лопатой теперь будет гораздо легче!
— И это всё, что тебя волнует? — усмехнулась система.
— Ну да, а что? — ответил Ллойд. — Разве трудолюбивые работяги не достойны уважения?
Однако это было не всё. Его мановое сердце, сформированное в результате взрыва, обладало уникальными свойствами. Оно стало устойчивым к взрывам, что позволяло Ллойду не тратить одно из колец на защиту при использовании маны. Это открывало новые возможности, как открытие новой двери.
— Отличные новости! — воскликнул Ллойд, представляя, как теперь сможет использовать тройной взрыв маны. — Теперь добывать ресурсы будет быстрее.
— Может, скажешь что-нибудь покруче? — поинтересовалась система, её тон стал чуть более игривым.
— Что может быть круче труда? — ответил Ллойд, пожимая плечами. — Или система теперь ещё и добычу полезных ископаемых принижает?
Он задумался. Мановое сердце нуждалось в защите при использовании взрывов, потому что мана была как склад боеприпасов. Одна искра — и всё взлетает на воздух. Но в момент взрыва у Ллойда не было манового сердца. Именно это спасло ему жизнь. Мана от взрыва наполнила его сердце, и оно начало работать. Так и сформировалось сердце из маны.
— Похоже, иногда полезно быть ленивым, — усмехнулся Ллойд, лёжа на кровати и глядя в потолок, его лицо выражало такое самодовольство, что даже кот, обожравшийся сметаны, позавидовал бы.
Его размышления прервал граф Кремо, который вошёл в комнату, слегка запыхавшись. Он немного опоздал, но это не имело значения. Пора было отправляться.
Ллойд, проезжая мимо разрушенных зданий, не мог отвести взгляд от руин. Он спросил: — Сколько будет стоить восстановление?
Граф, сидевший рядом, ответил, не глядя на него: — Затраты могут превысить месячный бюджет города.
— А если бы Мегатитан не был побеждён, сумма могла бы превысить годовой бюджет, — добавил Ллойд, его голос звучал спокойно, но с лёгкой ноткой иронии.
— Да, но то, что получил главный герой, даже карманными деньгами не назовёшь, — усмехнулся граф, его лицо выражало смесь благодарности и скрытого расчёта.
— Кто бы мог подумать, что статуя, установленная для борьбы с Мегатитаном, обернётся такой бедой. Но всё же повезло, что нашлись люди, готовые рискнуть жизнью, — сказал Ллойд, его взгляд стал чуть более язвительным, а на лице появилась ухмылка, как у шулера, поймавшего соперника на жульничестве.
Граф, наблюдая за Ллойдом, не мог не заметить, как тот изогнул бровь и на мгновение прищурил глаз, будто задумался о том, как бы ещё больше выжать из ситуации, как из лимона — сок.
— Кстати, слышал, что тем, кто трудится на благо города, полагается вознаграждение, — добавил Ллойд, как бы между делом, его мимика выражала полную невинность, а в мыслях уже вертелись цифры.
Граф понял намёк и с горькой усмешкой произнёс: — В полтора раза. Оплата за труды Ллойда увеличится в полтора раза.
— Ой, кажется, возникло недопонимание, — усмехнулся Ллойд, его лицо приняло выражение лёгкого недоумения. — Я не просил денег.
Но теперь он знал, что для графа жизни горожан стоят увеличения оплаты лишь в полтора раза. В глубине души Ллойд уже готовился к тому, как потрясёт графа своими следующими просьбами, как фермер — сливовое дерево.
После паузы граф с ощутимым усилием произнёс: — Удваиваю.
Ллойд молчал, при этом изображая разочарование на своём лице, которое напоминало комическую маску в театре. Его мысли уже вовсю прокручивали варианты, как бы продвинуться дальше, как пешка к последней клетке шахматной доски.
  
— Утраиваю, — наконец произнёс граф, вытирая струившийся по лбу пот.
Ллойд словно подскочил от радости. — Вот и оно! Деньги-то как прут! — протянув руку, он улыбнулся так, будто только что выиграл в лотерею. — Я поражён такой разумной тратой средств. Будем считать это компенсацией.
Граф лишь пожал ему руку, думая про себя: «Это чистейшее вымогательство. Но почему-то меня это не бесит».