Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)

Тренеры на ночь расходятся по домам, а нас запирают в пансионате. Человек десять охраняют территорию, но это не так важно. Самое главное — успеть выскочить на улицу, а там заполучить ДНК будет чертовски просто.
Я дождался завершения тренировок и занял место в цепочке, направлявшейся в душевую. Очередь, как обычно, собралась огромная, и я то и дело уступал своё место подошедшим ребятам, ведь купаться пока не собирался. Я высматривал тренера по фехтованию.
После поджога учительская комната временно переместилась в актовый зал, из-за чего нас перестали травить пропагандой. Этому я был только рад, но некоторые из ребят печалились. По их словам, фильмы о величии рода Архаровых были невероятно увлекательны. Я бы поспорил, но сейчас не до того.
Из актового зала вышел Елфимов. Он закинул сумку на плечо и направился на выход, о чём-то болтая с Трифоновичем.
— Селгей, поделжи пожалуйста, — я достал из полотенца клык болотника и зажал в кулаке, а полотенец передал Сергею.
— Ты куда? — встревоженно спросил он.
— Хочу взять автоглаф, — улыбнулся я и побежал вслед за Елфимовым.
— Ну и коро, я ему говор, ты чё тупо? А он, знае чё? — спросил Трифонович.
— И что он сказал? — с усмешкой прищурился фехтовальщик, видимо, уже предвкушавший финал истории.
— Сказа, что шею мне слома. Хы-хы. Ну я ему нос в голов и вколоти, — рассмеялся Трифонович так, что громогласное эхо пронеслось по коридору.
— Ульян Тимофеевич! Потленилуйте меня свелхулочно! — выкрикнул я, привлекая к себе внимание.
Тренеров я остановил, когда они уже выходили из здания.
— Тебя? — скептически спросил Елфимов. — Михаил, пока ты не разучишь базовые передвижения, любые тренировки будут бессмысленны. Сначала закрепи пройденное, а уже потом поговорим о сверхурочных занятиях, — отмахнулся от меня Елфимов и обратился к Трифоновичу. — Прямо так и сломал нос?
— Снача я слома челюс, а потом уже и нос, — самодовольно заявил громила и пошел следом.
На улице уже было темно. Фонари подсвечивали дорожки, а вот остальная парковая территория утопала во тьме. Дверь скрежетнула от того, что седой охранник стал её закрывать. Я в последнюю секунду швырнул клык болотника в щелку и он улетел в цветник слева от лестницы. Охранник этого даже не заметил.
Тренера направлялись к воротам пансионата, когда я сконцентрировался и призвал Мимо прямо в клумбе. Мимик привычно принял облик Прохорова, покопался в цветнике обдирая кожу о шипы, что отдалось болью в моих предплечьях и нашел клык болотника. Не теряя времени, Мимо рванул следом за Елфимовым.
— Ладно Трифноныч, бывай. Завтра свидимся, — улыбнулся Ульян Тимофеевич и пожал руку тренеру по гимнастике.
Елфимов собирался пройти через калитку, когда его настиг мимик. Из темноты вынырнул двойник Прохорова, подпрыгнул и со всего размаха полоснул клыком болотника по лицу тренера. Рефлексы Ульяна Тимофеевича были, как всегда, на высоте, он сместился с линии атаки и безошибочно пнул ногой своего обидчика. Мимо улетел в темноту, из которой и появился.
— Сука, — прошипел Елфимов, глядя на тыльную сторону кисти, по которой катились одинокие капли крови.
— Что случилось? — спросил подбежавший охранник.
— Что случилось? Баран ты тупоголовый! Вы Прохорова закрыли в карцере? — в ярости выпалил Елфимов, и это меня удивило, так как он за долю секунды не только успел отразить удар, но и рассмотрел нападающего.
— Так точно, а что такое?
— А это тогда кто лежит? — возмутился Елфимов и ткнул пальцем в кусты, стоящие рядом с воротами.
В них лежало бездыханное тело Мимо. С мимиком всё было в порядке, он благополучно заполучил образец ДНК и сбросил клык в кусты. Осталось придумать, как его оттуда вытащить, ведь нас выпускают на прогулку далеко не каждый день.
— Ох, ё моё! — воскликнул охранник. — Ульян Тимофеевич, ради богов, не рассказывай Углову. Если узнает, что мы карцер забыли закрыть, нас же уволят, — взмолился охранник. — А у меня дети малые, надо кормить, а папка без работы останется, это ж как так-то?
 
— Степаныч, заткнись и тащи его в карцер. У меня нет ни времени, ни желания, чтобы стучать на тебя. Но если это повторится хотя бы ещё раз, — Елфимов погрозил охраннику пальцем.
— Да не повторится! Клянусь здоровьем! — выпалил охранник, приложив руку к сердцу.
— Каким здоровьем? У тебя его уже давно нет, — усмехнулся тренер по фехтованию и вышел через калитку. — Ладно, бывай. Охранник хренов.
Охранник схватил Мимо за шиворот и потащил обратно в пансионат.
— Сопля мелкая. Да как ты вообще оттуда вылез? Там же глухая комната, — сокрушался Степаныч.
Подойдя к пансионату, он осмотрелся в надежде, что Углов не заметит. Повернул ключ в замочной скважине, закинул Мимо на плечо и побежал в подвал, где была арена. Оказалось, что этажом ниже есть подобие тюрьмы. Все клетки были свободны кроме одной, где и сидел Прохоров.
— Щас мы тебя вернём домой, — запыхавшись, сказал охранник, открыл клетку и почувствовал, что по плечу что-то течёт.
А вместе с этим челюсть Степаныча упала на пол. В карцере привалившись к стене дремал Прохоров.
— Уже утро? — Артём потёр глаза и уставился на охранника.
Степаныч зыркнул на плечо и увидел тварь, отдалённо похожую на Прохорова. Она была будто сделана из воска и прямо сейчас таяла на глазах.
— Это он! Это он! Я же говорил, что я не виноват! — вскочил Прохоров, начав тыкать пальцем в мимика, но тот уже исчез. — Скажите Углову, что я не виноват!
— Чертовщина какая-то, — прошептал Степаныч и захлопнул дверь карцера. — Видать, жена была права. Белка пришла. Похоже, пора бросать пить.
В задумчивости охранник направился наверх, а Прохоров ещё долго кричал ему вслед. Но мысли Степаныча были громче слов парня.
* * *
Пограничная застава неподалёку от города Лесной.
Сквозь ночную мглу по ухабам ехал одинокий грузовик. На его борту красовалась надпись «Рыба». В кабине сидели двое, одноногий водитель и молодой парень лет двадцати. С виду — обычные работяги. Потёртые комбинезоны, засаленные лица, мешки под глазами. Ну и, как бонус, смердят потом.
— Когда доберёмся, говорить буду я, — коротко сказал одноногий.
Молодой кивнул и потянулся к боковому карману, в котором лежал пистолет.
В грузовик ударили прожекторы, а на дорогу вышли три бойца с автоматами. Одноногий нажал на тормоз и приоткрыл окно.
— Куда едете? — коротко спросил пограничник, светя фонариком в лицо водителя.
— Начальник, так мы это, из Качканарского рыбхоза. Везём рыбку на продажу в Тагил.
— Путевой лист, — сухо сказал пограничник и протянул руку.
— Так это, всё тута, — одноногий расплылся в улыбке и протянул пограничнику бумаги. — Тяжелая у вас работа. По ночам в такой глухомани стоять, охранять чего-то.
— Ага. Не лёгкая, — поддакнул пограничник, продолжая читать. — Вы в какой Тагил едете? В Нижний или в Верхний?
— Так в Нижний же. Вон там и указано. Нижний.
Пограничник поднял фонарик и снова посветил в лицо водителю.
— Сейчас уточню в Тагиле, ждут ли вас. Ожидайте.
Пограничник вернул бумаги и направился на пост, а два его товарища остались сторожить машину.
— Нам конец, — прошептал парень, стараясь не выдавать нарастающей паники.
— Сиди смирно. Черчесов должен был всё устроить, — ответил сержант Звягин.
Пограничник вернулся с поста и привёл с собой ещё четверых человек. Бойцы сняли автоматы с плеч, передёрнули затворы и направили их в сторону грузовика.
— Видать, не устроил, — усмехнулся Звягин и вдавил педаль газа в пол.
Машина сорвалась с места и протаранила шлагбаум. Раздались звуки выстрелов. Пули выбивали искры из стального корпуса, но машина даже и не думала останавливаться и очень скоро скрылась в темноте. Пограничник вбежал на пост и закричал:
— Поднимай тревогу! У нас прорыв!
 Глава 3