Лич на стажировке. Часть 1 (СИ)

— Рискуешь. 
— Знаю, не отвлекай. 
Мужики стали потихоньку отходить. Очевидный и более предпочтительный для меня маневр. Было бы хуже, реши они на меня разом броситься. Хуже для них, конечно же. Но лишние мертвецы и мне были без надобности — самой же потом и упокаивать. Но им захотелось жить, что меня вполне устраивало.
Тем временем свежевосставший зомби, продолжая держать в руках топор, зашевелился и попытался подняться. Пока не прошел период первичной неуклюжести — нужно было действовать.
— Вот это, — веско произнесла я, кладя скелетированную ладонь на макушку усевшегося мертвеца, — некромагия.
Белесая вспышка, и мужик снова рухнул на землю. На этот раз — мертвее некуда. Судя по изменившимся лицам селян, они начали что-то понимать. Что именно — это уже другой вопрос.
— Некромантию на нем я, к сожалению, уже не смогу показать, — будничным тоном произнесла я. — Тела восставших для этого не годятся, из-за... изменений во внутренностях. Страдает точность предсказания, знаете ли. Но если хотите... — я пощелкала челюстью и придала своему голосу чуточку зловещести, — можете подходить по одному. Обещаю — это будет быстро и не больно. Ну почти. Заодно узнаю, в какие гребеня меня занесло на этот раз...
— Милсдарь-некромант, помилуйте! — первым здравый смысл проснулся в плевуне-мазиле. Бухнувшись на колени, он заломил руки перед собой. Остальные мужики втянули головы в плечи и сделали еще пару шагов от меня.
— Милсдарыня, — по привычке поправила я.
— Милсдарыня... — тут же исправился коленопреклонный селянин. — Мы ж не со зла, хто ж знал, что вы — наша спасительница. Мы звали-звали ваших сородичей, да никого не дождались, заперлись они в своем хворпосте наглухо... А у нас неспокойно — жуть просто. Кажну ночь мертвяки вылазят, частокол шатают, под окнами воют. Вот и вас как нашли — подумали, что опять зараза эта клятая выпозла, а заползти до света не успела... Ну и решили — того... Сжечь. Пока не оклемалась и ночью не пришла.
Селянин зыркнул на мужиков, те с обреченным видом хлопнулись на колени позади него. Похоже, он был старостой или кем-то вроде того. В общем, главным. Продолжая причитать, он принялся перечислять кто, когда и сколько раз восставал за прошедший лунный месяц. Звучало удручающе. Судя по всему, приставленный наблюдать за этими землями штатный некромаг не справлялся со своими обязанностями. Возможно, даже по уважительной причине в виде смерти.
— Нужно помочь. 
— Тебе мое тело надоело? Если что, я не держу, вали куда хочешь, — мысленно огрызнулась я. — Это работа для местного штатника. Я, конечно, молодой и талантливый специалист, но пока без опыта. Моя задача сейчас — добраться до заставы и устроиться на стажировку.
— Одно другому не мешает, — философски заметил Альд. — Сначала — на заставу, тем более, она явно где-то поблизости, судя по словам твоего собеседника. А потом — сюда, для наведения порядка. Молодым специалистам полезно заниматься полевой работой. 
Крыть было нечем, кроме пары нецензурных выражений. Но даже они слабо передавали всю суть того, что я подумала об идее своего подселенца. Если здесь дела действительно настолько плохи, насколько рассказывает этот мужик, о моем первом задании можно будет догадаться даже без сеанса некромантии. Вот только шансы на упокоение как-то великоваты, а оно не входит в мои планы на обозримую вечность. Только кто ж меня спрашивает-то?
— Где ближайшая застава?
Селянин часто заморгал.
— Хворпост? Там.
Неопределенный взмах руки сократил количество возможных направлений с восьми до четырех. Уже что-то.
— А точнее?
— За леском, — мужик указал на чахлую рощицу за моей спиной, — дорога. Если идти по ней вслед за солнышком, она и приведет.
На запад, что ли? Ладно, разберусь на месте.
— Как далеко?
— Доль... Это сынишка мой, шустрый малец, — щербато ухмыльнулся мужик, — если на рассвете выбегает, то до заката успевает воротиться.
— Странно. 
— Что именно? — не то, чтобы я не подозревала, что имел в виду Альд, но на всякий случай решила уточнить.
 
— Полдня пути от заставы и свободно разгуливающие неупокоенные. И куда же тебя занесло... 
— Мне самой это интересно, и если ты помолчишь, то может быть даже узнаю. 
— У меня есть определенные мысли на этот счет, но... Так уж и быть, не буду мешать. 
Подселенец согласился подозрительно быстро. Наверняка это была уловка, но я решила на нее не поддаваться. Все равно же скоро не выдержит и сам сообщит. На меня же пока продолжали смотреть четверо селян и один труп. В рощице за моей спиной зашелестело. Точно, еще же двое мальчишек было. Наверняка притаились и наблюдают. За шелестом последовал хруст, и по округлившимся глазам старосты я поняла, что что-то не так.
Увернуться от удара было несложно. Сложнее было, отлетев в сторону, попасть проклятием в спину молодого упыря. Мелкий и подвижный, он врезался в тело мужика с топором и, ухнув, шустро развернулся в мою сторону. Но замедление действовало безотказно, давая мне возможность рассмотреть новое действующее лицо. Вот и один из мальчишек явился.
— Второй умирает, — любезно подсказал Альд.
— Кости Суртаза! Два упыря и еще четыре в перспективе — я не потяну. 
— А ты попроси хорошенько, — покровительственная усмешка, явственно слышная в голосе подселенца, бесила до жути. Но ситуация становилась отчаянной, отыграюсь потом.
— Альдауар, пожалуйста, не злоупотребляй моим телом, — холодно ответила я, вместе с тем прикидывая, чем бы влепить упырю по его оскаленной морде. Тот замер, принюхиваясь и будто бы выбирая, на кого напасть первым: попытаться обезвредить меня или же рискнуть и полакомиться свежей человечинкой. Селяне, осознав случившееся, насупились, поднялись с колен и подоставали топоры.
— Не о том просишь, — весело отозвался Альд. — Ну да ладно, смотри и учись...
Последние слова подселенца выгнули мое скелетированное тело дугой прямо в воздухе. Непередаваемое чувство — как от удара обоими локтями, коленями и мизинцами на ногах одновременно. Кто испытывал такое — не забудет никогда. Являясь личем, я вроде бы как и не должна чувствовать боли, но ощущения уж очень похожие на прижизненные. К этому невозможно привыкнуть.
Альд же, получив мое тело в свое распоряжение, горделиво выпрямился и взлетел чуть выше. Такое происходило каждый раз, из чего я сделала вывод, что при жизни он был довольно высоким. Ничего не значащая мелочь, но что еще делать, кроме как размышлять о всяком, пока моими костями управляет кто-то другой.
Упырь уже рванул к селянам. Это он зря. Альд прошипел заклинание, по моему телу прошла волна силы. Громко чем-то хрустнув прямо в прыжке, нежить взвыла и безвольным кулем приземлилась мимо своей цели — старосты. Тот оказался не промах: метким ударом топора мужик отсек упырю голову и со злостью пнул ее, отбрасывая далеко в сторону. Все равно тело, если его не сжечь, рано или поздно найдет потерянную часть и прирастит обратно. Вот только с переломанными, а теперь еще и с отрубленными руками и ногами это сделать будет куда сложнее. Остальные селяне сориентировались довольно быстро.
— До-о-оль! — рявкнул староста, крутя головой из стороны в сторону в надежде услышать ответ.
— Второй мальчишка — его сын, — Альд решил констатировать очевидный факт. Благо, сделал он это, уже направляясь к подлеску, откуда выскочил упырь. Слабая красноватая аура ребенка просвечивала сквозь редкую зелень листвы.
— Ты сможешь ему помочь? 
— Не уверен. 
— Добьешь?.. 
Подселенец ничего не ответил. Мои скелетированные руки осторожно раздвинули тонкие ветви, и я безмолвно ахнула от увиденной картины. Мальчишка, судя по всему — без сознания, лежал распластавшись, с развороченным животом. Земля под ним сплошь пропиталась кровью, и я невольно удивилась, что ребенок был все еще жив. Сзади хрустнули ветки, и Альд повелительно вскинул мою руку, приказывая селянину остановиться.