Афина. Голос войны (СИ)

Объединяющего пристройки и особняк коридора не нашлось, как в родной Паралии. Но в Эрзо использовались те же кустарники, чтобы скрыть от глаз гостей и хозяев помещения кухонь и складов, правда, здесь этими кустарниками не успели как следует заняться, а потому Ника прикидывала размер окон. «Влезу», - прищурившись, решила она. - «Слуги могут знать о том, что происходит, и быть в курсе всех слухов».
Вспомнив, что намеревалась отдохнуть, Ника вернулась в спальню и рухнула на постель, свесив ноги с краю. Потолок оказался белым, местами с лепниной, достоверно изображающей виноградные листья. С середине свисала люстра с керосиновыми лампами. «А это как дома», - подумала Ника, поворачивая голову к балкону. Небо начинало окрашиваться в оранжевые цвета.
Услышав стук в дверь, Ника встрепенулась и радостно ринулась навстречу, распахивая ее.
- Нашла, - улыбнулась Селена, протягивая моток явно дешевой пряжи и чуть погнутые спицы.
Ника выхватила добычу у нее из рук, кивнула на прощание и торопливо прикрыла дверь. Пару часов ей есть, чем заняться.
Таврион сидел в холле особняка, наблюдая, как носились слуги. Дочищали что-то, доготавливали, закупали — переезд дело хлопотное, и им много чего не хватало. Анисия успела расшить и его с Эвром наряд тоже, и посыльный доставил оба пару часов назад. Голова казалась пустой и при этом тяжелой. Таврион лениво размышлял, хочет он выпить, либо же попросту завалиться спать.
- Афина, - наклонившись и оперевшись локтями на бедра, Таврион сложил ладони лодочкой у рта, чтобы скрыть мимику от суетящихся слуг. - Напиши сообщение Кассандре. Кассандра, все наряды готовы. Мое сопровождение отправляй спать, а я сейчас выдам снаряжение Нике и пойду спать. Меня не трогать, все сообщения посмотрю завтра утром. И у нас закончились камни матроны Вунос, дальше либо живем за счет ателье, либо продаем реликты.
Он выдохнул, приняв решение, и тяжело поднялся, направляясь к себе. Столкнувшись с явно спешащей Селеной, напряженно хмурящей лоб, Таврион окликнул ее:
- Ника не появлялась?
- Пришла, уже успела поесть и сходить в хамам, - скороговоркой ответила та. - Сейчас ищу ей пряжу, она просила, чтобы ее никто не трогал.
- Вот как, - Таврион расстроился. Он надеялся перехватить Нику и поговорить с ней до приема. - Меня тоже не трогать, пусть принесут еды и вина. И ванну нанесут.
Селена стрельнула раздраженным взглядом, но тут же опустила голову вниз и отривысто кивнула.
- Тебе не надо все делать самой, - хмыкнул Таврион. - Отлови кого-нибудь да передай просьбу.
Селена едва удержалась от того, чтобы закатить глаза, чуть склонилась в поклоне и все-таки сумела быстрым шагом подняться на третий этаж, сдержавшись и не наговорив Тавриону грубостей.
Таврион же, ясно считав посыл себя куда подальше, только хмыкнул еще раз и направился к себе, убираясь с дороги явно забегавшихся беженцев. «Слуг», - мысленно поправил он себя. - «Теперь они все у нас работают».
Неуютно поежившись от воспоминаний про состояние их денежного тайника, Таврион дошел до своих покоев и плотно прикрыл за собой дверь, выдыхая. Решение не идти сейчас казалось ему самым лучшим решением за последние недели.
 Глава 25 
Тэйратона пустили в мужской хамам, и ему удалось насладиться им в одиночестве — все мужчины-беженцы оказались наглухо заняты тяжелой работой. Таскали продукты, заполняя склад и винный погреб, носили столики и ковры, закупленные хозяйственной Селеной. Тэйратон гадал, откуда деньги, и решил спросить напрямую — Ника вряд ли станет делать из этого тайну.
В атмосфере особняка ощущалось напряжение. Переезд, срочная подготовка к приему, Тэйратон успел услышать, что при этом часть беженцев гоняли по этикету и старательно приводили в человеческий вид, когда как сами аристократы Паралии едва успели запустить ателье.
Важность первого приема сложно недооценить, и Тэйратон это прекрасно понимал. От него зависит, будут ли еще приглашения в этом зимнем сезоне, да и время самое подходящее. Торговые пути с моря закрыты, торговые пути по суше еще не открылись — обычно именно в это время проходили помолвки, свадьбы, званые вечера, чтобы заполнить пустоту впечатлений.
  
«И повезло, и нет», - подумал Тэйратон, надевая чистое. - «Приемов будет много, они будут частыми, и при этом форы никакой».
Ника казалась почти истощенной. Кассандра, виденная недавно, тоже. Эвр выглядел попросту ужасно, да и Таврион, судя по недавнему выступлению, находился на грани нервного срыва. Тэйратону тот не нравился, но он признавал и ум, и находчивость соперника.
Бледная девочка, которой Тэйратон дал бы не больше пятнадцати, с глазами, полными ужаса, смотрела на него, пытаясь слиться со стенкой.
- Что-то случилось? - вздохнул он.
- Вы хотите пройти в комнаты? - пискнула та в ответ.
- Хочу, - вздохнул Тэйратон. - Я что, такой страшный?
Девочка истерично помотала головой из стороны в сторону, из чего Тэйратон сделал вывод, что, похоже, да. Вздохнув, он пошел за ней в комнаты, что ему выделили на сегодня радушные хозяева. Бегло осмотрев помещение, Тэйратон хмыкнул и уверенно прошел в спальню, падая на кровать. Поспать пару часов однозначно стоило.
***
Присланный Кораки молодой парень испуганно косился на Эвра. Эвр бесился, но старательно гасил кровожадный огонь в глазах, старательно сливаясь со стеной.
- Кризис уже миновал, - тихо-тихо проговорил бедолага, нервно прижимая к себе сумку с лекарскими принадлежностями. - Тело девочки справилось само, хоть и с поддержкой.
Он покосился на светлого господина и сглотнул.
- Как твое имя? - нервно потирая переносицу, Эвр тщательно следил за интонациями, стараясь говорить мягко.
Парень отчетливо вздрогнул, и Эвр стиснул челюсти.
- Амин, светлый господин, - еще тише прежнего сказал он.
- Амин, - рыкнул Эвр, психанув. - Хватить трястись, я не собираюсь устраивать войну с Кораки ради обладания одним трусливым лекарем!
Парень вздрогнул, втянув тонкую шею с ярко проступающим кадыком в плечи и вцепившись длинными пальцами в сумку.
- Есть ли предписания? - сдавшись, спросил Эвр.
- Кормить бульоном, - с готовностью кивнул Амин. - Травы заваривать для повышения силы организма. Пилюли прописывать не буду, сейчас они скорее пойдут во вред.
- Принято. Свободен, - Эвр уже мечтал о том, чтобы нервно трясущийся как грызун лекарь наконец-то покинул его покои. - И сделай что-нибудь со своими нервами, невозможно же.
Амин, пискнув нечто невразумительное, удивительно быстро покинул комнаты, оставив взбешенного Эвра выдыхать в одиночестве. «Даже не догадывался, что успокаивать чужие нервы может быть так тяжело», - подумал он, с уколом вины вспомнив про Нику и ее вечные попытки утихомирить его тревоги.
Времени долго заниматься самобичеванием у Эвра, благо, не было, так что он отогнал лишние мысли и эмоции, проверил состояние Гебы с помощью Афины и торопливо опустился на кровать, надеясь урвать хотя бы пару часов сна.
***
Кассандра расслабленно смотрела в стремительно розовеющее бледное небо Эрзо, чувствуя невнятную тоску по Паралии. Селена косилась на Эвра, злого как черт — по распоряжению Кассандры и с помощью Талии они в четыре руки протащили бедолагу по косметическим уловкам, возвращая Эвру человеческий вид. Тот, впрочем, счел это за круги ада и надулся, еще не полностью проснувшись после дневного сна.
Таврион, не удержавшийся и пришедший на собрание вопреки планам отоспаться, стрелял глазами в расслабленного и вальяжного Тэйратона, уже успевшего одеться подобающим образом — в темные, не отсвечивающие одежды, позволяющие передвигаться свободно. Ника силилась держать веки поднятыми, и периодически ее миссия проваливалась.
- Итак, - звучно произнесла Кассандра, цепким взглядом обведя компанию. - У нас сегодня первый прием. Открыто на него идем мы с Эвром, в качестве соглядатаев Тэйратон и Ника. Селена и Таврион остаются тут.