Дареному дракону в зубы не смотрят (СИ)

— Папенька? — перебила меня Теодора, подавшись вперед.
— Какой папенька, дура? Ейный жених то и был, правду говорю? — гаркнул фермер, державший вожжи и до этого усиленно делавший вид, что ему нет никакого дела до бабского трепа.
— Да! Представляете? — охотно закивала головой я.
— А откуда у стражника платок? Небось засаленная тряпка какая? — не отставал фермер с кажущимся безразличием, но сев так, чтобы было лучше слышно.
— А и правда, Себушка, откуда ты взял тот платок? — не преминула я воспользоваться возможностью дернуть дракона, с видом оскорбленной невинности уставившегося куда-то вдаль, пока я тут отдувалась за двоих.
Меня одарили возмущенным взглядом. Оценили светившуюся надежду на продолжение рассказа на лицах супружеской пары, вздохнули…
— Перед сменой купил ткань на портянки, — процедил он неохотно, практически испепеляя меня взглядом.
Скажите пожалуйста! Так был против вранья и моего сарказма, а сам как выдал — я едва не отпустила край телеги, за который держалась. Нет, я определенно плохо влияю на этого сноба. Или наоборот, делаю из него нормального человека? Дракона? Человекодракона?
— Ох, парень, молодец! Додумался же. Хоть чистую портянку дал? Хотя девка бы тогда так не вилась за тобой… — хохотнул фермер.
— Да тихо ты! — шикнула Теодора. — А цепью вы себя зачем сковали?
На этот вопрос мы с драконом синхронно тяжело вздохнули. Но я тут же взяла себя в руки и продолжила слагать нашу историю.
— Я ж и говорю, у нас прям любовь-любовь, а мой папенька уперся, мол, негоже замуж выходить, пока старшая сестрица еще в девках сидит. А я почем виновата? А если она постриг примет, мне вообще век одной оставаться? — воскликнула я, заставив глаза увлажниться, а нижнюю губу задрожать.
— Ну-ну, дитя, ты ничего не должна, — тут же принялась успокаивать меня Теодора. Ее муж хотел было что-то циничное добавить, но поймал ее свирепый взгляд и осекся. Лишь пожевал губами, проворчав себе под нос нечто беззлобное, и отвернулся обратно на дорогу.
— Вот. А Марыська этого не понимает. И маменька с папенькой тоже. Себушку ко мне пускать не хотели, к его семье думали идти, от меня отваживать. А там у него такой папа, что мог бы его вообще отправить на службу к дядьке в другой город. И что нам тогда делать?!
— И в какой момент появилась цепь?
На этот раз резонный вопрос задала Теодора. Но было бы слишком наивно полагать, что этот наш милый аксессуар никого не заинтересует и не удивит.
— Это Себушка придумал! — выдала я с гордостью. — Он такой мудрый! Книги умные читал, и не одну. Говорит, что есть обряд венчания, где молодожены обмениваются не брачными татуировками, а сковывают себя сначала цепью. И если седьмицу вот так живут, то брак одобрен богами.
— А как же в сортир ходить? — не сумел промолчать фермер и в этот раз.
— На все воля Безликого. — Я смиренно подняла глаза к небу. — Если нам суждено быть вместе, то это не остановит. И в горе, и в радости…
— И в сортире, — сбил меня с романтичной нотки фермер, за что тут же огреб от жены пыльным мешком по спине.
— Ох, ребятушки, ну и намучились же вы, — сочувственно покивала она. — А в Ясенграде вас кто-то ждет?
— Да, там моя тетушка живет. Я ей весточку отправила, должна принять. У нее муж кузнец, тоже в свое время ее родители были против их брака, она поймет! — воодушевленно выдала я.
— По крайней мере, кузнец избавит вас от цепи, — проворчал фермер, но больше никак комментировать мою историю не стал.
Я же продолжила сочинять о наших до жути романтичных свиданиях, мыслях о побеге, планах на будущее… Вплоть до момента, как мы въехали в город.
Сразу за воротами мы соскочили с телеги. Точнее, Себастьян соскочил, я же отскребла свою бренную тушку от той дряни, что была в мешке, и кое-как практически выпала на мостовую.
— Удачи вам, ребятушки, берегите друг друга и свои чувства, — шмыгнула носом Теодора.
— И от цепи все же избавьтесь. И не забудьте благословить свой брак, без него ни-ни, девку опорочишь, а она у тебя и так не от мира сего, грешно это, — строго наказал фермер, обращаясь к Себастьяну. Тому только и оставалось, что молча кивнуть. Мне же вновь достался многообещающий драконий взгляд.
 
— Как ты можешь так бессовестно врать? — прошипел дракон, как только телега с супружеской парой скрылась за углом.
— Это осуждение или просьба научить? — деловито поинтересовалась я, ничуть не смутившись.
— Ты лицемерка!
— Может, я актриса? — пожала плечами я.
— Они выступают со сцены!
— А я несу доброе и светлое сразу в народные массы, — фыркнула я, привычно доставая шпильки.
Цепь набросилась на нас, аккурат когда мы вышли на дорогу и принялись ловить попутку. В общем-то, она и стала нашим билетом. Заинтересовала супружескую пару фермеров и дала мне повод для красивой истории.
— Самой не мерзко?
— От чего?
— Обманывать людей, которые тебе помогают!
— А в чем обман? Вот скажи: сильно ей поможет правда о том, что ты пленный дракон, а я похитительница редких артефактов? Мы встретились и разошлись, никогда не увидимся. Зато я развлекала их всю дорогу, подарила им сказку. Теодоре дала романтичную историю, которая скрасит ее досуг и даст возможность пересказывать своим подругам. Ее мужу позволила почувствовать себя умудренным опытом мужчиной, который похихикал над дуростью молодых, чем также поднял себе настроение. Чем плохо?
— Ты любому своему действию найдешь оправдание! — возмутился дракон.
— Завидно? — подмигнула ему я. — Ничего, побудешь еще немного в моем обществе и тоже научишься. Но хорошего понемножку. Пойдем, сперва нам нужно поселиться в какой-нибудь недорогой таверне.
  
Глава 12
 
И снова у нас начались проблемы. Этот чурбан чешуйчатый уперся на пустом месте, и все тут! Видите ли, не царское это дело — ночевать в одной комнате с ницой человечкой… Ну ладно-ладно, официально причина была другой.
— Негоже незамужней девушке… — в который раз завел он свою шарманку в такт моим мыслям.
— Я уже спала с тобой! — перебила его я, не выдержав, с тоской глядя на таверну, перед которой мы препирались уже добрых полчаса. А из здания, между прочим, настойчиво тянуло чем-то вкусным, сдобным, мясным… Мясной пирог? Хоть бы. А если еще и пирожки горячие будут, начиненные курино-грибным паштетом, м-м-м…
— Триш! — взвыл дракон, выдергивая меня из мечтаний.
— А?
— Какой смысл выдавать очередную провокационную фразу и отключаться, думая о чем-то своем?! — возмутился он.
— Тебе с ходу назвать пять причин? Первая: чтобы побесить. Вторая: проверить реакцию на игнор. Третья: найти себе более интересное занятие. Четвертая: это была не провокация, а разумный довод. Пятая… м-м-м… ну серьезно задолбал уже нудить.
— Прекращай издеваться! Нам нужно снять две отдельные комнаты, — заявил он безапелляционно, вызвав мой очередной душераздирающий вздох.
Ну вот как ему еще объяснить? Здорово, наверное, жить на всем готовом и не париться мыслью сколько осталось желтеньких кругляшей в кармане. На кого другого я бы, может, злилась за это непонимание, или даже слегка завидовала. Себастьян же вызывал скорее легкий налет сочувствия. В самом деле ведь не понимает очевидного. Ладно, попробуем сделать его ближе к народу.
— Да нет у меня лишних денег на отдельную комнату. Свой меч заложить ты вряд ли дашь, дергать чешую и дальше из твоего многострадального зада мне совесть не позволит. И потом, путешествующая вместе пара — это нормально в том случае, когда это брат и сестра или жених с невестой. Во всех других случаях — это как вывесить транспарант: смотрите, с нами что-то не так, мы либо наемные убийцы, либо путаны на задании, либо… Да мало ли кто еще подозрительный и неприятный. На моего брата ты никак не катишь, так что смирись с ролью жениха. Особенно если эта сбрендившая цепь снова на нас набросится при свидетелях. Полусумасшедшая парочка романтиков всегда вызывает умиление. Да и безопасно это — кому охота связываться с полудурками?