Демоны нашего времени 2 (СИ)

— Повелитель, — Азаэль почувствовал на своей лодыжке жаркое дыхание, — не гневайтесь…
Красные глаза демонессы с обожанием смотрели на него. Нет, он, конечно, знал, что это большей частью притворство и его рабыне просто ничего не оставалось, как вести себя именно так, но все равно было приятно.
— Почему я не должен гневаться? — тем не менее осведомился он.
— Потому что мы выяснили многое, повелитель, — промурлыкала Рамер, — и этот человек по-прежнему рядом с тем охотником, который нам нужен. Он все равно будет ходить в разломы…
  
— Да, — подхватил ее слова воспрявший духом Рорр, — так что вариантов у нас много.
— Узнай как можно больше про этого охотника… из рода Громовых, так?
— Да, госпожа, — подобострастно поклонился демон.
— Узнай… есть ли у него враги. У всех они есть… что у демонов, что у людей, — задумчиво произнесла демонесса. — Люди слишком сильно привязываются к своим родственникам… это их слабость, — она посмотрела на Азаэля, словно ожидая его одобрения.
— Ты права, — покровительственно кивнул он, — продолжай.
— Выясни все…— голос демонессы стал строгим, — и возвращайся.
— Но долго ждать я не буду, — проворчал Азаэль, подарив Рорру взгляд, от которого тот задрожал. — Помни об этом!
  
Глава 24
 
Утром Марина проводила меня в академию. Она встала раньше и, когда я спустился вниз, уже был готов завтрак. Приятно, ничего не скажешь. В общем, девушка оказалась совсем не избалованной, к тому же, если судить по приготовленной ею еде, весьма умелым поваром.
Алексей же уехал рано утром, когда мы спали. В принципе, он вечером и предупреждал меня на этот счет. Племянник конкретно озадачился поиском вариантов подхода к Великотским. Вот и посмотрим, на что он способен.
Кстати, выяснилось, что у него имелись свои деньги и, как я понял, немало. Как я понял из его расплывчатых ответов, он продолжал зачищать остатки клана Согава и помогал в этом деле другим подобным кланам, продавая им информацию.
По крайней мере, у меня он денег не просил, а даже, наоборот, предложил организовать общий родовой счет.
Вот это я упустил, конечно. Мы договорились на днях съездить в банк и открыть его. В любом случае счет открывался на главу рода и распоряжаться им мог только глава рода. Он же выписывал, если нужно, доверенности на тех, кому доверял.
Кусь появился только утром. Когда я садился в машину, то увидел, что на заднем сиденье меня ждет здоровенный котище. Отчитывать его я не стал. Уж больно довольная морда была у него.
— Рассказывай. Удачно?
— Удачно, — ответил он, — я к нему домой заполз. Этот старик полночи пытался с демонами связаться. Я чуть живот от смеха не надорвал. Кто ж так звезды демонические рисует! Ну, раз на пятый у него вышло, конечно. Человек долго извинялся. А с ним разговаривали грубо… мол, бесполезный червь и тому подобное. Сразу видно, демон разговаривал! — мне показалось в голосе квазита какая-то странная гордость.
— В общем, выглядел человек расстроенным. Может, все-таки я его съем? — в голосе квазита звучала робкая надежда.
— Не надо никого есть! — тяжело вздохнул я. — Тысячу раз уже говорил. Значит, не получилось?
— Ну почему не получилось… — пентаграмма уже гаснуть стала, так этот ваш Ще-пе-кин как завопит… не бросайте меня. У меня есть план!
— Так… и какой план? — подобрался я.
— Не услышал, — развел руками квазит, — пентаграмм схлопнулась. Правда, демон сказал, что еще вернется. Не знаю, с кем он там связывался, но судя по уровню пентаграммы, скорей всего, кто-то если и не из высших, то близко к ним.
— С Азаэлем? — предположил я.
— Пффф, — презрительно фыркнул демон, — издеваешься, Артем? — Не будет демон такого уровня общаться с каким-то человечком, скорей, его слуга…
— И когда вернется?
— А вот этого я не знаю, — признался Кусь, — не было сказано.
Ладно, посмотрим, как сегодня разговор с ректором и заведующим кафедрой сложится. Придется Кусю еще раз последить за бароном
Я отозвал демона обратно и отправился в академию.
В академии от меня не укрылось, что Щебекин, старательно избегавший разговоров со мной, выглядел хмурым и напряженным. Досталось от него на этот раз Венетову, на котором заведующий кафедрой сорвал злобу. Он придрался к какой-то мелочи и устроил настоящий скандал.
Я, правда, этого не видел, узнал в обед. Мы теперь всегда обедали втроем. А в назначенное время я уже звонил в дверь особняка ректора.
Открыл мне сам Адам Аристархович. Снова одетый в костюм-тройку, словно с иголочки. Честно говоря, я даже не припомню, чтобы он выглядел иначе. Интересно, а у него какой-нибудь домашний костюм вообще имеется?
Меня пригласили в уже знакомую гостиную. Правда, на этот раз у столика расположились три кресла. Едва я разместился в одном из них, как вновь раздался звонок. На этот раз ректор вернулся уже с Щебекиным. Увидев меня, барон помрачнел.
— Адам Аристархович, я не понимаю, а что… этот… Громов здесь делает? — мою фамилию он произнес, словно выплюнул.
— Сейчас все узнаете, Ефим Константинович, — нейтрально ответил ректор, — садитесь.
Тот с кислым выражением лица устроился в кресле напротив меня и подарил мне взгляд, полный презрения.
— Итак, господа, — ректор сел напротив нас, — давайте начнем. Ефим Константинович, с большим сожалением должен вам сообщить, что с завтрашнего числа вы у нас больше не работаете!
Мне на секунду показалось, что Щебекина хватит удар. Он побагровел и схватился за горло
— С вами все в порядке? — взволнованно посмотрел на него Чернов. — Может, целительницу вызвать?
— Нет, спасибо! — заведующий кафедрой на удивление быстро взял себя в руки, — а теперь поясните, уважаемый Адам Аристархович, что за бред вы здесь несете? С чего это я здесь не работаю? Вы вообще понимаете, о чем говорите?
— Прекрасно понимаю, уважаемый барон, — холодно улыбнулся ректор, — но давайте я вам кое-что поясню…
— Да уж, жду с нетерпением!
— Перед вчерашним походом в разлом, — начал ректор спокойным голосом, но это спокойствие не обмануло меня. И не обмануло оно и Щебекина, который заметно напрягся, — вы осматривали снаряжение студентов?
— Да я его осматривал, — кивнул тот. — Это моя обязанность!
Ага… и о том, что он осматривал, все знали. Здесь отказываться было глупо. И от меня не укрылось, что глаза барона подозрительно забегали.
— Конечно, ваша обязанность, — согласился с ним ректор, — тогда объясните, каким образом в снаряжении студентов оказались вот эти артефакты подавления?
— Я не понимаю, о чем вы говорите! — возмущенно заявил Щебекин.
— Я говорю о том, что на этих артефактах ваша аура. И она на них была первой.
— Этого не может быть! — выпалил тот.
Надо же, а у него неплохие актерские способности.
— Ефим Константинович, — слегка повысил голос ректор, — вы не увиливайте. Доказательства железные. Вы хотели, чтобы погибли учителя? Ну ладно Громов у вас враг номер один, как я гляжу, но Сидельникова с Венетовым при чем здесь? И главное — студенты? Вы хотели подставить академию?
На этот раз голос ректора стал металлическим. Честно говоря, даже мне стало немного не по себе. Да чего там говорить, даже Щебекин как-то вжался в кресло, став, как мне показалось, меньше ростом. Но заведующий кафедрой быстро пришел в себя, вернув себе привычный горделиво-презрительный вид.
— Это все ложь! — выпалил он.
— Хорошо, — внезапно спокойным голосом произнес ректор, — вы меня знаете, господин барон. Странно, что считаете идиотом…
— Я не считаю… — попытался возразить тот, но Чернов остановил его, подняв руку.
— У меня к вам лишь одно предложение. Мне дорога репутация академии, но если придется, я переживу… — он тяжело вздохнул, — в общем, так, барон. Вы сейчас пишете заявление по собственному желанию, — он махнул рукой на лист бумаги с ручкой, лежавший на столе перед нами, и завтра уходите из академии. В бухгалтерии получите расчет.