Демоны нашего времени 2 (СИ)

Хранитель тем временем продолжал читать заклинание:
— Exorcizamus te, omnis immundus spiritus
Тело студента начало дёргаться, как будто внутри него шла борьба. На мгновение я увидел в его глазах что-то человеческое — страх, боль, отчаяние. Это был Антон, всё ещё где-то там, внутри.
— Помогите… — его голос звучал слабо, почти шёпотом.
Я стиснул зубы, вспоминая, как когда-то погибли два моих студента в разломе. А демон тем временем снова взял контроль над телом и взлетел вверх, собираясь убить экзорциста. Нет, нельзя останавливаться. Не сейчас.
  
— Держись, Антон, — прошептал я, потянув за нити.
Одна из них порвалась, во время рывка одержимого, но вторая выдержала. Экзорцист при этом не останавливался и быстро читал заклинание. Демон развернулся, резанул по второй нити, оборвав и её, после чего спикировал на заклинателя. Но перед ним возник Разин, прикрыв соратника своим огромным мечом.
Удар демона был таким сильным, что обоих хранителей отбросило. Заклинание прервалось.
— Эй, демон. Ты не квазита ищешь? — произнёс я на их языке.
Тот мигом забыл про хранителей и повернулся ко мне.
— Что ты сказал?
— Я сказал, передавай привет Азаэлю, — ответил я, выпустив в него ещё одну усиленную до пятого уровня стрелу. Тетива в этот момент порвалась, но стрела достигла своей цели и снова заарканила врага. Правда, мана у меня уже закончилась.
За его спиной тем временем вновь зазвучали слова заклинания. Одержимый попытался было рвануть к хранителям, но я его не пускал. Затем он обрубил магическую нить, но в этот момент Разин рубанул его мечом по крылу. Демон попытался взлететь, однако смог подняться лишь на пару метров вверх.
— Sanctarum omnium intercessio, — закончил обряд экзорцист.
Демон закричал в последний раз, и тело, захваченное им, рухнуло на пол. Крылья и когти начали превращаться в пепел и разлетелись по аудитории…
Экзорцист при этом рухнул на колени и, казалось, что сам вот-вот умрёт.
Разин подбежал к парню, который уже был похож на нормального человека, только с множеством ран.
— Он жив, — пробормотал хранитель.
— Лекаря! — заорал я, выбегая из аудитории.
Впрочем, Ветрова тут же вбежала в нее. Целительница упала на колени рядом со стонущим и израненным студентом и подняла ладони над его телом. Мягкий белый свет окутал тело Антона, который закрыл глаза и сразу успокоился. По крайней мере, лицо его разгладилось.
Появившиеся в аудитории Афанасьев и Венетов осторожно подняли Одоевского.
— Он сейчас спит, но нельзя терять времени, — коротко проговорила Светлана, — несите в наш лазарет. Там девочки уже ждут.
— Как он? — осведомился ректор
— Постараемся сделать все возможное, — ответила Ветрова.
— Светлана Васильевна, вы помните… — ректор строго посмотрел на девушку, в свою очередь проводившую взглядом учителей, уносящих Антона.
— Помню, Адам Аристархович, — сухо ответила она и покинула аудиторию, оставив нас наедине с Разиным и экзорцистом.
— Сергей Ефграфов, — представил тем временем Разин своего спутника, который с любопытством разглядывал меня.
— Артем Громов, — протянул я руку.
Пожатие у экзорциста оказалось весьма крепким. К тому же я почувствовал, как напрягся квазит внутри меня.
— Мне Иван сказал, что вы не хотите огласки? — поинтересовался он глухим голосом, переведя взгляд на ректора.
— Да, — ответил тот, — были бы признательны, если бы вы оставили сегодняшние события между нами.
— Я-то оставлю. Я сегодня вообще не на работе, — хмыкнул он, и повернулся к Ивану: — А ты?
— Я тоже, — кивнул в ответ майор, — так что никто не узнает.
— Хорошо, — кивнул Сергей, — только, — он вдруг как загадочно улыбнулся, — вы же знаете, что у экзорцистов подобные частные вызовы платные?
— Да, конечно, этот вопрос мы решим, — поспешно произнес ректор, — давайте пройдем в мой кабинет.
И мы остались вдвоем с Разиным.
Честно говоря, не сталкивался я с подобным, и вот представьте, не знал, что экзорцисты берут деньги за свою работу… как по мне, это странновато. Может, конечно, что-то изменилось за пять лет?
— Так четыре года назад верховный магистр Суворов выпустил указ, которым разрешил оказывать платные услуги экзорцистам, — ответил Разин, — Просто обычно это все так или иначе проводится через бухгалтерию Ордена. Берется налог в размере двадцати процентов от суммы. Есть определенные расценки. Разве ты этого не знаешь?
— Да что-то подзабыл, — неуклюже оправдался я, — так-то никогда их услугами не пользовался.
— Ясно, — подозрительно посмотрел на меня он.
— Что⁈ — изобразил я на своем лице праведное возмущение.
— Да, ничего, — покачал тот головой, — просто думал, что опытный охотник знает такие нюансы.
Телефон у хранителя завибрировал и тот, приложив его к уху, некоторое время слушал, после чего, коротко поблагодарив собеседника, спрятал телефон в карман и задумчиво посмотрел на меня.
— Кстати, — взгляд его вдруг стал острым, — ты говорил с демоном. Это их язык? Так ведь?
— Да, — кивнул я. — Ты заметил?
— Заметил. Ты же знаешь, что обычные люди на демоническом разговаривать не могут? Только демоны и одержимые.
Я это знал. Демонический язык на самом деле был странным. И как ни пытались хранители и охотники изучить его, все без толку. В конце концов, сделали вывод, что для того, чтобы разговаривать на нем, нужно обладать какой-то толикой демонической энергии. То есть быть одержимым. Блин, а я реально прокололся….
— Скажи спасибо, что заметил только я, а не Сергей, — строго произнес Разин, понявший, что до меня дошло. — Будь осмотрительней, Артем. Нам не нужны подобные проблемы. Рано сейчас открывать твои способности. Когда такой момент наступит, если он наступит, я тебе скажу. А иначе ты можешь похоронить не только меня и себя, но и реальный шанс надрать демонам задницу.
Здесь я с ним даже спорить не стал. Накосячил, чего там.
— Ладно, проехали, — махнул тот рукой, — теперь к нашим баранам. Я только что получил информацию. На адресе, что ты отправил, уже работает наша группа. Правда, доказать, что это пропавшие студенты, будет непросто, тела уже слишком сильно изменились. Вашему Одоевскому очень повезло. И думаю, все это получит гриф «секретно» — никому не нужна паника. Ты представляешь, что начнется, если узнают, что демоны в Москве такие дела творят? — он строго посмотрел на меня.
— Представляю.
— Так что давай, Артем, рассказывай, что ты думаешь обо всем этом безобразии. И подробно. Не переживай, дальше меня это не пойдет. Нам надо понимать, что происходит. А то, что у демонов что-то происходит, это несомненно. К тому же я услышал имя Азаэль… — он вопросительно посмотрел на меня.
— Это имя того высшего демона, который напал на тебя во время прорыва.
— Вот оно что, — задумчиво протянул хранитель, — и он охотится за той демонической сущностью, что в тебе?
— Именно — подтвердил я.
— И я так предполагаю, то, что было сегодня в том здании, и нападение в академии — его рук работа…
— Скорее всего, — пожал плечами, — но вот не думаю, что это сделано целенаправленно. Скорей всего, подобные попытки требуют немало ресурсов. И кстати… — теперь уже я строго смотрел на Разина, — как вообще получилось, что демоны пробрались в город?
— После вторжения все было возможно, — хмуро ответил тот, — слишком массовым оно было. И неизвестно, сколько еще демонов проникло. Демоны тени легко могли пройти мимо блокпостов и патрулей. Придется прочесывать Москву, — Разин тяжело вздохнул, — как только что-то тебе будет известно, сразу сообщай. Ну а за руду спасибо.
— Это был не демон тени. У него крылья выросли. Я бы ещё мог погрешить на крылана или даже на кровожоров, но они не разговаривают. Думаю, что Одоевским овладел высший демон. Правда, он немного слабоват. Иначе впятером мы бы не справились.
— Меня больше смущает его возвращение в академию. Что им двигало? Сознание его тела или это была воля демона? — задумался Разин.