Няня в (не)приличную семью (СИ)

Он взял мою руку и надел на палец симпатичное колечко из серебра. Узенькое и резное.
- Конечно, так, - уверенно подтвердила я и не покривила душой.
- Тогда завтра идем подавать заявление?
- Ты не оставляешь мне выбора? А как же традиционное для невесты – мне нужно подумать? – забыв обо всех проблемах, я едва не взлетала, как гелевый шарик, к потолку.
- Ты самый разумный и замечательный человечек, - вдруг сменив шутливый тон, серьезно ответил Захар. - Ты права. Ты должна десять раз подумать, прежде чем связать свою судьбу с неудачником. Это только в фильмах заливают, что девушка, чтобы стать генеральшей, должна выйти замуж за лейтенанта. Мало кто согласиться на нищету в расчете на призрачное обеспеченное будущее. Трудности часто не сближают людей, а наоборот, отдаляют. Тому пример семейная лодка, разбившаяся о быт.
Захар говорил шаблонные слова, но моя правильно устроенная в плане морали голова категорически была не согласна с таким пессимистичным прогнозом.
- Захар, у тебя все получится. Я верю.
- Мышонок, ты не представляешь, как мне сейчас важна твоя поддержка. Обещаю, я все сделаю, чтоб ты была счастлива!
Захар благодарно поцеловал меня, и я почувствовала укол совести из-за своих минутных сомнений. Нет, я конечно же, не уступлю женам декабристов в стойкости!
Но это была первая часть «Марлезонского балета».
- Малыш. Но это еще не все. Теперь о плохом. Я настоящий банкрот. Деньги, вложенные в товар, пропали, людям, которых нанял, должен. За полмесяца аренды помещений задолжал. И за эту квартиру платить нечем будет. У меня денег ровно на наш кредит.
Он виновато развел руками, а мне показалось, что мои мозги превратились в вату.
- И что мы будем делать? – растерянно спросила я.
- Демид предложил нам помощь. Мы переедем к нему и сэкономим на жилье.
- В смысле переедем к нему? А он? – я растерянно хлопала глазами, понимая, что что-то идет явно не так.
- Ну и он. К брату ж он не пойдет. Но он понимает, что из-за него я прогорел, и хочет помочь. Хоть по минимуму. Правда, у него тоже однушка. Будем спать на кухне, на матрасе. Мы же справимся?
. Предложение было до такой степени странным, что я не знала, что сказать.
- Ну, Мышонок, ты со мной? – Захар погладил меня по спине, как разнервничавшееся животное.
Я молчала, чтобы как-то собрать мысли в кучу. Да, я декабристка и вот это все – в горе, и в радости. Но жить втроем мне как-то не улыбалось. Ладно, переночевать несколько дней у друзей, если случилось что-то непредвиденное – например покрасили вонючей краской полы или тараканов каких-нибудь морили. Ну или приехали в другой город и на гостиницу нет денег. Но строить семью и при этом решать проблемы, используя другого человека? Не говоря уже о том, что для меня это просто неприлично – жить в одном помещении с посторонним парнем.
- Захар, должно быть какое-то другое решение, - нерешительно ответила я. – Я не хочу так.
- Я тебя понимаю. Ну тогда только остается тебе уехать к бабушке, а мне к Демиду одному.
- Хочешь сказать, что мы расстаемся? – еле слышно прошептала я, почувствовав горький комок в горле. Глаза защипало. Я боялась расплакаться.
- Нет, с чего ты взяла. Просто какое-то время поживем отдельно. Я встану на ноги и заберу тебя. Да?
Он испытующе посмотрел на меня, а я боялась шелохнуться, будто от этого зависело разрешение проблемы.
- Я не могу к бабушке, - сквозь слезы выдавила я.
Она меня любит. Но возвращаться побитой собакой домой не хочется. Каждый день в ее взгляде буду читать: «Ну я же тебе говорила?» И при случае, если я еще когда-нибудь решусь на самостоятельный поступок, она непременно скажет: «Ты хочешь снова влипнуть?»
Да и, если честно, я опасалась, что Захар, не видя меня перед носом, забудет о кредите, который не висит на нем.
- Слушай. Тогда есть тема. Неприятная, но можно много бабок заработать, - глаза Захара прямо загорелись азартным огнем. Он воодушевился, будто нашел идеальное решение.
- Мышонок, дело на девять месяцев. И мы не только погасим кредит, но и поправим мой бизнес!
 
Подозрение кольнуло в сердце острой ледышкой.
- Почку я не продам! – категорично заявила я.
- Вот глупенькая! Как же я могу тебе предложить такое! Ты же для меня свет в окошке!
Слова правильные, однако в интонации сквозила какая-то фальшивинка. И я не ошиблась. Предложение, которое он мне сделал, было ничуть не лучше продажи почки.
- Мне Демид рассказывал, что его будущая невестка всерьез задумывается над поисками суррогатной матери. У нее там проблемы какие-то женские, а брату незачем на ней жениться, если она никого не родит. Без нее молоденьких и свежих табун необъезженный. Ты же знаешь, что такое суррогатное материнство? Просто в матку помещают оплодотворенную яйцеклетку, и она там развивается. Как инкубатор – поместили яйцо, а потом вылупился цыпленок. Зато деньги огромные за это дают.
Мне показалось, что кровь замерзла во мне. В ушах зашумело, и я почувствовала себя на грани обморока. Благо мы сидели за столом, и под рукой была бутылка воды.
Руки не слушались, но я кое-как открутила крышку и сделала несколько глотков.
- Ты это серьезно? – едва выговорила я.
- Малыш, я просто озвучил вариант, как люди зарабатывают деньги.
Но я поняла, что озвучил не просто. И еще поняла, как некоторые девчонки оказываются на панели. Вот такие же Захары умоляют один раз переспать с нужным человеком…
Рассказывали девчонки страшилки…
И я представить себе не могла, что такое может когда-нибудь коснуться меня. Пусть не панель, но то, что я сейчас услышала, было ничуть не лучше. Если не хуже. Хотя о чем я?! Отвратительно и то, и другое. А самое отвратительное – мой парень, вернее, жених, собирается очередной раз решить свои проблемы за мой счет.
Трудности трудностями, но я и так вляпалась в непосильный кредит, который моими подработками никак не покрыть.
Я высвободилась из объятий Захара.
- Мы сегодня еще не съезжаем? – как я ни пыталась держать себя в руках, голос все равно дрогнул. – Я прогуляюсь. Что-то у меня голова разболелась.
Обычно меня огорчало, когда Захар не находил на меня время. Сейчас я была рада, что он не пошел со мной, потому что мысли требовали порядка. И принятия решения.
Я вышла на улицу, и как назло, мне попадались счастливые парочки, беззаботно улыбающиеся друг другу. И я поймала себя на мысли, что меня не радует чужое счастье. Вместо того, чтоб почувствовать умиление или хотя бы в душе ощутить тепло, я еще больше расстраивалась.
Что со мной не так?
Почему я выступаю в роли маленького покорного ослика, который безропотно тащит огромную тележку? Почему я должна что-то решать? Вспомнилась классическая фраза: «Я девочка. Я не хочу ничего решать. Я хочу платьице и на морюшко!»
Хотя мне никогда не удавалось побыть вот такой девочкой - девочкой. У меня всегда был план на день. Это и уроки, и дополнительные занятия, и домашние дела – от приготовления еды до мытья посуды.
Нет, я не жалуюсь. Бабуля, вместо того, чтоб сидеть на пенсии, зарабатывает деньги. И кто ей поможет, как не я. Но вот тут моя хозяйственность вылезла боком. Скорей всего, Захар меня никогда не любил. Просто я удобная, как многофункциональный робот. И родителям меня можно показать, и по дому все сделано, и не гружу своими проблемами, и смотрю на него, как на ясно солнышко.
В моей голове, хоть и гуманитарно устроенной, начали складываться два и два. Но пока что точной цифры не получалось. Как утопающий за соломинку, я цеплялась за свою любовь, за ласковые слова Захара, от которых во мне словно зажигались праздничные гирлянды. В конце концов, он мой первый мужчина, и я надеялась, что он станет единственным, потому что я не представляла себя в роли бабочки, порхающей с одного цветочного пестика на другой.
И тут же голос рассудка, который начал заявлять о себе все громче и громче, начал приводить факты. И они были не в пользу Захара.