Кот в бегах (СИ)

— Да мы её совратить пытаемся уже двести лет. — Схватился за голову демон. — Пока её окружает эта аура святости, её невозможно склонить к сексу насильно. А сама она дура на него не соглашается. И что мне теперь с ней делать? У меня и так голова болит из-за того, что я не могу осквернить Эрадора. А тут ещё и это. А ведь такой был прекрасный шанс избавиться от этой девки.
— Что за Эрадор? — Поинтересовался я, чтобы перевести внимание демона на отвлечённую тему.
— Это жрец Йог-Сототха. Святой герой! Мы его уже пятьдесят лет пытаемся превратить в демона, но тот всё никак не соглашается отказаться от своих идей добра и справедливости.
— Справедливости? — Удивился я. — Если он поборник справедливости, то его легко можно превратить в безумного мясника, убивающего людей ради прихоти.
— Да? И как же это сделать? Давай, расскажи мне. Этот тип настолько упёртый, что его ничто не берёт.
— Эх вы, темнота. — Покачал я головой. — Всё просто. Сажаешь этого святого в комнату с односторонним зеркалом, и размещаешь перед ним пульт с двумя кнопками. А за стеклом в соседней комнате собираешь две группы людей. В одной должны быть невинные люди, а в другой один грешник, упивающийся страданиями других. И даёшь этому святому выбор. Если он нажмёт на одну кнопку, то умрёт грешник, а невинные люди выживут и гарантированно проживут комфортную жизнь. Нажмёт на другую — грешник выживет, а невинные умрут. Не нажмёт ни на одну из кнопок, и тогда умрут обе группы.
— А дальше? — Демон скептически посмотрел на меня, но в руках он держал блокнот, в который записывал мои инструкции.
— А дальше даёшь ему привыкнуть к роли судьи. И всегда должно быть так, что в одной группе только хорошие люди, а во второй только подонки. Как он освоится и войдёт в ритм такой жизни, нужно будет в группу преступников поместить одного невинного человека. И тут ему придётся решать: убить одного невинного, сделав «правильный» выбор, или убить всех, не сделав выбора вообще. Если он стремится спасать людей, то выберет убийство одного невинного человека, чтобы покарать десяток преступников и спасти сотню невинных. Ну а дальше нужно будет постепенно сводить разницу между двумя группами на нет, пока этот святой не привыкнет мочить одних, чтобы спасать других.
Я на секунду прервался, наблюдая за девственницей, что смотрела на меня с ужасом в глазах. Да-да, вот такое я зло воплоти.
— Когда этот этап будет пройдён, нужно будет заставить подопытного лично убивать людей из одной группы, а не просто нажимать на кнопку. Потом можно отправить его «судить» людей по принципу, что из сотни человек нужно выбрать и замочить пятьдесят, иначе вы уничтожите всю сотню. А самое главное, вы не должны делать попыток как-то обмануть этого Эрадора или хитрить с ним. Честность — вот самое страшное оружие. Дальше нужно заставить его делать выбор при условии равнозначности вариантов, если один выбор даёт ему какие-то личные послабления и преимущества. В общем, таким образом постепенно шаг за шагом нужно развращать этого святого, давая ему власть и возможность творить всё, что ему вздумается. И через сотню лет у вас будет мясник, убивающий людей, даже не задумываясь об этом.
— Так-так-так, сейчас проверим. — Вдохновился демон. — Я отправлю Эрадора в мир с ускоренным течением времени и организую всё так, как ты сказал. И уже через несколько часов мы узнаем, что из этого выйдет.
— Окей. — Безразлично кивнул я, прицениваясь в девственнице. Не пропадать же добру. — А ей я займусь лично.
Следующие три часа я сидел в обществе прекрасной обнажённой эльфийки, лаская её тело всеми возможными способами. Та же стоически терпела, одновременно разговаривая со мной на отвлечённые темы. Изучая этот экземпляр, я выяснил, что окружающая её «аура святости» предотвращает проявление инстинктов тела выше определённого уровня. Другими словами, эта святая не могла предаться пороку и разврату, потому что почти не ощущала сексуального влечения. По сути, это была фригидность, которая в сочетании с божественной красотой девушки заставляла почувствовать, что такой прекрасный цветок пропадает зря.
 
Но самым интересным моментом было происхождение этого «благословения». Девушка верила в какого-то бога, и выделяемая ей Бахионь шла на поддержание заклинания. В результате, пока её вера была сильна, сознание нельзя было «осквернить». А самое главное, примерно половина вырабатываемой Бахиони отправлялось к тому богу, в которого она верила. По большому счёту, эта святая девственница не имела реальной свободы воли. Её вера была следствием работы благословения, которое и поддерживалось этой верой. В результате, получался стабильный источник Бахиони, не требующий приложения постоянных усилий по промыванию мозгов.
Но был в этой совершенной системе изъян. Дело было в том, что бога, которому эта эльфийка поклонялась, она ни разу в глаза не видела. По сути, поклонялась она всего лишь словам, которые ей вдолбили в голову во время обучения в храме. Образ в её голове был достаточно абстрактным, но вместе с тем, он точно идентифицировал получателя Бахиони.
Вот только энергия веры вырабатывалась душой, а понимание того, кому она поклоняется, работало на уровне астрала. В результате, я смог немного вмешаться в её сознание, заменив образ бога на свой. Девушка даже не поняла, что в её сознании что-то изменилось. Просто она внезапно осознала, что я и есть тот бог, которому она поклоняется. А поскольку моя воля была для неё Абсолютом, то она тут же ответила на мои ласки, возбудилась и погрузилась в страсть.
Когда Нарскруджак вернулся ко мне и увидел, как «святая девственница» страстно отдаётся мне, у него челюсть отвисла. Полагаю, ему не хватало наглости, чтобы заменить образ Бога в сознании жертвы своим. Ведь Йог-Сототху это могло не понравиться. Мне же было плевать на всех этих богов, насколько бы могущественными они ни были.
— Ты… ты… ты просто демон. — Заявил демон, глядя на меня с завистью. — Ты совратил святую девственницу, а следуя твоим инструкциям я смог сделать из Эрадора настоящего маньяка. Я уже отправил его в дар его богу. Путь обрадуется.
— А с девушкой что будет? — Поинтересовался я. Эльфийка настолько погрузилась в пучину страсти, что вообще не реагировала на окружающий мир.
— А её мы сделаем воплощением похоти и отправим эмиссаром в мир эльфов. — Восхищённо ответил демон. — Тут даже ничего переделывать не придётся. А то эти зазнайки вымирать надумали. Не хотят падлы заниматься сексом и всё. А то, что они нужны для исполнения планов Азатота их вообще не колышет.
Через пару часов, окончательно удовлетворив эльфийку, я отправился на поиски Нарскруджака. Тот нашёлся в соседнем помещении, о чём-то разговаривая с душами, что горели в огне. Видимо, это был какой-то персональный ад. А может, наоборот, курорт, потому что боль от этого огня не шла ни в какое сравнение с Давилкой.
— Ну что, она уже готова? — Поинтересовался демон.
— Да, развращена полностью. — Кивнул я в ответ.
— Что ж, хорошо. Теперь я уверен в твоей квалификации. У тебя есть все шансы исполнить волю Шабниггурата. У него в последнее время прямо серия неудач в игре, так что способная игровая фигура не помешает.
Мы прошли по подземельям, вышли обратно в мир, где небеса пожирали мироздание, и там нашли того самого демона, что отводил меня к Азатоту.
— Говоришь, он готов? — С сомнением посмотрел на меня Шабниггурат, выслушав отчёт Нарскруджака. — Ладно, твоим словам можно доверять. Иди сюда, Читер. Буду на тебя маскировку ставить.
Я подошёл к демону, тот протянул ко мне свою длань и использовал какую-то хитрую магию. В результате, меня всего скрутило, сплющило, и я почувствовал, как все мои «хвосты» оказались полностью заблокированы. Если бы мой кристалл Вритрас сам не являлся источником пси-энергии, то я сдох бы прямо на месте. Впрочем, в этом мире смерть не была серьёзной проблемой. Тут полно было всяких злобных духов и привидений, которые существовали и без физического тела.