Попаданец. Чужая империя (СИ)

— Хорошая здесь вентиляция, — произнёс я. — Интересно, как организовали? Мы так глубоко под землёй.
— На всё воля Валуна, — ответила девушка бесцветным голосом, протягивая мне белые штаны и рубаху. — Нам не пристало задавать глупые вопросы.
— А что тут глупого? — возмутился я. — Одежду менять не буду, кстати. Мне и в моей вполне комфортно.
Послушники синхронно побледнели. Да уж, ну у них тут и порядки!
  
— Брат, переоденься, — попросил парень, и в голосе его был неподдельный страх. — Не то нас опять будут учить голодом.
— Ну, так то — вас, — ответил я. — Я не подписывался на послушание. Поеду на Валаам и точка.
Парень с девушкой опять переглянулись. У юноши задрожали губы, а его подруга и вовсе была готова разреветься. Он выразительно посмотрел на неё и кивнул.
— Хочешь, я помогу тебе расслабиться? — предложила дамочка. — Я умею быть благодарна! Вовек не забудешь меня, брат. Только делай то, что они велят. Пожалуйста.
Я закатил глаза — и это не было напускным. До какого же дна должен пасть человек, чтобы вот так унижаться?! Предлагать себя совершенно незнакомому мужчине. Ещё и лет на десять старше! Мне стало жалко девушку. И парня. А заодно и себя.
— Ладно, переоденусь, — сказал я. — И не надо меня ублажать, это же низко! Переоденусь, при одном условии. Мою гражданскую одежду попрошу не выбрасывать!
— Но если магистр узнает… Или мастер… — прошептала девушка.
— Я беру все риски на себя, — ответил ей. — Вещи будут храниться у меня в комнате. И баста. Как вас зовут хоть?
— Послушница Алевтина, — сказала девушка.
— Послушник Анджей, — произнёс парень.
— Вот что, братья и сёстры… — начал я. — Оставьте меня ненадолго. Я бы хотел помыться и не только. Хорошо?
Вода в душевой оказалась тёплой — и то ладно, что не ледяной. А то после голого матраса на полу я уже был готов и к другим прелестям аскезы. Быть может, логика в этом и была. Если маги сразу пересядут в роскошные «Мерседесы», могут и чувство меры потерять. Я с удовольствием вымылся и, уж простите за подробности, впервые за долгое время воспользовался туалетом.
Внимательно осмотрел себя в зеркале. От ударов Красного остались ссадины и ушибы. Я решил не тратить свою энергию на их лечение — само заживёт. Выраженной боли в области рёбер я не ощущал: не было затруднений дыхания, болезненности при прикосновениях. Конечно, это ни о чём не говорит: перелом мог дать знать о себе позже.
После душа я почувствовал себя человеком. Мало же для счастья надо! Освежённый, облачился в белые штаны и рубашку. Ничего не скажу: роба была удобной и тёплой. И всё же, носить её не хотелось. Свои брюки, рубашку и кофту я спрятал под матрасом. Жаль, что не было какого-нибудь пакета, но в этом мире я пока их в целом не видел.
Новых товарищей я обнаружил в одной из келий. Они просто сидели на матрасе и молчали. Алевтина вызывала у меня острое желание её защитить. Такая маленькая, хрупкая, слабенькая. А вот Анджей выглядел просто затравленным. Неужели они тут не умеют отстаивать свои права?
— Ну, ведите, брат и сестра, — сказал я с ухмылкой, но юные маги иронии не поняли.
Я был рад, что активная фаза моих приключений подошла к концу. Уж лучше пожить в таких условиях, чем бесконечно переживать… Чем убегать, прятаться. Интересно, какую должность мне дадут антимаги? Может, врача в их больнице? 
  
Глава 51. Первое задание
 
Анджей и Алевтина отвели меня на ещё один уровень вверх. Сначала юные маги показали мне учебные классы. Да-да, были тут и такие! Каждое помещение было сферической формы. Интересно, кто и чему учит их здесь? Затем мы пришли в столовую. В отличие от аскетичной обстановки келий, здесь оказались хорошие деревянные столы и мягкие стулья.
Я умирал от голода. Большой стол уже был накрыт. Во главе стола сидел Бесстужев, а по бокам от него — Красный и Синий. На них были те же самые непонятные наряды. Вся тройка воззрилась на нас. Анджей и Алевтина снова низко поклонились. А я не стал — и ничего мне за это не было.
— К столу, — разрешил Григорий.
Я сел подальше от своих новых наставников. Никакого желания с ними общаться у меня не было. Я принялся смотреть, что можно поесть. Ужин оказался на редкость простым и незатейливым. В большой чаше был рис с овощами. Рядом — какие-то палочки, судя по всему, куриные. Да уж, это вам не купеческий ланч в «Республике»! Ещё тут были бутерброды.
Я жадно набросился на еду. Анджей и Алевтина старались делать вид, что не голодны, но получалось плохо. Сразу ясно, что кормили их плохо. Григорий с улыбкой смотрел, как мы утоляем голод.
— Послушники, — сказал он. — Как успехи?
— Всё прекрасно, великий магистр, — ответил Анджей. — Мой источник значительно расширился. Уверен, что скоро смогу быть полезным.
— Я учусь женской магии, — произнесла Алевтина. — Чтобы очаровывать наших врагов.
— Не чувствую на себе твоих чар, — буркнул Григорий. — Не забывай, что ты должна полностью отказаться от своей личности. Делать то, что повелят. Как повелят. Сколько повелят.
Девушка потупила глаза. После таких слов у меня кусок в горло не лез. Почему он относится к девушке, как к объекту? Хотя чего там, не только к девушке… Вообще ко всему.
— Семён, тебя приняли? — спросил Григорий.
— Ага, — буркнул я. — Что-то условия спартанские. Как будто на строгом режиме.
— Мы должны стоять за веру, — патетически произнёс Бесстужев. — За царицу. За отечество. Остальное — вторично.
— Но почему? — спросил я. — Вот к чему это всё? Дворянство. Порки простых людей. Все ведь должны быть равны!
Алевтин и Анджей синхронно перестали есть. Склонили головы. Красный посмотрел на меня с каким-то сладострастным выражением на лице. Синий лишь неодобрительно покачал головой. Опять я что-то не то сказал? Вопреки моим ожиданиям, Григорий лишь улыбнулся.
— Сказки про равность — это всего лишь завеса, — сказал он. — Всюду так, как в России. Возьмём Соединённые Государства Америки. Огромная страна. Занимает целый континент, да ещё и Карибский бассейн в придачу. В их главном законе сказано о демократии. О равенстве, всеобщности. И что ты думаешь? Там власть якобы сосредоточена в руках президента. Есть ещё Сенат и Палата представителей. Якобы.
— Я знаю, — ответил. — Они ведь постоянно выбирают новые лица. Постоянно!
— Именно — лица, — кивнул Бесстужев. — Вот был бы ты, Семён, не подданным императрицы, а гражданином СГА. Смог бы ты стать президентом? Или хотя бы сенатором? Никогда! Результат выборов определён всегда. Как минимум на пятьдесят процентов. Две крупнейшие партии делят власть и никогда не допустят к неё простолюдина.
— Ну хоть бы и так! — парировал я. — Разве лучше, что здесь у вас творится? Царица…
— Ты просто ещё не понял своей роли, — ответил Григорий. — После послушания ты обретёшь огромную силу. Настоящую власть. Ежели на тебя так довлеет мирское — мы тебе дадим. И дом. И слугу. И автомобиль. Тебе понравился «Мерседес»? Он будет твоим.
Я призадумался. Оказывается, этот Григорий может быть весьма тактичным и дипломатичным. Если захочет. Да, он очень тонко понял, что материальные блага имеют для меня значение. Но — какой ценой? В подземелье было прохладно, у меня стали мёрзнуть пальцы ног. Надо будет попросить шерстяные носки.
— Теперь моя очередь задавать вопросы, — сказал я. — Вы ж меня приняли в свой орден. У меня остались белые пятна.
Бесстужев сморщился. Синий рассмеялся и сказал что-то вроде — «Вот он, отобранный!» Красный опять сделал недовольное лицо.
— Ладно, — ответил Григорий. — Но только в самых общих чертах. Ты ещё не принял таинство, а потому некоторые вещи пока знать не можешь.
  
— Откуда вы знали, что я появлюсь на свалке?
— Карты, — объяснил Григорий. — Они позволяют видеть мне прошлое и будущее. Снова и снова выпадал расклад. Нищий в навозной куче. Я сразу понял, что речь идёт о Её Величества экспериментальной переработке мусора. Ибо нищие — именно там.