Корпорация попаданцев 2 (СИ)
— Максим, ты этого пока не заметил, — сказал Шишок, — В межмирье время течет намного медленнее. А в более глубоких слоях оно вообще будто замирает. Ты можешь бродить по межмирью целые сутки, а окажется, что прошло всего несколько минут, а то и секунд.
— Что-то я разницы пока не заметил. Мы же тогда следили за стаей хрипунов, от которой прятались. Если здесь время течет медленнее, они должны были казаться будто в замедленной съемке.
— Здесь нет противоречия, — пояснил Шишок, — Вы тогда стояли возле валуна. Можно сказать на границе межмирья. У валуна разницы в течении времени почти нет.
И даже несмотря на замедленное течение времени в межмирье, на лицевую сторону Попадоса добрались только в десятом часу, и обнаружили за столиком Додю, забивающим данные в артефакт.
— Додя, ты что все еще работаешь? — поразилась Катя.
— Мне еще сто пятьдесят позиций осталось, — озабоченно сообщил Додя.
— Так иди домой, отдыхай. Завтра доделаешь.
— Не, я еще посижу… Кать, только заплатите за мой чай. А то у меня денег нет почти.
Мы с Катей устыдились одновременно. Вообще-то именно Додя подогнал нам клиента в лице Прилипа Фарфорова. Нынешний заказ от профанушек тоже пришел через его сервис. Заплатили Матвеичу за Додю, а заодно перегнали самому Доде на счет пятьдесят тысяч. По-хорошему, надо было больше, но после сегодняшних трат у нас самих на счету денег осталось немного.
Додя и этим деньгам обрадовался неимоверно.
— Пятьдесят косарей, — воскликнул он радостно, когда услышал пиликнувшее оповещение, а затем увидел смс из банка.
— Додя, мы тебе больше должны, — сказала Катя, — Сейчас просто с деньгами напряжёнка.
Пересев в машину, решили, что пора затариться продуктами. Лично мой холодильник давно опустел, и статус кормовой базы поддерживает только за счет морозилки, где еще имеется небольшой запас пельменей.
Бродя между прилавками, мы с Катей одновременно поймали себя на мысли, что думаем не столько о том, что купить домой, сколько о том, как еще расширить наш ассортимент.
— Я так понимаю, уже завтра Додя доделает интренет магазин для условий без интернета.
— Угу. Макс, как думаешь, всякие печенюшки, баранки, конфетки стоит закупить?
— Почему нет. Как минимум пробную партию взять надо. Эх… был бы у нас там холодильник, можно было бы добавить замороженное мясо, курятину и рыбу.
— И мороженное, — добавила Катя, — Наше мороженное вне конкуренции.
— И вообще всякую молочку: сметану, творог, масло, йогурты.
— Надо поговорить с Пантелеем. Наверняка у него есть артефакты магии льда. Мы бы эти артефакты сами заряжали, чтоб он на батарейки не тратился.
— Идея отличная. Надо поговорить.
— Как думаешь, Макс, нам еще нужно название для нашего магазина. Есть идеи?
— Зефир.
— Чего?
— Да вот смотрю зефир в шоколаде. Свежий.
— Макс, я про название. Хотя… зефир в шоколаде название хорошее.
— Не, надо чтобы в одно слово. Краткое. Чтоб было просто выговорить.
— Тогда просто «зефир».
— Или еще короче. Эфир.
— А что, мне нравится, — одобрила Катя, — Для интернет магазина название самое то: где взял? — В эфире!
— А кроме того эфиром философы исходно называли среду, обладающую силой воздействия, и при этом не имеющую вещественности. Для магического мира название подходящее.
— Тогда решено. Будем работать под торговой маркой «эфир».
Мы с Катей торжественно пожали друг-другу руки, ибо название — это важно. Как вы лодку назовете, так она и поплывет. Проходящие мимо покупатели, толкая перед собой продуктовые тележки, глядели на нас и прятали усмешки.
— Чего они на нас пялятся? — спросила Катя.
— Понятия не имею. Наверно, думают, что мы о чем-то поспорили на бутылку коньяку.
— Почему на бутылку? — не поняла Катя.
— Потому что мы с тобой стоим у стеллажа с дорогим коньяком.
— Что, предлагаешь взять? — Катя хитро прищурилась, — Так-то поводов хватает. Патент на торговлю. Открытие склада. Название для торговой марки.
— А еще не забывай про хранилище магической силы. Мы сделали первый шаг на пути становления настоящими магами.
— Макс, давай только возьмем маленькую бутылку. Завтра трудный день. Завтра свадьба.
— Про свадьбу я помню.
— Совет вам, да любовь, — с готовностью отозвалась старушка в платочке, услышавшая последние слова, — Какая приятная пара. Счастья вам… детишек вам…
Мы с Катей рассмеялись. Схватили с полки чекушку армянского трехзвездочного и двинулись к кассе.
Глава 9
Готовить совершенно не хотелось, потому что домой вернулись в двенадцатом часу. А выставленная на моем столе чекушка коньяку совершенно не располагала к домашнему труду. Мы нарезали копченой колбасы, твердого сыра. Открыли банку оливок. Нарезали хлеба. В качестве закуски пойдёт.
— По маленькой, — предупредил я, налив нам с Катей по чуть-чуть, — А то пить ты совсем не умеешь.
Правда, по чуть-чуть не вышло, потому что рюмок у нас нет, а в кружку сколько ни плесни, будет казаться, что чуть-чуть.
— Вот ты и научишь, — сказала Катя, подняв свою кружку.
— Ну тогда за магию, за бизнес и за-а…
— И за магический бизнес. За эфир, одним словом.
Мы выпили за эфир и сразу кинулись закусывать, потому что за день здорово оголодали.
— Кать, ты специально набрала продуктов, которые можно хранить без холодильника? — спросил я, накладывая на хлеб ломтики колбасы и сыра.
— Коньяк ты сам взял, — напомнила Катя, подразумевая, что ему холодильник точно не нужен, — Наливай еще.
— Забыли спросить у Пантелея, можно ли торговать спиртным в городе Солнца, — проговорил я, наливая еще по чуть-чуть.
— Помедленнее пожалс-ста, я запи-у-сывау, — Катя достала блокнотик, и, поправив указательным пальцем воображаемые очки, вписала туда слово «коньяк» чуть ниже муки, круп и макарон, — Мне уже не терпится узнать, как сегодня расторговался Пантелей… Макс, тебе не кажется, что мы продешевили? Сделали для Пантелея слишком маленькую наценку?
— Не, не кажется. Пусть торгует. Если он этой торговлей полностью отобьёт стоимость аренды склада, мы избавимся от бремени ежемесячных трат. Все, что наторгует наш интернет-магазин, пойдёт нам в прибыль.
— Сам Пантелей считает, что никто не будет платить вперед и ждать заказ.
— Он просто не знаком с оборотами сетевых маркет-плейсов. В городе Солнца все по-старинке.
— Ну тогда за маркет-плейсы.
Мы выпили, а потом я налил еще. Не хотел накидываться, но на голодный желудок Катю всё-таки развезло.
— Кать, тебе хватит, пожалуй. А то завтра тебя не собрать.
— Ты прав. Пойду-ка я умоюсь.
Она ушла к себе, а я еще посидел за столом, гипнотизируя ополовиненную чекушку. Решив, что оставлять немногим больше ста грамм недопитыми, это не по-пацански, вылил остатки в свою кружку. Получилось вовсе не чуть-чуть. Ну и ладно. Вспомню студенчество. Вылакал, не поморщившись, заел оливкой и завалился спать.
Будила меня Катя, стучась в мою дверь. Проснулся с ощущением наждачного горла. Не знал, что коньяк так сушит. Поплелся открывать.
— У-у, Макс. Это кто из нас пить не умеет?
— Да ладно, добил сто пятьдесят. Умоюсь, буду огурцом.
— Умывайся и приходи на омлет.
После водных процедур и завтрака почувствовал себя сносно, но за руль Катя меня не пустила.
— Ты сегодня будешь носить позорное звание «пассажир», — сказала она с усмешкой, — Грузись в машину. Додя мне весь телефон смс-ми заспамил. Вот уж не знала, что наш сын царя такой неистовый изобретатель.
— Ай эм зе пасенджер ту-ру-ру-ру энд ай райд энд райд ту-ру-ру-ру…
— Макс, я не против твоего вокала, но стекла запотевают, — перебила меня Катя.
Я вздохнул, открыл форточку и дальше ехал молча, только поинтересовался, когда подъезжали к Попадосу:
— Кать, свадьба во сколько?
— В три часа. Времени еще вагон.
Додя нас уже встречал. Артефакт накопитель размером с подкову он держал так, будто тот горячий. Постоянно перекладывал из одной руки в другую и совал то мне, то Кате.