Неправильный лекарь. Том 3 (СИ)

— Ну вот, а ты говоришь, что нет дырочки, — он довольно улыбался, как кот незаметно и безнаказанно укравший сметану. Радовался, что хоть в чём-то меня переплюнул. Убрал ладонь и ткнул пальцем в определённую точку. — Она здесь, смотри ещё раз.
Я положил ладонь на то место, которое он указал и начал его более детально сканировать, теперь уже тонким пучком. Бесполезно. Что-то на мгновенье мелькнуло и на том всё, я даже не успел сфокусироваться. Юдин снова положил свою руку сверху и предложил повторить сканирование ещё раз.
— Ты когда проверяешь, что там где, почему не меняешь спектр? Это ведь тебе не почка.
— В смысле спектр? — удивился я. В этот момент вошёл Корсаков. — Здравствуйте, Борис Владимирович! Нам очень повезло, что вы сегодня работаете. У парня перитонит, будем оперировать.
— Да погоди ты оперировать! — раздражённо брякнул Юдин. Пробуй сканировать ещё раз!
Это прозвучало, как приказ, которому я решил подчиниться. Он пояснил мне, что надо сделать с лучом, чтобы лучше видеть. Сначала у меня не получалось. Илья выдавал новые инструкции по ходу пьесы и через несколько минут мытарств я наконец увидел эту чёртову дырочку. Там всего делов-то, а уже столько проблем устроила. Я смог её заживить меньше, чем через минуту.
— Так, ну допустим, рану кишки нашли и устранили, — начал я размышлять вслух. — Но ведь перитонит-то остался, надо оперировать.
— Не надо оперировать, — с нажимом и чуть ли не по слогам сказал Илья.
— Как так, не надо? — возмутился я, моё терпение медленно приближалось к точке кипения. — Гной и излившееся кишечное содержимое из брюшной полости надо убрать, всё промыть, поставить дренаж и зашить рану.
— Опять ты за своё! — шлёпнул себя по лбу Юдин.
— Тогда хватит загадок! — уже повышенным тоном сказал я. Ещё немного, и я этому сказочнику и любителю загадок леща дам, познает прелести рыбалки. — Говори, что там у тебя на уме, пока я тебе больно не сделал.
— Ой прям боюсь-боюсь! — хихикнул Илья, но встретившись со мной взглядом сразу сошёл с лица и сделал шаг в сторону, чтобы я до него не дотянулся. — Ну ладно, не нервничай, сейчас объясню всё.
Я уже не стал ему говорить, что ничто так не бесит, как фраза «не нервничай».
— Вот сейчас мы как раз испытаем твой дар в его классическом проявлении, — начал он, с опаской поглядывая на меня. — Это всё можно убрать и привести в порядок двумя способами. Первый — тот, который ты предлагал, но так делают только знахари в лечебницах для бедных. Лекари просто заливают очаг воспаления потоком магии, а не тонким пучком, в этих условиях он не сработает. Или ты будешь делать это всё до самого вечера.
— Ясно, — кивнул я, потихоньку остывая. — Так бы сразу и сказал, а то водишь за нос.
— Я думал, что ты знаешь, — пожал он плечами.
— Наверно знал когда-то, — буркнул я и снова положил ладонь на живот дуэлянта.
В общем и целом-то я понял, но уже порядком отвык это делать именно так. А точнее и привыкнуть особо не успел. На всякий случай на пару минут погрузился в глубокую медитацию прямо стоя, напитывая ядро до предела. Ну что, Саня, с Богом! Усилием воли я усердно собирал потоки магической энергии со всего тела, даже с мизинцев на ногах. Потом по центральному протоку перенаправил в левую руку, дополнительно подпитывая запасами ядра. На мой взгляд поток получился достаточно мощный. Подобного я пару недель ранее сделать не смог бы.
Казалось, ещё чуток поднажми и рука начнёт светиться. Результата я пока увидеть не мог, сначала просто лил очищающий поток энергии жизни по всему левому флангу живота. Отдельный акцент нижней части и тазу, куда всё стекало пока пациент находился в вертикальном положении. Одновременно старался следить за наполнением ядра, которое стремительно пустело. И почему я раньше не догадался заглядывать туда на ходу? Несколько раз мог бы избежать истощения.
Когда запас энергии в ядре достиг критической точки, я резко остановил поток и усилием воли быстро распределил остаток энергии равномерно по всем протокам, оставив в ядре самую малость. Когда открыл глаза, меня не штормило, не шатало, никаких тёмных кругов перед глазами. Лишь небольшая слабость. Ну вот, можем же, когда захотим.
  
— Илюх, проверь что там лучше ты, — сказал я, убирая руку и отходя назад. — На сканирование меня уже точно не хватит. Свет, принеси пожалуйста кофе на всех, возьмём небольшой перерыв.
— Во раскомандовался! — сказал Юдин со странным выражением восторга на лице. — Сейчас проверим, что ты там наколдовал.
— Рогаликов взять? — спросила Света, уже стоя на пороге.
— И не только, — улыбнулся я, — спасибо!
Юдин приложил ладонь к животу пациента и начал сканировать. Я с нетерпением ждал его вердикта. Ждать пришлось недолго.
— Очень даже неплохо, — ухмыльнулся Илья. — Я думал, что мне половину работы придётся переделывать, а тут совсем чуть-чуть осталось.
— Где хоть, ткни пальцем, — я подошёл ближе. Интересно, где же я что пропустил.
— Вот тут, — он ткнул на границе средней и нижней трети брюшной стенки сантиметров на пять левее белой линии живота. — Небольшой затёк над брыжейкой сигмовидки. Не переживай, я сейчас уберу, ты и так дофига сделал, я тебе уже завидовать начинаю. Буду теперь также ядром заниматься, как и ты. И помни, ты мне книгу обещал!
— Да помню я, помню, — вздохнул я, потому что на самом деле уже забыл.
— То-то же, — хмыкнул Илья и начал вливать поток энергии в оставшийся очаг воспаления. — Ну вот и всё. Если ты немного отошёл, можешь теперь сам просканировать.
— Давай гляну, — ответил я. Пока стоял времени даром не терял, медитировал, но без глубокого погружения. — Надеюсь, что этого хватит.
Я снова перепроверил всё. Везде чисто. А вот теперь хрен его знает, может Юдин придумал этот затёк? Теперь уже правильный ответ и не узнаешь.
Света пришла с целым подносом, на котором красовался кофейник и четыре чашки, пара внушительного размера тарелок с разнообразной дурманяще пахнущей выпечкой. На мой удивлённый взгляд она пожала плечами.
— Маменька ваша в коридоре встретилась, спросила, как дела, потом обеспечила вот эти всем.
— Принято, — одобрил я. — Ставь на стол, давайте перекусим. Там в коридоре есть кто?
— Два человека сидят по бокам от двери, ответила Света, расставляя на столе содержимое подноса. — В крови и бинтах никого нет, подождут немного.
— Согласен, — кивнул я. — Сытый лекарь — добрый лекарь. Так что получается это в их же интересах. Борис Владимирович, вы присоединитесь? Здесь на всех хватит.
— Нет, ребята, спасибо за предложение, но я позавтракал хорошо, скоро обед, да и организм мой не настолько молод, чтобы есть ватрушки и не думать о весе.
— Ну, я предлагал, решение за вами.
Гораздо приятнее восстанавливаться после серьёзной нагрузки, когда в твой организм кроме магической энергии одновременно вливается поток таких вредных, но таких вкусных калорий! Сейчас все эти вкусняшки самое то, в бока точно не отложатся. Когда я потянулся за вторым эклером с кремовой начинкой, в кармане зазвонил телефон. Я сначала не хотел брать его в руки, но звонивший был очень настойчив. Запив эклер смачным глотком кофе, я достал телефон и посмотрел на экран. Это оказался секретарь Обухова. Какого ляда ему надо от меня в субботу? Неужели мне дадут добро?
— Слушаю вас, — ответил я, косясь на стремительно исчезающую с тарелки выпечку. Юдин справлялся один за двоих и не собирался останавливаться.
— Александр Петрович, — начал секретарь, прокашлялся, потом продолжил. — Степан Митрофанович поручил мне вас разыскать и доставить к нему в кабинет. Не будете ли вы столь любезны и сами придёте сюда, у меня и так слишком много дел для субботы, чтобы доставлять вас лично.
— Ого, даже так! — вскинул я брови, что очень заинтересовало и Юдина, и медсестру. — Насколько это терпит? А то у меня ещё несколько пациентов осталось.
— Ближайшие четыре часа он точно пробудет на работе, это уже проверено годами. Но, на вашем месте я бы сильно не затягивал. Очень надеюсь на вашу сознательность и жду с ещё большим нетерпением, чем сам Степан Митрофанович, — слащавым подхалимским голосом произнёс это всё секретарь и, не дожидаясь ответа, положил трубку.