Я, рейнджер (СИ)
Совет я оценил в полной мере, едва только ступил на газон. У нас в Академии была комната отдыха, и там был постелен палас с искусственной травой. Стоптанный тысячами ног и выцветший от времени, он все равно ощущался довольно приятно под босыми ступнями, но то, что я ощутил, ступив в настоящую мягкую зелень, было просто невозможно передать словами.
Первое — тепло от земли. Потом — прохладу капелек воды на стебельках. И наконец сама трава — чуть-чуть колкая и одновременно мягкая.
И тут же что-то несильно, но ощутимо ударилось мне в косточку у основания большого пальца. Я присел на корточки, чтобы разглядеть причину происшествия, и тут мне на палец прыгнул кузнечик.
Самый настоящий, с крохотными колючками на лапках и смешно выпученными глазами. Кузнечик посидел на мне секунду, а потом резко оттолкнулся и скрылся в траве.
— Прежде чем покорять новые миры, стоило бы исследовать собственный, да? — с улыбкой протянул Стиг-Рой.
Он закатал штанины комбинезона по самые колени, надел невесть откуда взявшиеся солнечные очки, и теперь выглядел как какая-то кинозвезда на отдыхе.
— Пока в камнях не померзнешь, не поймешь, как это круто — солнечный свет и трава, — я осторожно переступил по траве, а потом махнул ногой, сбивая росу. Прочь от меня россыпью бросились кузнечики, как звездные осколки после взрыва сверхновой. — Весна — твое любимое время года? — поинтересовался, глядя на хрупкую и недолговечную красоту цветущих деревьев.
Вместо того, чтобы согласно кивнуть, Стиг-Рой вдруг задумался. А потом сел прямо на газон и сорвал травинку.
— А твое? — ответил он затем вопросом на вопрос. — Даже спрошу иначе: много времен года ты помнишь?
Я на секунду опешил, а потом понял, к чему он клонит: на Земле я прожил так мало, что ничего особо любимого у меня не было. Видимо, и Стиг-Рой провел здесь не так уж много времени.
— Мой дом у Светокрыла — это отражение когда-то увиденной красивой картинки, а не какого-то конкретного предпочтения, — продолжил он, видимо, увидев в моих глазах понимание. — С тем же успехом это могло быть бунгало на берегу океана или какое-нибудь ранчо. Но получилось, как получилось, и менять я ничего не стал. Вышло-то неплохо.
— Вышло отлично, — согласился я. Тоже сорвал травинку, растер ее в пальцах, ощущая свежий и одновременно островатый запах, попробовал на вкус — терпко и чуть кисловато. — Поехали дальше? Мне уже интересно, что же за “Аквакосмос” такой, что даже наша строгая леди-водитель одобрила выбор.
— Да, — Стиг-Рой кивнул. — И вот думаю… Может быть, стоит наконец-то съездить в настоящие горы? — он вопросительно на меня посмотрел.
— Да! — я не колебался ни секунды. — Давай, заказывай эшелон! Пока обедаем — как раз очередь подойдет!
И почти бегом бросился обратно к машине.
* * *“Аквакосмос” оказался рестораном в просто невероятно огромном океанариуме на дне Тихого океана. Вокруг прозрачной капсулы обеденного зала были искусственно сосредоточены все красоты местной флоры и фауны — коралловые рифы, удерживаемые магнитными полями, с косяками рыб и даже — искусственно выведенными карликовыми китами. Вместо обычных исполинских двадцати метров в длину, они были всего три, ну, может, пять и плавали прямо за стеклами, охотясь на подаваемый из специальных помп криль.
Я почти боялся, что Стиг-Роя узнают — поесть нормально точно не дадут. Но в полутьме зала все внимание посетителей было сосредоточено на китах и рыбах, так что мы без труда добрались до своего столика.
— Меню на голопланшетах, чтобы заказать блюдо, коснитесь его изображения, — напутствовала нас дама-метрдотель, одетая в стилизованный под униформу рейнджеров комбинезон. — Желаю хорошо провести время, — и поспешила встретить новых гостей.
К нашему столику подкатил робот-официант. Его манипуляторы ловко разложили приборы, расставили стаканы.
— Природная вода из озера Байкал, — оповестил робот механическим голосом, наливая в стаканы воду из запотевшей бутылки.
Я изумленно моргнул и шепотом поинтересовался:
— А сколько она стоит?..
— Комплемент от заведения, — заученно ответил робот.
— У нас рабочий код, — Стиг-Рой протянул ему запястье с браслетом.
Робот просканировал его, и издал звук одобрения системной программы.
— Рабочий код активен, — сообщил он. — Ваша скидка составляет шестьдесят пять процентов. Хорошего вечера, рейнджер.
— Запиши весь ужин на мой счет, — распорядился Стиг-Рой.
Робот снова просвистел одобрение команды.
— А у меня сколько тогда? — поинтересовался я, когда он укатил. — Процентов десять? Или вообще нету?
— Десять или пять должно быть… Посмотри, — Стиг-Рой кивнул на мой браслет. — У тебя должно было автоматически подгрузиться приложение со всеми бонусами класса.
— Двадцать процентов, — не без гордости сказал я, прошерстив содержимое приложения. — Но только на еду, спиртное мне вообще не продадут до двадцати одного года, — я вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Ну что за несправедливость, а? Спасать кучу народа и открывать новые миры я уже могу, а пить — нет.
Я знаю, Оби-Ван, что напиваться мне и не хотелось — свежая голова всегда лучше замутненной алкоголем. Но пожаловаться на несправедливость мира я же мог?
— Зато тебе должен быть положен приветственный бонус, — заметил Стиг-Рой, кажется, мужественно сдерживая улыбку. — Я узнал об этом месте, когда уже был второго класса, и мне принесли тарелку с морепродуктами. Просто огромную и совершенно бесплатную. Я жевал осьминога, наверное, минут сорок.
— Такой жесткий? — я хмыкнул.
— Нет, такой большой.
На третьем классе, как видимо, решили сэкономить, потому что принесенный очередным роботом бонус уместился на крохотном блюдечке.
— Что это? — спросил я у Стиг-Роя, разглядывая предоставленное мне нечто.
На ледяной подушке лежала какая-то колючая полусфера, причем вниз дном. Внутри этой коричневой чашечки были какие-то оранжевые полоски, а рядом со сферой лежали две пипетки, с чем-то ярко-желтым и густо-коричневым.
— Понятия не имею, — честно ответил Стиг-Рой. — Попробуй, — предложил он. — Пипетки только вылей сверху.
— Что, и колючки жевать? — я оглянулся по сторонам.
На мое счастье, за соседним столиком тоже ели вот такое. Девушка действительно вылила содержимое пипеток в полусферу, а потом ложечкой соскребла вот это желто-оранжевое.
Кажется, это был морепродукт, потому что вкус был морской — с отчетливыми тонами йода и воды. Но помимо этого я ощутил еще и сладость, и маслянистость. Соусы — прежде чем лить их в блюдо, я попробовал по капле — оказались сырым желтком и старым добрым соевым.
— Вроде съедобно, — сказал я, проглотив первую ложечку нежной субстанции. — А у тебя что? — я наконец-то обратил внимание на тарелку, что робот поставил перед Стиг-Роем. Там были какие-то цветы и вроде как ракушки.
— Устрицы, — Стиг-Рой поморщился и подвинул мне свою тарелку. — Попробуй тоже, если хочешь. Я их ненавижу.
А я что? Я попробовал. Уверен, Оби-Ван, что ты во мне не сомневался. Вот только холодные соленые сопли мне не понравились от слова совсем.
— Какая гадость, — скривился я. — Нормальная еда кончается, что ли, что люди вынуждены есть вот это?..
— Не поверишь, но вот это — деликатес, причем жутко дорогой, особенно если выращен в море, а не на фермах, — усмехнулся Стиг-Рой.
— Еще скажи — афродизиак, — хмыкнул я, с отвращением глядя на две нетронутые половинки раковин. — Потому что все очень дорогое и невероятно противное на вкус обязательно повышает потенцию, прямо наказание какое-то.
Стиг-Рой рассмеялся и решительно отставил блюдо с устрицами на край стола. А потом взял планшет с меню, и я поспешил схватиться за свой. Есть хотелось просто жутко.
Глава 29
— Боже, какой кошмар… — я обхватил руками вздувшийся живот. — Я так объелся, что сейчас кого-нибудь рожу.