Чернокнижник и феи (СИ)

– Потом! – процедил Чарльз, неся её по лестнице.
– Что у вас произошло с Эваном?
– Я же сказал: потом! – снова отрезал брат.
Вик замолчала – она знала, что пока Чарльз сам не решит начать разговор, что-то вытянуть из него бесполезно. Пришлось ждать.
Только когда горничная перестала суетиться вокруг Вик, помогая удобно устроиться в кровати, и вышла из спальни, Чарльз, сев в кресло, заговорил:
  
– Хвостик… Ты должна быть очень осторожна.
Вик легко повинилась:
– Прости, я не хотела пугать ни тебя, ни Эвана. Все случилось внезапно. Абсолютно случайно. Ни я, ни Себ не ожидали, что может случиться что-то плохое: набережная была полна народу. Честное слово – все дикая, нелепая случайность. Это служба в полиции, всегда есть вероятность, что что-то случится.
– Этих вероятностей в последнее время слишком много.
Вик пожала плечами:
– С точки зрения преступников, я слабое звено – меня и надо первой выводить из строя. Вчерашнее – вообще странная нелепость.
Глаза Чарльза чуть прищурились:
– Ты уверена, что вчера была случайность?
Вик долго всматривалась в брата:
– Что за… странные вопросы?
Он подался вперед в кресле:
– Хвостик… Ты абсолютно уверена, что это была случайность?
– Конечно! – Она села в постели – разговаривать полулежа было выше её сил. Она не больна. Просто чуть-чуть ранена. – В чем дело?!
Брат пристально смотрел на неё, словно решал: какую часть правды ей сообщать? Только сейчас Вик заметила, насколько он стал похож на отца: коротко стриженные каштановые волосы с явным красным отливом, узкие, как у далеких выходцев из Нерху, глаза, слишком серьезный взгляд и морщинки между бровей, а ведь брат моложе Эвана…
– Чарльз!
Он сухо сообщил:
– Мои агенты на днях узнали, что лер Хейг, граф Игнис Двенадцатый… – он все же сделал паузу, словно не был уверен, а нужно ли это Вики знать? – …на грани разорения, Хвостик. Именно это, считают мои аналитики, и является истинной причиной изгнания Эвана Хейга из рода Игнисов. Не Мюрай, не решение взять под защиту вернийского шпиона, не забота о тебе, как о магине, а разорение. Так твои деньги не утекут из рода Игнисов, ведь формально Хейг – Ренар, а не Игнис… И вот теперь все стало на свои места – и опека, и потакание твоим капризам о службе в полиции, и нападения на тебя, и даже Аквилита… И даже отречение Эвана Хейга от рода. Я думал – он настолько любит тебя, а оказалось все дело в деньгах. А я голову ломал: как можно отказаться от титула и от положения в обществе?! И, заметь, получение должности комиссара, не положенной нерам, легко встраивается в эту схему… Хвостик… Он все еще проклятый лер! А все происходящее вокруг тебя – игра. Смертельная для тебя игра.
Она в первый миг забыла, как дышать. Прежние страхи о ненависти Эвана легко всколыхнулись в памяти от слов брата. Заодно вспомнилось, что она перенесла силовой шторм и теперь не совсем уверена в своих воспоминаниях и чувствах. Губы сжались так сильно, что заболели. А Чарльз как масла подлил в огонь её страхов:
– Я помню – ты боялась Хейга, я был идиот, думая, что знаю его. Лер – всегда лер. От земель, долга и титула не отказываются ради любви, тем более ради жизни какого-то вернийского шпиона. Вчерашнее покушение показало, что Хейги не отказались от своего плана… Будь осторожна – ты мишень, ты богатая мишень, Хвостик. Я отомщу, но для тебя может оказаться поздно.
Вик старательно уверено сказала, заставляя голос звучать четко и твердо:
– Чушь! Полная.
Ей надо уверить в этом не только Чарльза, но и саму себя. Она должна доверять Эвану, она же его любит. А он любит её. Их отношения строятся на доверии, иначе зачем тогда любовь?
– Если бы все было так, как ты намекаешь, то Эван не отрекся бы от рода – просто бы сыграли свадьбу и оплатили долги моим приданым. Ты крупно ошибаешься, Чарли.
Он медленно качнул головой:
– Там такие долги, что и твоим приданым дыру не прикрыть. Документы у Стива – это лакей, приехавший со мной. На самом деле он детектив-ангел. Он будет прикрывать тебя… Хвостик, поверь… Игнисы вот-вот рухнут, и рухнут с таким треском, что Тальма сотрясется.
– Ты. Ошибаешься.
– Очень на это надеюсь.
Вик напомнила:
– Чарли, ты говорил, что Эван твой друг… Помнишь?
Он потер лоб:
– Я так думал ровно до того момента, как узнал о разорении. Вспомни: ты перешла под опеку Хейга. По закону Тальмы в случае опеки опекун имеет право полностью распоряжаться твоими деньгами. И сразу же три покушения в Олфинбурге. Ты поехала в Аквилиту, и чуть не погибла в катакомбах. Ты вышла замуж, и тут же тебя попытались убить. Напомнить, кому достанутся все твои деньги?
Вик снова попыталась убедить себя и брата:
– Чарльз, ты ошибаешься. Меня вчера не хотели убить.
– Но чуть не убили. И… – он криво улыбнулся: – Не хотели убить – это тебе Хейг сказал?
– Хейга в этом доме нет! – яростно оборвала брата Вик. – Здесь нет Хейга. Есть Эван Ренар!
– Которому не надо будет покрывать долги Игнисов, потому что он уже не Игнис! Крайне вовремя. Вики… Ты умная девочка. Я привез с собой лакея и горничных – они преданы только нам, только настоящим Ренарам, только тебе и мне. Они прикроют тебя в случае чего. Но. Спи с оружием под подушкой.
– У тебя паранойя, Чарли.
– Хвостик, я лучше извинюсь потом перед Эваном, чем буду тебя хоронить. И, прости, мне пора – я приехал утренним экспрессом, через час дневной до Олфинбурга – я должен на него успеть. Меня ждет Элайза. Мы вместе пойдем на ночную службу в честь Явления…
Он встал и уже в дверях вспомнил:
– Чуть не забыл… Элайза прислала тебе весенний каталог модного дома Триэр, посмотри на досуге – я все оплачу. И еще каталог по дому – затей ремонт, отвлекись, развейся. После Явления приедет Элайза, она тебе поможет… Ты же разрешишь Элайзе пожить у вас? Она в положении, доктора прописали морской воздух…
– Да, конечно, пусть приезжает, Чарли… Но по поводу Эвана ты не прав.
Он серьезно кивнул:
– Я извинюсь. Если нужно будет. Питбуль в твоих вещах. Его принесет тебе горничная, только храни его под подушкой – ты мне нужна живой, Хвостик.
***
Эван ходил из угла в угол в кабинете в ожидании Чарльза. Тот пришел слишком хмурый, словно готовый к бою. Не будь он нером, Эван решил бы, что Чарльз решает вопрос о дуэли. Странная мысль для друга. Только были ли они по-прежнему друзьями? Эван пытался понять, что же случилось – вроде в Олфинбурге не происходило ничего серьезного. Дело в волнении за Вики? Чарльзу что-то известно о рунах или черном ритуале?
Чарльз мрачно поздоровался на пороге, быстро оглядывая кабинет, словно видел его впервые:
– Недобрый день.
Эван кивнул на кресла у горящего камина:
– Недобрый. Поговорим?
Чарльз отрицательно качнул головой:
– Лучше стоя. Я очень спешу. Все необходимое я уже сказал Виктории.
Эван всматривался в друга, не понимая, что случилось. Всего несколько дней расставания, и его словно подменили.
Чарльз рассматривал его в ответ.
Воздух в кабинете стал плотным, тягучим, как патока, и горьким от ожидания. Только тихий ход часов и треск пламени в камине нарушали тишину. Эван не торопил Чарльза – знал, что это бесполезно.
Тот закончил осмотр Эвана и твердо сказал:
– О настоящей причине отречения от рода я в курсе. Поскольку Вик полностью на твоей стороне, я пока не вмешиваюсь. Но. Мне моя сестра нужна живой. Так что ты убираешь её со службы и пылинки сдуваешь, чтобы ничего с ней не случилось.
– Чарльз…
– Не стоит, Эван. Теперь мы на равных, я не буду замолкать из уважения к титулу.
  
Эван потер висок – такого он не ожидал:
– А ты замолкал? Я думал, что мы друзья.
Чарльз серьезно сказал:
– Я тоже так думал. Я не хочу терять свою сестру.
– А я не хочу терять свою жену – так что, нечто общее, объединяющее нас, все же есть… Но, Чарльз… Если я последую твоему предложению и запрещу Вики службу – я потеряю Вики. Вот это точно.