Чернокнижник и феи (СИ)

Андре, всегда читавшая его как открытую книгу, грустно улыбнулась:
– Спасибо, я рада познакомиться со всеми твоими друзьями, а сейчас, пожалуй, я удалюсь – не хочу мешать вашим служебным делам. Главное – я убедилась: ты жив и здоров. Поеду в «Королевский рыцарь», попробую там снять номер – из Олфинбурга сделать это не удалось, в Серой долине была буря.
– Андре, я сейчас телефо… – Грег не успел сказать – Себ Кейдж, ближе всех оказавшийся к телефону, уже обращался с просьбой к телефонной нериссе соединить с гостиницей, а потом принялся заказывать номер на втором этаже на имя нериссы Риччи. Это было внезапно. Хотя это же делалось не ради него, а ради Андре – она умела впечатлять мужчин. Брок вообще не отводил своих наглых зеленых глаз от Андре.
  
Элизабет тактично заметила:
– Я провожу Андре до гостиницы, Грег. – Он понимал, что она устала и мечтала добраться до кровати – когда они оказались в подвале управления, она не дрогнувшей рукой добивала зомби и помогала выносить тела наравне со всеми.
Брок тут же бросил Себу:
– Заодно телефонируй дежурному – пусть подготовит служебный паромобиль.
Грег чувствовал себя лишним, случайно свалившимся в механизм винтиком, который только мешает слаженной работе.
– Простите, леры, неры, я провожу сестру и леру Элизабет до паромобиля… – Он открыл дверь перед девушками, пропуская их вперед, и пошел за ними по сейчас ставшему обычным коридору, снова ярко освещенному электрическими лампами. И никаких теней, никаких черных силуэтов. Все же он был полным идиотом, когда проигнорировал это… Где-то в зале поморщился Марк, читая его мысли. Брендон не удержался и сделал ему легкий тычок в бок:
– Я предупреждал: ты лезешь в мысли – я лезу в тело.
Марк прищурился и просто бросил в голову Брендона воспоминания Грега и Эвана – тот тоже видел в Олфинбурге черный силуэт. Повторного тычка он не дождался – Брендон погрузился в размышления, пытаясь понять: кого же упустили… И, главное, кто? Получается, что Ривз осенью в Олфинбурге все же не справился. Папу Легба Эван в отличие от Ривза уничтожил – это подтвердил сам Джеральд, когда печать у Вик не сработала.
Грег молча шел за разговорившимися девушками – Андре мертвого разговорит.
– Я так рада, что у меня теперь есть сестра! Мне в детстве всегда казалось несправедливым, что у Грегори есть сестра, а у меня нет.
Лиз улыбнулась:
– Зато у тебя есть самый лучший брат на свете. – она даже обернулась назад, на «лучшего брата на свете», чтобы поддержать его – Грег заставил себя улыбнуться в ответ: Лиз не виновата в его ошибках. Подавать в отставку ради Мюрая не так обидно, как от угроз Гордона. Угроз Гордона он не боялся – все же понимал, что их хотя бы заслужил. Может, подать прошение о переводе? Хотя зачем продолжать агонию – утренние фиксограммы видела вся Тальма, а выкупить редакцию «Искры» Элизабет не удалось из-за мятежа в Олфинбурге. На этом фоне повышение в звании выглядит просто издевкой.
Андре солнечно рассмеялась:
– У тебя теперь его больше будет. И… – она на миг стала серьезной: – я знаю, что я несносна, я знаю все свои грехи, Элизабет. Если тебя это волнует – не стесняйся, говори мне. Я все пойму. Лерство – это тяжелая обязанность, которая требует определенного круга общения и прочая, и прочая…
Лиз призналась:
– Я три последних года жила в Аквилите в положении портовой крысы, Андре, так что меня никак не волнует чужое глупое мнение о ком-либо.
– Отпаааад! – замерла от восхищения Андре.
Грег не особо понял, что и куда отпало, зато Лиз поняла:
– Это был не совсем отпад, чаще было: чума, как тут выжить?! – особенно из-за помощи некоторых рыжих…
Андре чуть ли не охотничью стойку приняла:
– Это ты о Броке Мюрае? Ведь так? Он очаровательный рыжик…
Лиз улыбнулась:
– Он драконоборец и вольный ветер.
Грег заставил себя догнать Андре, беря её под локоть:
– Сестренка, ради всех богов, даже не думай о нем.
– Грегори, я…
– Нет, – твердо сказал он. – Только не Брок, прошу. Кто угодно, но не он, Андре. Пожалуйста. В любом случае его привлекают девы в беде, а это не твое амплуа.
Андре нахмурилась и явно с трудом улыбнулась: два запрета за один час Грег редко когда делал:
– Хорошо.
– Прости, пожалуйста. Но только не он. – Грег отпустил её локоть, заметив, как грустно на него посмотрела Элизабет. Кажется, она на что-то обиделась.
Холл, сейчас все так же пустой, они пересекали в тишине.
Лиз бросала тревожные взгляды на Грега и Андре, а потом решила разбить затянувшуюся паузу:
– Андре, по поводу твоих пароэфирников…
– А, ерунда, – отмахнулась Андре – она легко забывала обиды и неприятности.
Лиз продолжила:
– Я вынуждена у тебя просить прощения за принца Анри… Это из-за меня…
Андре отказывалась унывать:
– Не он первый, не он последний.
– Я могу помочь, – предложила Лиз. – Пока у меня не отобрали лерство, я могу выделить тебе необходимые деньги на исследования. У меня и лаборатории, и собственные механики есть, правда, в Вернии. Если нужна еще какая-то помощь, ты не стесняйся, говори.
Андре нахмурилась:
– Верния… Я пока так далеко не думала – хочу пожить рядом с Грегори, а то его вечно носит, как осенний листок: то тут, то там, не ухватить и не поймать. Только когда на своих курсах два года назад учился, и был рядом, как раньше.
Грег мягко заметил:
– Прости, Андре, и сейчас не особо получится побыть рядом – после отставки я не знаю, куда мы с Элизабет поедем. – он посмотрел на Лиз, понимая, что и это может не случиться – он её чем-то задел. Он вроде не повышал голос. В чем он ошибся?
– Я с вами! – безапелляционно сказала Андре, выпархивая на улицу – дверь она умела открывать сама, забывая об этикете. Лиз тоже не стала ждать, когда Грег придержит для неё дверь – вышла следом в ночь.
На улице уже зажглись фонари – привычная Аквилита возвращалась. Дома оставались темными – глухая ночь, горожане давно мирно спали. Только констеблям было не до сна – в паробус, стоявший под парами, с дальнего крыльца грузили задержанных, которым повезло пережить в участке нападение бокора или не повезло, смотря с какой стороны посмотреть: Грега, ворвавшегося в подвал уже после ликвидации бокора, все равно потряхивало от ужаса, пропитавшего стены. Задержанных из разрушенных камер перевезут в Сыскной дивизион, пока тут будет идти ремонт. Своей очереди уже ждали санитарные машины, готовые к перевозке трупов. Водители стояли в стороне, выдавая себя красными огоньками папирос.
Похолодало. Сильный порыв ветра тут же проник под замызганный в подвале мундир, заставляя Грега ежиться.
Высоко в темном небе заслоняла звезды изящная сигара дирижабля. На главной улице стоял служебный паромобиль – констебль крутился возле него в ожидании, когда котел нагонит нужное давление. Принц Анри рядом стоически изображал статую. У его ног пристроился яркий, пурпурного цвета саквояж. Надо же, как принца задели ускользнувшие пароэфирники – даже носильщиком готов побыть.
Грег подхватил Лиз под локоть, просто на всякий случай. Она вырвала свою руку, подтверждая версию Грега об обиде, но тут же схватилась за его кисть, до боли сжимая её своими пальцами.
– Лиз? – он уже ничего не понимал.
– Все… Хорошо.
Анри демонстративно приподнял с тротуара саквояж, ожидая, когда к нему подойдут.
– Андре… Можно вопрос? – спросил Грег, чуть притормаживая.
– Ага… – задумчиво разрешила девушка, задирая голову вверх и любуясь «Левиафаном». О Греге она моментально забыла, тихо шепча себе под нос: – но до чего же хороша его динамическая потенцитовая защита для прохождения эфирных гроз! Элегантно и… Пока затратно…
  
Анри громко ответил ей, хоть между ними было еще ярдов пять, не меньше:
– Принцы могут себе такое позволить.
Андре посмотрела на него и подошла ближе, забирая свой саквояж:
– Спасибо, и простите, вас для меня не существует. Даже ради динамической защиты.