Чернокнижник и феи (СИ)

Тот твердо повторил:
– Это чертежи обычного фиксатора, лер Фейн.
– Вы… Уверены? – еле выдавил из себя Фейн-старший, стоявший у окна и всматривающийся в творящийся на улице кошмар. Особняк Фейнов стоял почти на вершине Звенящих Холмов – отсюда весь Золотой треугольник лежал, как на ладони.
– Абсолютно.
Оливер встал и подошел к столу:
– Этого не может быть. Смотрите, вот эти линии на гравировке – они явно складываются в рунные символы. И вот этот участок в самом фиксаторе, – его палец ткнул в пятиугольник из крохотных потенцитовых кристаллов. – Это словно силовой узел. Он должен же для чего-то служить!
  
Эдисон пожал плечами:
– Это не ко мне, леры. Я инженер, а не артефакторщик. Простите, ничем не могу помочь…
Оливер выругался и отвернулся к камину – все дракону под хвост! Столько времени потеряно в погоне за химерой…
Отец спокойно сказал:
– Что ж, благодарю, нер Эдисон. Прошу, не отказывайтесь от нашего гостеприимства – на улицах города сейчас демонически опасно.
В подтверждение его слов один из дирижаблей со знаком Вернии на жестком корпусе внезапно клюнул носом и под острым углом вошел в землю, взрываясь в парке, – до королевского дворца еще было ярдов триста, не меньше. Не дотянул.
***
В допросной было тихо. Аранда молчал. Молчал и Грег.
Себ со вздохом облегчения опустил револьвер и убрал его в кобуру. Одли осуждающе качнул головой – все же Кейдж еще совсем юнец: с револьвером собирался идти на матерого мага. Грег – мастер, не меньше. Чудо, что тогда на набережной возобладал разум, а не эмпат. Одли тут же поправился – не эмпат, а демон, как его там… Лоа. Их бы там стерли в порошок, даже бы Лео не спас.
Одли тихо спросил:
– Себ, что узнал по аварии паромобиля с номером Ондура? – именно номер паромобиля и привлек к себе внимание, выводя на неру Аранда.
Кейдж должен был съездить в больницу и допросить выжившего в аварии.
– Мбени, выживший водитель паромобиля, подтвердил, что нера Аранда была с ним. Куда она делась после аварии, он не знает. – быстро отчитался парень. – Заключение экспертов, точнее первые еще неофициальные выводы об осмотре паромобиля и вещей в нем, у меня с собой…
– Ясно… – Одли перевел взгляд в допросную. Там ничего не изменилось.
Аранда все так же молчал. Сверлил глазами фиксограмму и молчал.
Грег ждал. Не угрожал, не бил, не шантажировал женой – просто ждал. Вот тебе и беспринципная тварь.
Брок процедил сквозь зубы:
– Неожиданная белоручка… – Он направился на выход. Одли тормознул его:
– Стоять, драконоборец. Ты такая же белоручка. Думаешь, я забыл, как ты шипел после допросов лжечумников? Учитесь, пока я жив, лерррры… Я спасать нашего особиста – провалит же допрос… – он внезапно обернулся в дверях, потрясенно понимая: – Проклятье… Если в фиксаторе демон, то, получается… Невинные леры. Каждое новолуние. Это не маньяк и не отладка эмпатического воздействия. Это, мать вашу, человеческие жертвоприношения! В центре Тальмы! С благословения короля! За это короны лишают, между прочим…
Вик промолчала – отправить короля на плаху… Это как-то… Слишком по-вернийски. В пылу отделения от Тальмы в Вернии умудрились дважды за четверть века свергнуть и вернуть монархию.
Брок задумчиво добавил:
– А несостоявшееся убийство Элайзы Ренар – внеочередное жертвоприношение, которое сорвалось. Хотелось бы знать – чем это нам грозит.
Вик передернула плечами, отгоняя прочь мысль, что она следующая жертва. Жертва, которую любезно предупредили. Голова гудела от теснящихся в ней, не состыковывающихся друг с другом фактов и догадок, в висках стучала часовыми молоточками боль.
Одли ворвался в допросную – навис над заледенелым Арандой и веско сказал:
– Зола Аранда не уехала в Олфинбург. Она не покинула Аквилиту. Она сбежала от твоих охранников-зомби…
На этих словах Аранда ожил и чуть-чуть нахмурился. Он не знал о зомби? Вик замерла: как такое вообще могло произойти? Не Зола же Аранда их делала. Чью вину брал на себя Аранда?!
Одли тем временем продолжил:
– …Сейчас шесть вечера. На улице тьма. На улице отребье, не уважающее закон и военное время. На улице военные, которые готовы стрелять в любого, кто не покажет разрешение на пребывание в темноте. – Он нагло и, главное, упоенно лгал. До комендантского часа еще было три часа. Да и военные были миролюбиво настроены – всех, у кого не было разрешения на пребывание в городе в комендантский час, всего лишь сдавали полиции для разбирательства. Еще никого не расстреляли. Вроде бы. Одли так вещал об ужасах военных, что даже Вик начала сомневаться. – Осознал? Зола Аранда одна. На темных улицах. Без денег. Без еды. Без воды. Без лекарств. Без друзей. Долго она продержится? Ты только представь – мы не будем её искать. Зачем нам это? Это твоя жена. Это твоя женщина сейчас там одна…
– Хватит! – впервые за все время взорвался Аранда. Он поднял голову и с ненавистью смотрел на Одли. – Хватит. Я уже все осознал. Я сделаю что угодно – найдите её! Я скажу, что вам угодно, признаюсь в любых преступлениях, только найдите её! Она же абсолютно беззащитна…
Он глянул на фиксограмму:
– Мне нужна ручка и бумага. Много бумаги. И тишина!
Грег посмотрел на Одли, тот понимающе кивнул в ответ и полез снимать наручники.
Грег подался к Аранде:
– Нам нужно знать: как остановить этого лоа. У вас всего час. Не больше. Учтите, каждая минута увеличивает ваш счет у богов…
Себ взял с ближайшего стола бумагу с карандашом и понесся в допросную.
Вик потерла висок – она уже ничего не понимала в происходящем. Надо перебирать факты и заново выстраивать их в голове. Заново… В гудящей голове. Зато волнению за Эвана в ней места точно не будет – его просто некуда будет впихивать.
Оставив Аранду под присмотром дежурных констеблей, Одли потащил Грега на выход:
– Вот так надо запугивать, Грег. Понял?
Тот хмуро усмехнулся:
– Понял.
Одли посмотрел на него и сказал:
– Да-да-да, это не сиятельно – использовать женщину для шантажа, но кому сейчас легко? – он направился в сторону общей залы – там уже поди голодная саранча в полицейской форме сожрала весь ужин, но надежда умирает последней.
Брок вышел в коридор и присоединился к ним – он легко хлопнул Грега по плечу:
– Учись, Одли – хороший серж.
За ним потянулись все остальные. Алистер лаконично поправил:
– Был.
Брок улыбнулся и добавил специально для Арбогаста:
– А теперь это хороший инспектор. – его рука так и осталась на плече Грега, словно они приятели. Вик, бросив последний взгляд на вычерчивающего что-то на бумаге Аранду, направилась вслед за парнями. Она с удивлением поняла, рассматривая Брока – он словно гору с плеч сбросил: выпрямился, его жесты при Греге стали непринужденнее, даже голос стал мягче. Вик поняла: он смог отделить для себя дракона-лоа и Грега. Лоа теперь не позавидуешь – Брок не умеет останавливаться в своем драконоборстве.
Одли рассмеялся:
– Не подлизывайся, рыжий. Я все равно тебе не верю. Я еще помню, как ты доказывал Лео, что меня надо было скормить зомби – лишь бы расследование продвинулось. Грег, учти на будущее – рыжий та еще тварюшка. Он говорил, что ради расследования надо зомби хорошего аппетита желать. Кстати, об аппетите… Пошли уже жра… – Грег кашлянул, Брок кинул на Одли укоризненный взгляд, и Вину пришлось спешно поправляться, вспоминая о наличии неры в их компании: – Вики, умоляю, прости – я же кер, я этикетам не обучен. Пошлите все ужинать. И, Грег, если у тебя катар – лечись. А ужина там на всех хватит, если голодная саранча не сож… Не скушала все.
  
– Кушать, – не удержался Брок от менторского тона, – употребляется по отношению к детям. Употреблять это слово по отношению к мужчинам неверно.
Одли взвыл:
– Как с вами сложно со всеми… И, Вики, ты чудо, что молчишь и не поправляешь меня. – Он распахнул дверь в общую залу и объявил: – Кушать подано! Теперь-то верно, рыжий?