Танго Предтеч (СИ)

- Хм… А кому?
Дезмонд перевёл взгляд с одной на другого.
- Анрэй, нашу гостью зовут Инэрис. Она - воспитанница Владычицы.
Инэрис с усмешкой наблюдала, как бледнеет лицо «наследника».
- Берегитесь, виконт Анрэй, ваши пустые разговоры могут быть услышаны.
- Прошу прощения, я… проклятье, Инэрис, я просто обознался.
- Принцесса Инэрис. И мне всё равно, обознались вы или нет.
Инэрис повернулась к Дезмонду. Подойдя вплотную так, чтобы Анрэй не заметил её жеста, почти силой загнула руку Дезмонда и взяла его под локоть. Наградив на прощание Анрэя ледяной улыбкой, она подтолкнула Дезмонда вперёд вдоль аллеи и ни слова не сказала до тех пор, пока Анрэй с друзьями не растворились в темноте.
- Что это было? – спросила Инэрис совсем другим тоном, лишённым светской холодности.
- Это… не обращайте внимания. Просто мой брат. Вам не стоило с ним ссориться.
Инэрис фыркнула.
- Мне показалось, он сам пытался поссориться со мной.
- Вообще-то, нет… Он пытался поссориться со мной.
Они дошли, наконец, до конца аллеи и остановились между колонн мраморной беседки, стоявшей на самом краю обрыва. Далеко внизу шуршало море, и лёгкий ветерок трепал длинные светлые волосы Инэрис и чуть более короткие и немного пушистые – Дезмонда.
- Между нами с братом нет особой любви, это знает весь дом.
- Я не слежу за сплетнями.
Дезмонд хмыкнул.
- Это заметно. Иначе вы бы…
- Иначе я бы сделала то же самое. Я не люблю сплетников. И ещё больше не люблю тех, кто способен показывать гонор только не зная имени своего оппонента.
Дезмонд криво улыбнулся, и Инэрис невольно залюбовалась на эту улыбку – невесёлую, но наполненную какой-то странной искренностью, разительно контрастировавшей со всей обстановкой ежегодного бала.
- А вы? – спросила она неожиданно для самой себя.
Дезмонд пожал плечами.
- А мне плевать.
- Вы лжёте себе. Это видно по вашим глазам.
Дезмонд не ответил. Он долго смотрел на девушку, стоявшую перед ним, пытаясь раскрыть тайную суть странного притяжения, которое ощущал, и уже собирался отвернуться к морю, когда услышал вдалеке голос деда.
Инэрис не смотрела на него. Она замерла, отвернувшись и глядя на небо, полное звёзд.
Ответить Дезмонд не успел.
- Дезмонд! – раздался суховатый мужской голос вдалеке.
Инэрис вздрогнула, чувствуя, как рассыпается в прах мгновение.
- Герцог? – Дезмонд повернулся, но не к морю, а туда, откуда слышался голос.
- Дезмонд, вот ты где. Вы далеко забрели. Простите, - Эндимион легко поклонился и улыбнулся Инэрис, - я отберу у вас внука. На сегодня у нас с ним ещё есть некоторые планы.
- Само собой, герцог, - Инэрис ответила лёгким поклоном и вежливой улыбкой.
Эндимион поймал локоть Дезмонда и подтолкнул его обратно ко дворцу.
- Что за планы? – спросил Дезмонд, нахмурившись, когда они отошли достаточно далеко.
- Знакомство с невестой, конечно. Мы ведь об этом говорили, помнишь?
- Но…
Дезмонд замер и невольно оглянулся назад, к берегу моря, где осталась стоять девушка с глазами синими, как звёзды, и волосами, бледными как луна.
  
Глава 3. Помолвка
 
Инэрис проводила задумчивым взглядом удаляющегося виконта. Она не могла сказать, что в этом юноше так зацепило её. Инэрис не нравились ухоженные, избалованные дети высшей аристократии. Она не любила тех, кто получает все блага мира к своим услугам лишь потому, что родился в одном из великих домов.
Хотя сама она не могла жаловаться на недостаток роскоши, с самого детства ей не давали забыть, кто она – сирота, случайный найдёныш, которого по ведомым лишь одной ей причинам Владычица Империи Тысячи Солнц приютила в своём доме. Их было двое таких – Инэрис и Элеонор. Два свёртка на пороге дворца. На что рассчитывали их родители? Можно было только гадать. Но всю свою жизнь Инэрис помнила, что, если бы не внезапная прихоть императрицы, она умерла бы в ту ночь, не успев толком пожить.
Об отношении к ней наставницы говорили много – и цену этим разговорам Инэрис поняла раньше, чем ей исполнилось тринадцать. Слишком многие слуги Империи Тысячи Солнц мечтали отыскать пятно на солнце, изъяны в извечной Владычице. Слишком многих мучила зависть к сиротке, которую Аврора осчастливила своим вниманием.
 
Истина была проще и сложнее одновременно. Аврора была Инэрис наставницей, но не матерью. Иногда суровой, иногда заботливой. Аврора была не из тех, кто знает жалость – ни к врагам, ни к близким, и Инэрис не стала исключением. Быть самым близким человеком Императрицы никогда не было просто – Аврора требовала совершенства, такого же, каким была она сама. Инэрис привыкла угадывать тончайшими фибрами души любые нотки недовольства Императрицы. Инэрис могла противостоять досужим домыслам, сплетням и злословию, она привыкла, что каждый её день - это сражение, но одному человеку в Империи она не могла противостоять – Владычице Авроре. И дело было не в том, что Аврора была Императрицей. Безо всякого стеснения Инэрис могла бы сказать, что она была единственным человеком в Империи, кого не интересовал статус Авроры. Их связь была тоньше и болезненней, и Инэрис не знала её названия.
Внезапная и необъяснимая тяга к почти что незнакомому аристократу и близко не была похожа на это глубокое и нежное чувство. От этой тяги щемило в груди. Инэрис не привыкла потакать своим капризам, но сейчас она отчётливо понимала, что хочет ещё – этой прогулки, этого разговора. И именно потому, что она не привыкла потакать своим слабостям, Инэрис лишь вздохнула и улыбнулась – небу, на котором проступали первые звёзды. Озеру, которое слабо поблёскивало, отражая огни бала и бледные контуры двух лун. Прохладному ветерку, овевавшему её лицо. Улыбнулась просто так, без тени радости. Улыбнулась на случай, если кто-то видит её или увидит вот-вот, потому что Инэрис, воспитанница Императрицы, попросту не могла грустить.
***
Дезмонд молча шёл следом за Эндимионом.
Герцог то и дело косился на внука – то, что Дезмонд слишком задумчив и не похож на себя самого, бросалось в глаза с первого же взгляда.
- Вот они, - Эндимион взял Дезмонда под руку и чуть повернул, заставляя обратить внимание на четвёрку, стоявшую поодаль.
- Герцог Мело, - произнёс Дезмонд равнодушно, - и трое его детей?
- Наследник, первая и третья дочери. Первую тоже будут сватать сегодня, но для нас это не важно. У неё уговор с домом Эмбер, но герцог крутит и всё время откладывает свадьбу – слишком высокомерен, чтобы родниться с теми, кто купил титул за деньги.
- Зато мы вполне демократичны, - заметил Дезмонд немного ядовито. Замысел деда был ему понятен – он достаточно знал о делах дома, чтобы понимать - верфи Мело необходимы Аркану как воздух. Ещё час назад он бы смирился безо всяких возражений – брак есть брак. Но теперь, когда где-то там по аллеям бродила прекрасная Инэрис, жениться на другой казалось немыслимым. Он бы сказал об этом деду, но время и место были неподходящими. Да и что он мог сказать: «Дед, я женюсь на другой?» Смешно. Он видел эту другую не более пятнадцати минут. Эта другая не подала ему и знака, что разделяет его чувства, что уж говорить о браке. И потому Дезмонд молча последовал за герцогом, решив отложить разговор на потом.
Стоило им приблизиться, как младшая из дочерей, до того стоявшая к ним в пол-оборота, повернулась к Дезмонду лицом. Дезмонд невольно улыбнулся, встретив её светлую и радостную улыбку.
- Герцог Эривиан Мело. Рад представить вам моего старшего, - Эндимион особенно выделил голосом это слово, - старшего внука. Дезмонд, ты наверняка уже знаешь герцога Мело, – Дезмонд чинно поклонился, - Джавиан Мело, наследник дома Мело, - Дезмонд протянул руку и с силой сжал ладонь Джавиана. Пальцы у наследника были мягкие и немного пухлые, а рукопожатие слабое, неуверенное. – Марго и Луана Мело, - Дезмонд коснулся поцелуем сначала одной руки, потом другой – пальчики у Луаны были маленькие и хрупкие на ощупь, и целовать из оказалось весьма приятно.