Танго Предтеч (СИ)

- Документы хранятся у него в спальне. Я точно не могу сказать где. Он очень осторожен и не употребляет ничего в пищу, не проверив состав, так что подсыпать ему что-то не пытайся – только сорвёшь переговоры. Нужно просто проникнуть к нему в спальню и дождаться, пока он уснёт.
Инэрис внимательно посмотрела на Аврору.
- Проникнуть… и дождаться, пока он уснёт. Что должно произойти, чтобы он уснул?
- Инэрис, ты всё поняла. Если это слишком сложно – скажи сразу.
Инэрис молчала. Признавать, что это в самом деле слишком сложно, она не хотела. Да, её обучали справляться с противниками и так. Но куда легче ей было бы застрелить кого-то или пройти на бреющем полёте над базой противника, чем залезть к кому-то в постель.
- Не слишком, - сказала она спокойно. – Ты представишь меня или мне самой?
- Лучше сама. Так вам быстрее удастся сойтись.
Инэрис кивнула. Отпустила локоть императрицы и замерла на некоторое время, рассматривая противника и стараясь представить, что это тоже всего лишь расчетная единица, к которой следует подобрать подход.
Посол щурился и то и дело поглядывал в сторону моря – ещё бы, в такую жару. Однако почему-то оставался на месте. Что держало его здесь, гадать было бесполезно, и Инэрис решительно шагнула вперёд.
- Вам не жарко? – спросила она с улыбкой.
Посол повернулся к ней и склонил голову набок.
- Я вас знаю? – спросил он.
- Меня зовут Инэрис. Когда-то обо мне знали многие, а теперь, должно быть, забыли все.
Посол усмехнулся.
- Вы не слишком молоды, чтобы говорить о себе в прошедшем времени?
- А разве возраст так легко определить?
Инэрис выставила руку, предлагая взять ей за локоть.
- Пойдёмте, покажу вам в этом парке места куда более интересные и прохладные.
Если посол и колебался, то не больше секунды, а затем сам подставил локоть, и Инэрис взялась за него. Она сразу же повернула идущего рядом с ней мужчину к морю и, невзначай рассматривая его профиль, принялась расспрашивать о том, что он делал в парке и почему оказался один. Некоторое время Инэрис обдумывала, не прижаться ли к послу плотней, а затем отказалась от этой мысли, решив, что вокруг слишком жарко, и это не доставит удовольствия ни послу, ни ей самой.
- Значит, вас зовут Юрген, - повторила она, пробуя имя на вкус, - и вы уже устали от этих переговоров.
- Я этого не говорил.
- Это написано у вас на лице.
Инэрис остановилась у края узкой лестницы, серпантином убегающей к пляжу.
- Красивая и разбирается в политике… Ты не шпионка?
Инэрис повела плечами и ответила невпопад:
- Мы пришли. Здесь лёгкий ветерок, но я бы предложила вам ещё и искупаться. Я сама не была здесь пару лет, но, когда была в последний раз, дно было просто замечательным.
Не дожидаясь ответа, Инэрис принялась стягивать камзол, а заметив немного удивлённый и жадный взгляд мужчины, пояснила:
- Я просто не переношу жары. И камзолов. Это как скафандр, только хуже. Вы знаете, что за пределами нашего узкого круга высокомерных ублюдков давно уже не носят такой мучительной одежды?
- Они просто не ценят изящество и красоту, - сказал Юрген, внимательно наблюдая, тем не менее, как пальцы Инэрис ложатся на ворот блузки и дёргают вниз воротник. Застежки подались на удивление легко, и полы вмиг разлетелись, открывая взгляду Юргена небольшую грудь в белом эластичном корсаже.
- Не ценят изящество? – спросила Инэрис и криво улыбнулась. - Хотите сказать, мой камзол изящнее меня?
Юрген сглотнул.
- Мне сложно судить.
Инэрис повела плечами.
- Я бы вам показала, - сказала она, - но спускаться к пляжу вы не хотите, а застав меня в таком виде посреди аллеи, многие будут удивлены.
Она коснулась кончиками пальцев горла и будто бы невзначай провела вниз по груди, к самой кромке корсажа.
- И мы, безусловно, в неравных условиях. А вот если бы вы тоже взялись показать мне настоящую грацию, у нас мог бы получиться любопытный обмен опытом.
- Кто вы такая? – спросил Юрген. Слова должны были прозвучать резко, но вместо этого голос его, как оказалось, охрип.
 
- Я - никто, - сказала Инэрис спокойно, - приживала при этом доме. Но я не буду просить вас о чём-то, если вы сами не захотите продлить наше общение.
Юрген хмыкнул и подошёл к Инэрис вплотную, а затем резко опустил руку ей на поясницу и дёрнул на себя, прижимая к груди. Инэрис не смогла сыграть искреннее желание, но в свете последних слов желание красивой девушки соблазнить состоятельного мужчину не выглядело странным. Впрочем, Юрген никогда не считал, что может быть что-то должен таким, как она.
- Приходите ко мне сегодня после полуночи, - сказал он, проводя ладонью по корсажу до самых лопаток, - быть может, в моём доме на Андромеде вам будет лучше, чем здесь.
Инэрис опустила ресницы и улыбнулась.
- Как мне найти ваш флигель?
- Он справа от дворца императрицы. Надеюсь, вас не задержит охрана?
- Не волнуйтесь, - Инэрис выскользнула из его рук, - я доберусь.
Подхватила камзол и стремительно скрылась за поворотом аллеи. Лишь удостоверившись, что Юрген не наблюдает за ней, она упёрлась рукой в ствол дерева и согнулась пополам, тяжело дыша и пытаясь справиться с тошнотой. Отчего прикосновения чужого тела были так противны, Инэрис понять не могла.
Двое гвардейцев, проходивших в отдалении, заметили её и несколько секунд смотрели издалека, а потом, видимо, один из них узнал девушку и бросился к ней.
- Принцесса, вам плохо?
Инэрис покачала головой. Гвардеец попытался подхватить её за талию, но Инэрис вывернулась, от этого прикосновения её скрутило по новой.
- Идите, всё хорошо, - сказала она и заставила себя разогнуться, - видите, я стою.
***
В назначенное время Инэрис постучала в двери, и ей открыла девушка лет шестнадцати.
Юрген был жадным и нетерпеливым, и Инэрис старалась изо всех сил, чтобы возбуждение мужчины выплеснулось, наконец, через край.
Наконец это случилось. Инэрис не сдержала стона – больше от неожиданности, чем боли. Она была рада, что Юрген не стал затягивать дело ответными ласками.
- Вы позволите мне остаться до утра? – спросила она. - Я не хотела бы, чтобы кто-то увидел меня ночью выходящей от вас.
Юрген поколебался и махнул рукой. Он уснул, отвернувшись к стене, а Инэрис встала и принялась бесшумно обшаривать шкафчики. Нашла запертый ящик, когда успела уже осмотреть добрую половину комнаты и, вернувшись к вороху своей одежды, выловила спрятанную шпильку. Проверила, не проснулся ли Юрген – тот лежал неподвижно, уткнувшись носом в подушку – и вернулась к ящику. Замок поддался легко, и Инэрис извлекла оттуда кипу бумаг. Разбираться в них не хотелось – она закрыла ящик, подхватила свои вещи и, кое-как одевшись, выскочила в коридор.
Она сразу же направилась к Авроре. Та не спала. На всклокоченную и едва одетую воспитанницу императрица отреагировала спокойно и даже, кажется, равнодушно.
Инэрис швырнула бумаги на стол перед ней. Их глаза встретились, но оба молчали. Инэрис отвернулась и направилась к двери, но на полпути её нагнал голос Авроры:
- Тебе лучше какое-то время не появляться при дворе.
- Я рада, - буркнула Инэрис. Затем не выдержала и, повернув голову, спросила через плечо, - неужели это не мог сделать никто другой?
- Нет. Эти бумаги я могла доверить только тебе.
Инэрис качнула головой. В эту секунду её меньше всего интересовало доверие императрицы. Она и сама не заметила, как произнесла про себя это слово – «императрица» - вместо обычного «Аврора».
Добравшись до своих покоев, Инэрис сбросила одежду и закрылась в душе. Сползла по стенке и, обхватив колени руками, уронила на них лицо.
Вокруг были слуги, охрана, учителя и императрица… Множество людей. И в то же время не было никого. Почему-то всплыло в памяти лицо старшего внука герцога Аркан. Это лицо всегда всплывало у неё в голове, когда паршиво было так, что не хотелось шевелиться. За последние три года таких мгновений было больше, чем Инэрис хотела бы признать.