Шёпот безумия (СИ)
* * *
Бабушка, как и обещала, повторно измерила внуку температуру, и на этот раз она выросла до отметки в сто один градус [по Фаренгейту, что соответствует 38,3 градуса по Цельсию].
– Похоже, что болезнь взялась за тебя всерьёз, – нахмурилась она, глядя на градусник. – Но ничего, в нашей аптечке найдётся всё необходимое, чтобы поставить тебя на ноги.
Джордж не сомневался в этом, потому что лекарств на полочке за зеркалом в ванной комнате у них всегда хватало.
– Ложись в кровать, а я сейчас приду, – бабушка вышла из детской и отсутствовала не более двух минут, прежде чем вернулась с какой-то микстурой и горстью разноцветных таблеток. Всё это она аккуратно сложила на прикроватную тумбочку, чтобы сходить за стаканом тёплой воды.
– Сначала выпей это, – вкус у микстуры оказался просто отвратительным, поэтому мальчик незамедлительно скривился.
– Горькая! – пожаловался он бабушке, на что она ответила сочувствующей улыбкой, но заставила выпить весь мерный колпачок, после чего одну за другой вручила не менее отвратительные на вкус пилюли.
При попытке проглотить лекарства горло Джорджа сжалось, выталкивая таблетки обратно. Он сделал над собой усилие, прежде чем половинки круглешочков всё-таки проскользнули в желудок.
– Бабушка! – окликнул пожилую женщину внук, когда та собралась выключить в комнате свет.
– Да? – обернувшись, вопросительно посмотрела она на него.
– Можно сегодня поспать в твоей комнате?
– Ты уже не маленький, – возразила бабушка.
– Ну, пожалуйста! – попросил Джордж, боязливо посмотрев в сторону окна.
– Ты опять видел своего тусклого человека? – вздохнула бабушка, словно речь шла о чём-то неприятном.
– Мне что-то привиделось… – замялся мальчик.
– Сколько раз тебе повторять, что тусклый человек существует исключительно в твоём воображении, – бабушка сделала несколько шагов в сторону окна и выглянула на улицу. – Вот видишь, никого здесь нет! Если тебе станет совсем страшно, можешь помолиться.
– А вдруг ночью у меня поднимется температура? – схватился за спасительную соломинку Джордж, лишь бы не оставаться наедине с тёмным оконным проёмом.
– Не поднимется, будь уверен. Ты выпил отличное жаропонижающее, поэтому скоро тебе станет легче.
– Ну, бабушка…
– Спи, Джордж, и хватит выдумывать! – на этом спор был окончен, и она щёлкнула выключателем. Детская тут же погрузилась в темноту.
* * *
Оставшись во мраке комнаты, Джордж не торопился снимать очки. Он натянул одеяло как можно выше, так что снаружи остались только глаза и нос. Мальчик стал вглядываться в черноту окна. Его охватил страх от одной лишь мысли о том, что там появится постороннее движение.
С неба в дом проливался голубоватый свет луны, отчего Джорджу сделалось совсем не по себе. Встревоженное воображение рисовало приближающуюся фигуру тусклого человека. Вот он сворачивает с тротуара во двор, огибает гнущееся на ветру дерево, приближается к оконной раме и останавливается. Он смотрит сквозь стекло и не двигается. Должно быть, у него в кармане припрятан острый нож со сверкающим лезвием.
Мальчик замер, боясь пошевелиться. Разыгравшаяся фантазия заставила его с головой укрыться одеялом, как будто этот детский жест мог сделать Джорджа невидимым.
Неожиданно в голове возник голос мисс Наварро: "Огради его железными прутьями, сквозь которые он не сможет пройти".
Джордж представил на окне кованую решётку. Он находится в неприступном замке, и тусклому человеку ни за что не добраться до него. Нет, лучше не так. Детская – эта тюремная камера на легендарном Алькатрасе. Если никому (почти, но это ведь не считается?) не удавалось сбежать оттуда, значит, забраться внутрь ещё сложнее.
"Для тусклого человека нет ничего невозможного, – тут же возразил внутренний голос Джорджа-упрямца. – Сейчас он стоит прямо над тобой с воздетой рукой с ножом".
От такой мысли мальчика бросило в жар. Перед внутренним взором возник силуэт убийцы, стоящего рядом с кроватью. Джордж зажмурился, взывая к небесным силам, которые, по представлению его бабушки, отводили от людей беду, если только пожелать этого всем сердцем.
Он желал. Желал, как никто и никогда.
"Иисус, мой защитник! – тщательно проговорил у себя в уме перепуганный ребёнок. – Возведи между мной и тусклым человеком надёжную преграду! Останови занесённую надо мной руку!"
Сердце колотилось в запредельном ритме, больно ударяя в грудь. В ушах шумело, словно где-то случился мощный порыв водопроводной трубы. Ещё мгновение, и холодное оружие губителя нанесёт смертельную рану.
"Царица небесная! – мальчик в точности не знал, кто она такая, но слышал о ней от бабушки. – Спаси меня от злобы тусклого человека!"
Из глаз сами собой потекли слёзы.
Наконец-то Джордж набрался смелости и откинул одеяло в сторону. В комнате никого не было. Где-то вдалеке часы на городской башне пробили полночь.
* * *
Утром бабушка снова поставила внуку градусник и отметила значительное улучшение, хотя температура по-прежнему держалась чуть выше нормы, поэтому Джорджу пришлось остаться дома.
– Но мне нужно сдать мисс Наварро рисунок! – попытался оспорить решение бабушки мальчик. – Иначе мне не удастся участвовать в школьной выставке!