Путь Стратега 3 (СИ)

Ага. Диверсий я там, конечно, наворотил много, но решил все именно масштаб. Осада Кринторна была большой дракой.
— А что до четвертой способности?
— Выбирая Судьбу. Самая редкая из всех. Ее сложно реализовать на короткой дистанции. Но чем выше ранг, тем больше полезный эффект.
— И многие ли выбирают Выбирать Судьбу?
— Не особенно. Я лично слышал об одном человеке на этой войне.
— На нашей стороне, на стороне врага?
— Ксерион, называемый мятежниками Великим.
— Даже так. Приходилось с ним сталкиваться?
— Почти всем нам приходилось. — мрачно ответил Аланиус. — Этот человек обаладет неприятной особенностью появляться везде и в самый неподходящий момент. Он не сидит где-то там в золотом дворце, а постоянно ищет сражения. Нет сражения — пойдет в рейд. Кочевник по рождению.
— И вы его еще не подстерегли с таким поведением?
— Он не глуп, силен и окружен множеством великих. Великих воинов, магов, следопытов, наверное, даже конюх у него какой-нибудь легендарный герой. Шадд сейчас это не земли, люди или история. Шадд теперь это Ксерион лично. Он его воплощение, символ, дух, фарн, как говорят шаддинцы. В этом главная слабость врага, но в этом и их сила. Пока он жив угли восстания будут тлеть.
Интересно, почему вместо меня "Анонимный Доброжелатель" не послал за Ксерионом своего дружка супер-демона. Наверное, есть на это причины и очень даже серьёзные.
У Аланиуса вдруг начал дергаться левый глаз. Странно даже. Нервный тик сильно выбивался из его спокойно-расслабленного образа.
— Где я сейчас могу быть полезнее? Какая точка самая горячая?
— Масена… И Бер-Шадд. Затянувшаяся осада и кусок голых степей. Есть еще морское направление и даже не одно, но корабли… К ним нужно долго привыкать. Я бы советовал Масену.
— А куда собираетесь вы?
— Я уже на своем месте. — усмехнулся Аланиус.
— На защите тылов и снабжения?
— Верно. Я могу казаться безмятежным. Даже безразличным. Но это лишь моя самозащита. Я человек до крайности неспокойный. — вкрадчивым голосом произнес Аланиус. — Скажу честно, я ненавижу полевые сражения. В них столько случайного. Столько… — Аланиус покачал ладонью из стороны в сторону, выражая жестом неустойчивость. — Столько противного разуму и замыслу. То ли дело снабжение, диверсии, осады. Имея достаточно времени и ресурсов можно взять любую крепость.
— Даже Масену?
— Там… — Аланиус болезненно скривился. — Сложная ситуация. Враг активно маневрирует легкой кавалерией и использует магию, чтобы постоянно тревожить кольцо блокады. Неприятный рельеф, проблема снабжения… Мы возьмем Массену. Но пока она превратилась в бездну, которая пожирает наши ресурсы. И нам… Мне, всей Империи, хотелось бы, чтобы вы нашли дно этого провала и возвели на нем фундамент для победы.
"О. Ну искать дно мы умеем. Главное, чтобы оттуда не постучали".
— На какие силы я могу рассчитывать?
— Силы, силы, силы… — задумчиво повторил за мной Аланиус.
Странный он тип. Вроде бы адекватный с виду, но манера общения у него какая-то вязкая. Будто по болоту ходишь.
— Я не чудотворец. Не смогу реализовать потенциал, когда потенциала нет. Если речь о магии, то нужны подавители. Против легкой кавалерии на открытой местности нужна или легкая кавалерия, или какие-то быстрые ловкие создания…
 
Слово "монстры" я использовать не стал. Все же мы теперь в приличном обществе. Вроде как…
— Кавалерии у нас не так много в запасе. — пожаловался стратег. — С ходу могу предложить только алу и две-три турмы сверху. И ещё какое-то количество новобранцев. Я, разумеется, готовлю по возможности резервы, но кавалерия всегда востребована.
Ала это 300 всадников. Ещё две турмы — 60. Это не мало на самом деле.
— Хотелось бы довести отряд хотя бы до пяти-шести сотен, прежде чем действовать. — решил я выторговать себе еще войск.
— Понимаю вас… Надо подумать. Есть иррегулярная конница. Наемники. Не самый надёжный материал, но когда истрачен гранит, то приходится браться за песчаник.
— Воздух? Эти пегасы только для пассажироперевозок используются?
— Да. В бою ими сложно управлять. Крылья очень уязвимы. Я могу выделить одного, а позже и второго грифона. Не работали с ними?
Как же. Мне на Севере не выделили нормальной артиллерии и обозных телег. Какие блин грифоны.
— Только с химерами. Можете провести сравнение.
— Химера есть поганое создание темного колдовства, а грифоны благородные звери. — заявил Аланиус, слегка усмехаясь. — А если серьезно, то химеры это просто воздушный транспорт и разведка. Грифоны же умеют сражаться. Даже любят это дело. Но и переоценивать их нельзя. Подавление, магия, аркбаллисты, да и просто удар копьем на скаку пробивают их шкуру. Однако ими приятно уничтожать вражескую разведку.
— С удовольствием попробую.
— Один мастер обучения этих зверей уверял меня, что от человечины они постепенно сходят с ума. Суеверия. Их всадники народ специфический, но с вашей репутацией… Проблем быть не должно.
— Чародеи, демоны?
— С этим сейчас трудно, но слава богам, трудно у всех.
— Неужели война не привлекла всяких ренегатов... — "...и прочих дегенератов".
— Здесь Багровый Круг и Первые. Они, видите ли, обеспокоены, что в процессе этой войны мы пошатнем основы мироздания. Пытаются нам помешать.
Да вообще дураки. Зачем еще войны нужны, как не для шатания основ мироздания.
— Успешно пытаются?
— Они распугали почти всех магов-наемников. Сейчас здесь работают только коллегии чародеев, одобренные Багровым Кругом. И в сражения они не лезут.
Я вспомнил свое давнее видение, когда Лав показала мне переговоры в пустыне.
— А возглавляет их некто Утред?
— Верно. Любитель говорить грозным голосом и всячески подчеркивать свою древнюю мощь.
— Подавление? Что с ним?
— Каждому стратегу придают в помощь минимум одного мастера-венатора.
Но дайте угадаю: всех уже разобрали?
— Сейчас есть один подходящий вариант.
Но дайте угадаю: с ним что-то не так?
— Однако должен предупредить о некоторых особенностях этого человека…